Счастье любой ценой
Шрифт:
— Буду трогать. Для того, чтобы скорбеть, есть могила на кладбище, а вот это — царство теней! Нужно избавиться от всего.
Пытаюсь вытянуть у него из рук хотя бы одну рубашку, но Владимир непреклонен. Он выталкивает меня на кухню и закрывает дверь, подпирая её комодом.
Оставляет меня бесноваться на кухне, а сам выбрасывает всё к чертям без всякого сожаления.
Мне становится горько и пусто. Я обхватываю себя за плечи руками и кружу по кухне.
Уже почти три часа ночи.
Владимир появляется
— Там, в коридоре, я сложил самое ценное.
— Ты рассортировал мою жизнь по мусорным мешкам? — я уже едва ворочаю языком, и кажется, что свалюсь с ног от усталости.
Владимир открывает холодильник. Там катастрофически пусто. Только начатая бутылка вина, из неё едва ли отпили один-два бокала.
Владимир растирает лицо руками. Понимаю, что он тоже устал.
Может быть, Володя устал не меньше моего. Ему приходится терпеть перепады моего настроения, не имея возможности резко ответить на несправедливые обвинения.
Владимир просто опускается на пол возле холодильника и прикладывается к горлышку. Я сажусь напротив, он протягивает мне бутылку. Немного медлю, но отпиваю холодного спиртного.
Мы передаём бутылку друг другу по очереди. Меня уже начинает покачивать от выпитого на голодный желудок вина.
Я не думала, что сборы вещей затянутся так надолго. Закрываю глаза, спасаясь в темноте.
Владимир пересаживается, прижимается плечом к моему плечу и осторожно гладит меня по волосам.
— Я была беременна, — говорю ему.
— Была беременна? — спрашивает он удивлённо. — От кого? От мужа или…
Владимир не заканчивает предложение. Вопрос повисает в воздухе.
Но я понимаю, что он хотел спросить: от кого был ребёнок.
Не от тебя, Володя. Я забеременела гораздо позднее той неправильной ночи.
— Была. Да. От Славы. Случился выкидыш…
Вот теперь меня отключает от реальности. Как будто накрыло взрывной волной, и я, наверное, кричу, но не слышу ничего.
Сжимаюсь в комок, становясь тем самым не прижившимся эмбрионом, и раскачиваюсь на месте.
Владимир обхватывает меня за плечи, прижимая к себе.
Цепляюсь пальцами за его рубашку, чтобы не упасть, потому что он — единственное, что удерживает меня в шаге от края пропасти.
Встать нереально сложно. Я отдаю себе отчёт в том, что, возможно, поступаю сейчас не совсем честно по отношению к Владимиру.
Он возится со мной не из-за тёплых родственных чувств, но из-за интереса ко мне как к женщине. Он сдерживается.
Но я понимаю, что он ждёт моей ответной реакции на его теплоту и заботу.
— Отвезёшь меня? — спрашиваю я, останавливаясь на пороге кухни.
Я уже умыла лицо и немного привела себя
Поэтому я, не дожидаясь ответа от Владимира, рассматриваю то, что мы отложили. Вещи сложены в несколько пакетов.
Я знаю, чем займу остаток ночи: буду перебирать и раскладывать всё по полкам на новом месте.
— Конечно, отвезу.
— Нет, давай лучше вызовем такси, — вспоминаю, что Владимир пил вино.
— Нормально всё, я не пьян. Я выпил совсем немного. Я справляюсь с управлением авто.
— А если остановят? — спрашиваю я.
— Меня? Половина полицейских уазиков катается на моём дизеле. Даже если остановят, то только для того, чтобы сопроводить до места с мигалками.
Я колеблюсь ещё немного, но потом соглашаюсь. Владимир относит все вещи в машину. Я отдаю ему ключи от дома, чувствуя облегчение от того, что хотя бы этот груз свалился с моих плеч.
К моему удивлению Владимир проезжает нужный поворот.
— Ты проехал мимо.
— Нет, не проехал, — хмурится мужчина. — Сегодня переночуешь у меня, а завтра я тебя отвезу на квартиру.
— Не кажется ли тебе, что это чересчур?
— Нет, не кажется. Я же ничего не требую. Просто не хочу, чтобы ты сидела всю ночь, сортируя вещи и заливая их слезами.
— Мои слёзы — не твоя забота, Володя. Ты и так очень много делаешь для меня. Спасибо.
— Да не только для тебя. И для себя тоже. Я говорю сейчас не про то, что надеюсь на твою ответную реакцию. Да, я надеюсь… и не буду этого отрицать. Но сейчас имею в виду нечто другое. Вся эта история с братской помощью. Никогда не был особо заботливым или милым. Я, скорее, эгоист. Но из-за тебя хотелось помочь. Ты делаешь меня лучше.
— Я? Я не делаю ничего!
— Да. Ты просто есть. И этим уже влияешь на меня. Я даже начал выделять деньги на спонсорскую помощь, на благотворительность. Хотя до этого момента предпочитал нести все свободные финансы в банк на депозит под хороший процент. Как тот дракон на золотишке.
Владимир усмехнулся и припарковал автомобиль. Мы доехали без приключений.
Я приняла душ в его квартире и направилась в спальню, натолкнувшись на него полураздетого. Владимир обернулся, натягивая просторные шорты.
— Извини.
— Ничего страшного. Проходи и ложись спать. Я сейчас выйду.
Владимир торопливо пожелал спокойной ночи и закрыл за собой дверь спальни. Провожая взглядом его фигуру, я не понимала, как тогда, ночью, я могла спутать его с Ярославом. Владимир более мускулистый, чем Слава.
Проклятая ситуация, двусмысленная и отдающая каким-то потаённым чувством стыда.
Утром Владимир огорошил меня предложением:
— Не хочешь устроиться ко мне на работу?