Сборник
Шрифт:
— Зачем, Гасси? Зачем?
— Ты сам отказался. Сам выбрал, — отозвалась она бесцветным голосом.
— Но я же пришел!
— Да. Но зачем теперь… — она поглядела на дверь, по-прежнему распахнутую в полдень. Словно напоминала ему, где находится выход. Стянула шляпу и швырнула ее через комнату.
— Зачем? Я с тобой уже простилась!
— Но я-то не собирался прощаться.
Она хмыкнула.
— Ну конечно! Поэтому ты угрожал мне и дому!
— Ненавижу принимать решения принудительно! Вы бы еще мне к виску пистолет приставили!
— А что, это идея!
— В
Гасси фыркнула и отвернулась. Он посмотрел на ее оскорбленный затылок, потом — на лестницу.
— Где все?
— Кто где, как обычно.
— Гасси, ты ходила без меня в мой мир… наш мир?
Гасси пожала плечами. Сказала скучно:
— Он без тебя не открывается.
— А хочешь прогуляться туда — со мной? — спросил Стив вкрадчиво. Он не двинулся с места, но ей вдруг показалось, что он, как тогда, подошел, и обнял ее и прижался губами к затылку… Она хотела, чтобы он это сделал. Но тупой Уокен делал все не вовремя.
— Давай начнем сначала, а?
Она не выдержала и оглянулась.
— Как это?
— Я скажу: «Здравствуйте, мисс Хилл, как поживаете?»
— А я что?
— А ты скажешь: «Здравствуйте, зовите меня просто Гасси».
— Это еще нужно заслужить!
— Я постараюсь. Так что возьми своего лимонада и пойдем посидим на крыльце. Подумаем, что делать с твоими розами.
— Что делать, что делать! Это как с английскими газонами: сто лет стричь и поливать, вот и все, — проворчала Гасси. Почему бы, и правда, не посидеть с ним на крыльце? Это ее ни к чему не обязывает.
Она старалась не слушать, как хихикает Дом.
Стив прислонился к косяку входной двери, огляделся. Пожалуй, тут есть над чем поработать. Починить перила и страшно скрипящие ступеньки лестницы. Заменить прогоревшую кладку камина. Хотя это может подождать, решил он, увидев, как к нему идет Гасси с кувшином в руках. Они словно возвращались в тот жаркий день знакомства…
Стив посторонился, пропуская ее. Пробормотал, адресуясь к потолку:
— Значит, все мужья Хилл были приезжими? Ну-ну…
Тут тоже есть над чем поработать.
— Здравствуйте, мисс Хилл, как поживаете?
Юлька
Этот рождественский рассказ — подарок в обмен на встречный рассказ с дружественного раздела Shalicka.
Юлька сломала каблук.
Не катастрофа и не конец света, конечно. Просто сапоги единственные. На покупку новых и даже на ремонт старых расходы совершенно не предусматривались. Еще и хозяйка, подлюка, за квартиру плату подняла! Юля упала на расчищенную от снега скамейку и мрачно уставилась на свои вытянутые ноги. Ноги, в отличие от сапог, пока еще радовали: длинные и не кривые. Такими бы ногами сцену мерить на конкурсе «Мисс Вселенная» да попирать мостовые Парижа. Вот только не задалось пока. Будем надеяться — пока…
Ну сиди не сиди, а на работу двигать надо. Тем более что найдена недавно, испытательный срок ползет.
Юлька — из «понаехавших».
Юлька же сетовала на горькую судьбину и настраивала себя на позитив. Частично настрой удавался — во всяком случае, работа нашлась, (хоть и не такая, как хотелось, но кушать-то хочется да и за квартиру платить надобно), и не далеко даже, в получасе езды на метро… А вот интересно, зачем москвичи вообще ездят на машинах, если метро имеется? Ради мазохистского удовольствия постоять в многочасовых пробках?
Видимо, чтобы скрасить ее отсутствующую ностальгию, зима в этом году в Москве приключилась снежной и морозной, никаких проблем с постройкой снежных городков не было. Проблемы были с расчисткой снежных завалов, авариями, гололедицей и каблуками.
Юлька энергично поспешала своей новой удивительной «однокаблучной» походкой — до заветной двери оставалось всего ничего, когда ей приспичило проверить, показалось ли, что в травмированный сапог теперь еще и снег попадает — и она застыла в виде цапли посередь пустой дороги.
…Удар был не то чтобы сильным, скорее — толчок, но когда медленно выехавший из-за угла автомобиль боднул ее тупой серебристой мордой, Юлька элементарно потеряла равновесие, взмахнула руками, лягнула воздух своими прекрасными ногами — и грохнулась навзничь на ледяную дорогу.
Странно, Юля всегда думала, что лишнего жирка на ней хватает — но асфальт она пересчитала исключительно костями — всеми, вплоть до самых маленьких плюсен пальцев.
Юлька не то чтобы потеряла сознание: просто лежала, смотрела в белесое зимнее небо и видела как летит над ней ее же увесистая сумка и приземляется в сугроб. И закрыла глаза: последняя рефлекторная защита от надвигающегося на нее хищного бампера. Ппц, поняла Юлька. То есть — один широко известный в России северный пушной зверек…
— Девушка! Девушка, вы как… Вы живы?! Девушка!
Юлька приоткрыла один зажмуренный глаз и поняла — она прямой наводкой угодила сразу в рай. Над ней склонялся ее любимый актер дорам. Восточноазиатский парень, если кто не понял. На непокрытой темноволосой голове блестели мелкие снежинки — казалось, парень весь посыпан блестками, словно подарок на рождество. Прощальный подарок от жизни…
— Девушка! — ее мягко встряхнули за плечи.
— Ну-ка, ну-ка, что тут у нас…
Кто-то завозился и затопал рядом с несчастной юлиной головой, в лицо ей полетел снег. Пришлось признать, что мимо рая она явно промахнулась, вряд ли в раю имеются снежные заносы.