Счастливее всех
Шрифт:
Подруге
Мимоходом спасая жизнь,
Исцеляя привычно душу,
Ты умеешь не просто слушать,
Но и слышать беззвучный крик.
И излечивать добротой,
На двоих разделив сомненья,
В самом бурном судьбы течении,
Мне душевный дарить покой.
Дружба - наш драгоценный дар,
Наш маяк средь штормов и будней.
Пусть
Пусть хоть этот свет - навсегда.
Мои бессонницы
Мои бессонницы Богу мешают спать,
Хоть я пытаюсь их сделать как можно тише.
Все дело в том, что живу я под самой крышей,
И мне до неба шагов, ну от силы, пять.
Так сложно выстроить вектор своих надежд,
Они, как компас, гуляют тайком по кругу.
И, словно лошади, рвут иногда подпругу,
Когда я меняю привычки под цвет одежд.
Рыдать в неизвестность - тоскливо, я пью вино,
Глотаю сомненья, как прыгаю вниз с балкона.
Возможно, бессонница - это синдром сезонный,
Как плата за серию некогда чудных снов?
Крепко вцепилась я в злой полуночный сплин,
Мне жалко себя - тлеет утро свечой рассветной
И темное небо становится вдруг бесцветным...
Для жизни в рассвете таится немало причин.
Мои бессонницы Богу не дарят снов,
Ну что тут поделать, давно не умею лгать я.
И вместо пижамы опять надеваю платье,
И вместо молитвы я вновь выхожу в окно.
Ноябрь
Уснувшие улицы крепко хранят горечь тайн,
Я ночь разделю на отрезки безудержных мыслей.
Брожу переулками чьих-то безоблачных смыслов,
Пока горизонт робким светом начнет рассветать.
Откуда берутся надежды осенней порой?
Их красит Господь, на досуге рисуя пейзажи?
А может, мы сами находим безумно-бесстрашно
На черном холсте перемен иллюзорный покой?
Уснувшие улицы за руки держат меня
Боятся они отпускать меня вслед за ветрами.
Ноябрь каждодневно смеется над глупыми нами,
И только дожди по асфальту беспечно звенят.
Но все это осень - она иронична до слез,
Ей некогда жить из-за писем о скорой кончине.
Безумен ноябрь просто так, безо всякой причины,
А смерть так заразна, пусть даже она не всерьез.
Перед прыжком в неизвестность
Тревожные
На перекрестке снов опять боюсь упасть.
Мне никогда не стать послушной и покорной,
Не истребить в себе шального сердца власть.
Незыблемость основ взрывать себе дороже,
Но я не побоюсь и встану в полный рост.
И пусть решает Бог - я отпускаю вожжи,
А там как повезет - победа иль погост.
Сплетаются в узор причудливые нити,
Дороги наших грез и мешанина встреч.
Передо мной поля неведомых открытий -
Засеять их легко, трудней плоды сберечь.
Но кровь во мне кипит, я расправляю крылья
Мощь северных ветров со злобой в спину бьет.
И я лечу вперед, стряхнув с себя бессилье,
Еще не осознав: падение иль полет?
Весеннее
Сбиты сомненья теплом и апрелем
Сны и истерики заматерели.
Ток сумасшествия льется по жилам,
Мы не безумны, мы попросту живы.
Яркими красками врет это небо,
Плачет дождями свежо и нелепо.
Мне бы влюбиться надежно-толково
Только весна не приемлет такого.
Лишь по-кошачьи - до крика, до дрожи
Рвать предрассудки и ластиться кожей.
Ночью апрельской, сметая устои,
Ведьмой на щетке летать над Москвою.
Впитывать сердцем апрель - без остатка!
Тонко-тревожно и яростно-хватко.
Жить в унисон, бесшабашно и звонко,
Вместе с весной - озорною девчонкой.
На перекрестке
Я влюбляюсь, влюбляюсь заново.
Так же пахнут цветы вокзальные,
Их родной аромат перемешан
С гарью улиц и пылью дорог.
Я тобою убью бессонницу,
Но за мной навязчиво гонится
В темноте этой вязко-кромешной
Моя личная пуля в висок.
Может, вновь распадусь на атомы,
Приукрашено-виноватые.
Отращу по привычке крылья,
Чтоб закутаться в них с головой.
А быть может, гуляя по краю...
Перекрашусь и перелиняю.
Разрушая свое бессилье,
Чтоб остаться суметь собой.
Курс обмена сезонов
Еще один день пролетел не напрасно,
Он жил ярким светом безудержных чувств -
А лето дышало и грезило счастьем,
И верило, что я расстаться боюсь.
Бросало молитвы в беззвездное небо,