Сценарист
Шрифт:
— Да.
Митчелл не собирался отступать:
— Ты возненавидела Крейгтона с первой же встречи?
— Да, но Пол мне о нем рассказывал и раньше. Я была готова невзлюбить его, и Крейгтон в полной мере оправдал мои ожидания.
— А не было какого-нибудь эпизода или события, которое бы настроило тебя против него?
Джули склонила голову набок:
— Что это за вопрос, мистер Митчелл? Тот, на который ты уже знаешь ответ? Или не знаешь?
— Простое любопытство.
— Не верю.
— Да что ты? Ну надо же! — Дерек усмехнулся
— Мне жаль тебя разочаровывать, но твою усмешку можно назвать как угодно, только не честной улыбкой. Это гримаса карточного шулера с четырьмя тузами в рукаве.
— Мне доводилось слышать о себе и не такое, — хмыкнул Митчелл, немного подождал и добавил: — Еще один вопрос — последний. Ты носишь черное, потому что в трауре?
Внезапная смена темы застала Джули врасплох. Дерек это заметил и немедленно воспользовался ее замешательством:
— При каждой нашей встрече ты была в черном. В самолете — черный костюм. Кроме блузки. Она была цвета слоновой кости. С перламутровыми пуговицами. Такие маленькие, круглые перламутровые пуговицы.
Джули вспомнила, как торопливо он эти пуговицы расстегивал, и густо покраснела.
— У себя в галерее — черное платье. И сегодня опять черное. — Его глаза переместились с глубокого выреза на подол и назад. — Облегающее, очень сексуальное, но все-таки черное. Это из-за Уиллера?
— Просто мне нравится черный цвет.
— Ты его хорошо носишь. И сегодня выделялась среди этого многоцветья.
— К примеру, на фоне изумрудного платья, — она поколебалась, но сказала: — Кстати, женщина очаровательна.
— Да.
— Она знала, что ты поедешь ко мне после того, как проводишь ее?
— Нет.
Секунды уплывали, и атмосфера в машине изменилась. Что-то сдвинулось или, наоборот, застыло. Вдруг сразу стало душно.
— Мне пора, — Джули потянулась к ручке дверцы и замерла. Дождь усилился. Швейцар гостиницы, расположенной через дорогу, спрятался в холле. — Я слышала об этом отеле, но никогда здесь не бывала. На тенте можно было разглядеть логотип — две золотые переплетенные буквы, К и X. «Кухер-хаус» — так когда-то называлось заведение, возведенное в начале XX века. Несколько лет назад его перестроили в эксклюзивный роскошный отель, пребывание в котором могли позволить себе только владельцы платиновых кредитных карт.
— Там очень уютно, — сказал Дерек. — Отель небольшой, но элегантный, и обслуживание на высшем уровне. Я рекомендую его своим клиентам, которые приезжают из других городов.
За ослепительной молнией последовал оглушительный раскат грома. Они смотрели, как гроза набирает силу, и слушали стук дождевых капель по крыше машины. Несколько минут оба молчали. Окна начали запотевать. Наконец Дерек спросил:
— Ты узнала человека на фотографии?
— Того, из холла в «Молтри»? Нет. Даже на последнем комплекте фотографий.
— Есть еще комплект? Я видел только один.
— Этот парень еще нашелся на пленке, снятой за два дня до того,
— А также Крейгтон…
— Ты в это веришь?
— Я сам показывал ему снимок и следил за его мимикой. Ждал реакции — я в этом деле специалист. Он никак не отреагировал.
— Ну разумеется! Крейгтон ведь знал, что ты за ним наблюдаешь. Разве не ясно? Он играет разные роли. Он…
Джули заставила себя остановиться. В данный момент Митчелл был адвокатом Крейгтона Уиллера. Он, наверное, думает, что ее обвинения в адрес племянника Пола вызваны всего лишь острой неприязнью к нему, иначе зачем Дереку ее об этом спрашивать?
— В вечерних новостях фотографию этого человека должны были показать все телевизионные каналы.
— Может быть, кто-нибудь его узнает.
— Может быть. А тем временем у полиции появилась новая версия.
— Какая именно?
— Что это я подставила Пола, чтобы его убили в лифте. — Дерек промолчал, и она спросила: — Ты язык проглотил?
— Да, потерял дар речи. Такого поворота я не ожидал.
— Я тоже.
— Откуда взялась эта идея?
Джули рассказала, как она не сразу выполнила требование преступника встать на колени.
— Раз я немедленно не рухнула на пол, значит, первая в списке подозреваемых.
— А почему ты не рухнула?
— Я пыталась разглядеть под маской Крейгтона.
— Это был не он.
— Сколько раз я это уже слышала?
Они опять замолчали. Тишина в машине подчеркивала, насколько сильно разбушевалась гроза. Наконец Митчелл спросил:
— Когда я получу свою картину?
— Ее доставят завтра. Знаешь, она совсем не стоит того, что ты заплатил.
— Это капиталовложение.
— Ты можешь и не дождаться, когда полотно окупится.
Он вовсе не выглядел расстроенным:
— Деньги пойдут на доброе дело. Кроме того, я хотел купить эту картину.
— Независимо от мнения своей дамы?
— Она моя подруга, — спокойно сказал Митчелл.
— Это совсем не мое дело.
— Тогда почему ты к ней то и дело возвращаешься?
Ответить Джули было нечего.
— Я познакомился с Линдзи, когда мой лучший друг по юридической школе объявил о своей помолвке с ней, — сказал Дерек. — Я был шафером на их свадьбе и стал крестным отцом их сына Джексона. Вскоре после крещения Джексона мой друг погиб. Попал в аварию во время утреннего столпотворения на Восемьдесят пятой улице. Мы с Линдзи помогли друг другу это пережить и продолжаем дружить. Я очень ценю эти отношения. Иногда, как, например, сегодня, ей нужен сопровождающий на каком-нибудь мероприятии. Потом я везу ее домой и иду по своим делам. Линдзи не знает, что мне нужно было после аукциона поговорить с тобой, потому что, как бы близки мы ни были, я никогда не видел ее раздетой и никогда не увижу.