Счастье Феридэ
Шрифт:
Подъехать к особняку незаметно было очень трудно. Как только колеса застучали у ворот, из дома выглянула горничная. Под ее внимательным взглядом я поднялась по ступенькам.
— Хозяин никого не принимает, — сообщила девушка.
— Но мне очень нужно к нему попасть.
— Сомневаюсь, что он захочет вас видеть.
— Окажите мне услугу. Зайдите к хозяину и передайте, что приехала Феридэ-ханым, учительница французского.
В глазах горничной мелькнуло
— Я попробую, — произнесла она и скрылась за дверью.
Через несколько минут девушка распахнула обе створки и удивленно сказала:
— Проходите, хозяин ждет вас.
Мне стало приятно, что Решит-бей не забыл меня.
Войдя в холл, я увидела, что здесь почти ничего не изменилось. В доме я жила с Мунисэ, моей приемной дочерью.
Воспоминания нахлынули на меня: «Вот по этим ступенькам девочка по утрам скатывалась кубарем и бежала во двор… Тут она любила сидеть и играть с куклами…»
— Добрый день, Феридэ.
Я вздрогнула, обернулась и не смогла сдержать удивления. Передо мною стоял Джемиль, сын Решит-бея. Вот его-то я и не ожидала увидеть. Этот уже немолодой человек был позором для своей семьи. Он целый год праздно проводил время в Европе и являлся в родное гнездо лишь за деньгами. Но больше двух месяцев Джемиль в Каршияка не выдерживал.
К сожалению, когда-то мне пришлось столкнуться с ним при очень неприятных обстоятельствах. Однажды вечером мужчина начал приставать ко мне на темной лестнице. Я с большим трудом от него отвязалась…
И вот теперь Джемиль с важным видом стоял посреди комнаты и разглядывал, меня.
— Добрый день! — поздоровалась я.
— Вот уж кого не ждал! Когда горничная мне доложила, я чуть не упал со стула. — Манера разговора Джемиля осталась прежней.
— Я, собственно, не к вам пришла…
— К кому же?
— К вашему отцу.
— К сожалению, не получится… Даже при всем желании.
— Решит-бей здесь больше не живет?
Джемиль с удивлением посмотрел на меня.
— Феридэ-ханым, вы давно не были в наших краях… Папа умер.
Я растерялась.
— Примите мои соболезнования…
На лице Джемиля появилась скорбь.
— Вы опоздали ровно на год.
Поднявшись с дивана, я сделала шаг в сторону дверей.
— Пожалуй, мне пора.
— И не думайте! Раз уж вы тут — приглашаю выпить со мной чаю…
Мне был неприятен этот разговор, и совершенно не хотелось пить чай с Джемилем. Еще мгновение, и я ушла бы, но тут мужчина язвительно заметил:
— Вы что, меня боитесь?
Кровь прилила к моим щекам.
— Я?! Нет, конечно.
— Тогда в чем дело? Давайте немного посидим, поболтаем… Вы мне расскажете про себя, а я о себе, о сестрах…
Предложение Джемиля показалось заманчивым.
— Только недолго, — неуверенно произнесла
Обрадовавшись, мужчина в улыбке сверкнул зубами.
— Договорились.
Я вслед за Джемилем прошла в столовую. Мы сели за знакомый круглый стол, и мужчина позвонил в колокольчик. Появившийся слуга держал в руках поднос с чайным сервизом. Он аккуратно расставил чашки и бесшумно исчез.
— Что вас интересует? — спросил Джемиль, поднося ко рту чашку.
— Расскажите о сестрах.
Мой собеседник потер виски кончиками пальцев.
— Старшая живет вместе со мной в этом доме, а младшая вышла замуж.
— Почему же вы не пригласили Ферхундэ за стол? Мне было бы приятно увидеть ее.
Джемиль смущенно замялся.
— Понимаете… сестра плохо себя чувствует.
Отставив чашку в сторону, я спросила:
— А что с ней такое?
— Да как вам сказать… Она немножко не в себе. С той поры, как убили на фронте ее жениха. — Джемиль вздохнул.
Я не смогла сдержать возгласа сочувствия:
— Бедная… а вы возили девушку к докторам?
Горько усмехнувшись, Джемиль пошутил:
— Разве я не похож на любящего братца…
— Ну, а все же?
— Врачи ничем не могут помочь. — В голосе мужчины я почувствовала печаль.
Немного помолчав, боясь задавать вопросы, я все-таки продолжила разговор:
— А Сабахат живет нормально?
— В общем-то да. Если по правде, то я подозреваю, что и она не очень-то счастлива.
Я чуть не поперхнулась.
— Что вы имеете в виду?
— Муж Сабахат беден. Мне кажется, что он женился на ее деньгах. По-моему, зять тратит богатства сестры в игорных заведениях…
Вдруг на середине слова Джемиль замолчал и прислушался. Откуда-то сверху доносились странные звуки, будто кто-то плакал. При появлении на пороге молчаливого слуги у мужчины переменилось выражение лица.
— Что, опять? — спросил Джемиль и, даже не извинившись, выбежал из столовой.
Прошло полчаса. Я уже собиралась уйти, но мне хотелось попрощаться с Джемилем. Как же он изменился! Я знала его как лентяя и транжиру, а сейчас передо мной стоял совершенно другой человек. Он нежно заботился о своих сестрах, и я впервые пожалела, что у меня нет старшего брата.
Джемиль тихо вошел в комнату и тут же опустился на стул.
Складки горечи обозначились на его лице. Не решаясь задавать вопросы, я молча сидела в углу дивана. Мужчина сосредоточенно смотрел в одну точку. Казалось, он совершенно забыл о моем присутствии. Если бы подо мной не скрипнули пружины, Джемиль так бы и просидел, не говоря ни одного слова.
— Простите, Феридэ, что оставил вас одну, — извинился он и, посмотрев мне в глаза, проговорил: — Вы ничего не спрашиваете?
Я пожала плечами: