Сбой реальности
Шрифт:
Все трое офицеров молчали. Чейн быстро поглядел на каждого. Сытые, довольные парни. Им неплохо жилось здесь, на собственном острове. Корпорация махнула на них рукой, поэтому оставалось набивать карманы всем, что только подвернется. Наглые налеты чрезвычайно мешали этому занятию, но они были согласны делиться. Услуги высокооплачиваемого наемника стоили значительно дешевле.
– Даже крысы при травле быстро учатся конспирации, – проговорил наконец Чейн. – Сомневаюсь, что это крупные профессионалы. Те совершили бы одну, от силы пару операций, после которых все здесь было бы кончено. – Маямото,
Офицеры многозначительно переглянулись.
– Мистер Чейн, – медленно проговорил один. – У нас имеются основания считать, что среди налетчиков есть киборги. Под этим словом мы подразумеваем, что организмы этих людей усилены кибернетическими имплантантами.
– Вот как? – Наемник нахмурился.
Это уже что-то новое. Он не услышал бы об этом, если бы дело ограничивалось парой вживленных процессоров. Судя по тому, как напрягся директор, в этом и впрямь что-то было.
– Где же эти основания?..
– Вот здесь. – Японец встал, подошел к телевизору и просунул в щель лазерный диск. – Эта камера не была подключена ни к одной системе. Возможно, поэтому они ее и пропустили. Словом, смотрите.
…И Чейн около получаса таращился в темный экран, на котором время от времени мелькали еще более темные тени. Маямото непрестанно сокрушался по поводу того, что ИК-лучи не поддаются фиксации, однако Чейн не обращал на это внимания.
Наконец запись подошла к кульминационному кадру – перед камерой, на расстоянии считанных метров, застыли две стройные фигуры. Рука одной блестела хромированным металлом, глаза другой заменяли выпуклые объективы, тускло мерцавшие во тьме. Оба грабителя пару мгновений оглядывались, затем вновь скользнули в сторону.
Наемнику хватило единственного взгляда, чтобы распознать приборы. Такие не купишь в обычном магазине, и далеко не каждый хирург возьмется за операцию по их имплантации. Металлический протез, вне всякого сомнения, являлся боевой моделью. Объективы же обладали куда большей чувствительностью, нежели обычные биологические глаза, а также, скорее всего, имели систему самонаведения на цель, которая была замкнута на соответствующих нервных узлах…
Одним словом, Чейна крайне озаботил этот один-единственный кадр.
Остаток записи он просмотрел в крайней задумчивости.
– Мы производим такие же, – сообщил Маямото, когда диск вынырнул наружу. – Девяносто девять процентов, что они стащили их в один из предыдущих налетов.
Чейн кивнул и потер небритый подбородок. Для него не являлось секретом, что на заводе изготавливали еще и такие игрушки. Часть кибернетической техники, ввиду своего особого назначения, была запрещена к гражданскому обороту, а за ее использование полагалось еще более строгое наказание, нежели за ношение оружия. Корпорация изготавливала такие имплантанты по заказу правительства, для армии и правоохранительных ведомств, а также для своих собственных нужд. Некоторый процент ежегодно исчезал в бездне черного рынка; часть продавалась за границу – как легально, так и не совсем.
Теперь, как оказалось, на режимном
– Да, очень интересно, – пробормотал наемник. – Но я не думаю, что это что-то меняет. Так ведь?
В комнате вновь повисло напряженное молчание.
Офицеры, словно по команде, воззрились на директора.
– Мы подумали, – сказал наконец Маямото, – что, если ты собираешься отправиться на поиски, тебе не мешало бы и самому несколько измениться. Так сказать, привести внешний вид в соответствие с модой…
– О чем это ты? – Чейн с подозрением поглядел на директора.
Вместо ответа японец выдвинул ящик стола и достал оттуда нечто, отливающее холодной синевой. Наемник уставился на стальную конечность. Расположение пальцев говорило о том, что это протез для левой руки. Синие пластины накладывались одна на другую, подобно чешуе, обеспечивая подвижность и гибкость. С другого конца свисали обнаженные провода; миллионы нанокомпрессоров образовывали тонкую мерцающую пленку.
Что-то в этой картине показалось Чейну неестественным. Протез напоминал ему хищное растение, виденное когда-то в южноамериканских джунглях. Черные провода были корнями, только и ждущими, когда их присоединят к новому носителю. Маямото небрежно помахивал протезом, будто не замечая, как в металлическом предмете пульсирует хищная жизнь.
– И что вы предлагаете? – спросил Чейн. – Я не променяю свою природную конечность на эту жестянку. У тебя, Такеши, просто денег не хватит на это.
– Не беспокойся, – усмехнулся директор. – Все не столь радикально. Мы наденем его сверху, словно перчатку. – Не успев договорить, Маямото без предупреждения перебросил протез другому японцу. Тот взял его в воздухе. – Только с конвейера, еще без маркировки. Все будет тип-топ, не волнуйся.
Наемник тут же расслабился. Действительно, до такого обмена не смог бы додуматься даже директор. Это было бы слишком даже для его, пропитанного саке, рассудка.
– Что ж, такая рукавица мне и впрямь может пригодиться. Теперь, прежде чем приступить к работе, я хотел бы уточнить пару деталей.
– Слушаю. – Маямото хлебнул чаю.
– Что делать с налетчиками, когда они найдутся?
Офицеры, переглянувшись, осклабились. Директор пожал плечами:
– Все, что сочтешь необходимым. Но лучше не надо – мы сами с ними разберемся. Так было бы… правильно. Они должны нам за некоторые беспокойства.
– Что ты намерен с ними сделать? – спросил Чейн.
– Какое это имеет значение?.. – Маямото раздраженно поджал губы. – Ты, главное, отыщи этих мерзавцев. За это тебе платят. Остальное, прости, не твое дело.
Чейн нахмурился. Скривившись, японец выдержал взгляд.
– Ошибаешься. Ты нанял меня, а не кого-нибудь другого. Уже давно я привык получать все ответы, которые требуются. Если это тебя не устраивает, могу назвать несколько имен. Что же касается меня, то я по-прежнему не получил аванса.
Несколько секунд в воздухе потрескивали невидимые разряды. Неожиданно Маямото переключился на другую волну, где помехи были не столь сильны.