Сборник
Шрифт:
— Ты позабыл, что она не собирается съезжать, — осадил его Стив, — и вполне может протянуть время до официального признания бумаг.
— Так то оно так… — Тойво потер мощный загорелый затылок, с подозрением глядя на босса. — А она тебя случаем, не околдовала?
— Чего?
— Ну, тут треплются, что все эти дамочки Хилл ведьмы, — извиняюще улыбнулся Тойво. — Ну, и вдруг она тебя того…
Или ты сам «того», мысленно закончил за него Стивен. После мозгового сотрясения. Он и правда, ощущал себя странно. Кроме вполне понятных приступов слабости на него то и дело
Он все поймет, когда увидит мисс Хилл.
Увидел.
Мисс Хилл копалась в своем разоренном саду. Взявшись обеими руками за ограду, он некоторое время смотрел на склоненную соломенную шляпу. Женщина подняла голову. Глаза в тени широких полей были мрачными. Гасси выпрямилась и подбоченилась.
— Ну что? Пришли посмотреть на дело рук своих?
— Я уже приносил вам свои извинения…
— Разве? Что-то не припоминаю!
Он машинально повторил то, что говорил (не говорил?) на той промокшей от осеннего дождя веранде. Гасси некоторое время переваривала его сообщение, потом качнула полями. Сказала непримиримо:
— Все равно — это результат той политики, которую проводит ваша компания! Если это все…
— Нет, не все. Я… мы приняли решение не сносить ваш дом.
Он и сам не знал, какой реакции ждет от нее: радости? благодарности? удивления? Гасси оперлась на древко лопаты. Помолчала.
— Вот как? Странно.
— Что — странно?
— Я… не ожидала, — она отвернулась от него. Взглянула на дом. — Ну что ж…
— Гасси, — быстро сказал он, — я могу зайти в дом?
Пауза. Она так растерялась, что даже забыла его поправить: «Кассандра, пожалуйста, мистер Уокен!».
— Зачем это?
— Должен же я посмотреть, из-за чего весь сыр-бор разгорелся! — он уже открыл калитку. Гасси смотрела на него, покусывая губы. Глаза ее были растерянными и сердитыми.
— Мистер Уокен, я не думаю…
— И не надо думать, — приветливо сказал он, быстро идя по дорожке. — Я только на минутку.
Если бы она догадалась пустить в ход свою садовую лопату, ему бы не поздоровилось. Она не догадалась. Шла за ним, протестующе говоря что-то. Он не слушал, но все же остановился, держа пальцы на ручке двери, когда она с негодованием вскрикнула:
— Мистер Уокен! Что это все значит? Я не понимаю!
— Я тоже, — сказал он. — Видите ли, я знаю ваш дом наизусть. Я могу назвать каждый предмет, который находится на первом этаже. Странно, а?
Ее глаза подозрительно сощурились:
— Это что еще такое? Вы побывали в моем доме в мое отсутствие? Незаконное проникновение в жилище?
Она наконец вспомнила про лопату и угрожающе качнула ее в руке. Это заставило его действовать. Он повернул ручку, говоря:
— Длинный старый деревянный стол, за которым
Голос его оборвался, словно кто-то внезапно повернул ручку звука. Обстановка была суперсовременной, стены блистали ослепительной белизной; диван — большой, но всего один — стоял напротив плоского телевизора. На окнах висели кокетливые бело-розовые занавески. Мраморный камин был прикрыт прозрачным жаропрочным экраном. Кушетки и в помине нет. Стол наличествовал — квадратный, пластиковый, с длинноногими табуретами по бокам. Стивен справился с отвисшей челюстью, когда заметил, что мисс Хилл заглядывает ему в лицо — пожалуй что и с участием:
— Мистер Уокен? С вами все в порядке?
Он повернулся. Электропечь. Раковина. Кухонный стол со шкафчиками. Ничего особенного. Все как у всех.
— Всё… — прохрипел он. — Я… порядок.
Ее голос стал почти дружелюбным.
— Это все солнце. И… — она указала пальцем на его повязку, — вот. Я не спросила, что с вами. Упали?
Упал. И продолжает падать. Он ухватился рукой за стол, преодолевая головокружение и — да, и панику. Не может быть. Не может.
— Сядьте. Вот так. Хотите что-нибудь выпить? Лимонад?
Да. Лимонад. Ее знаменитый лимонад. Он осушил бокал единым махом. Вот его вкус остался прежним. Неподдельным.
Он закрыл лицо руками, зная, что она стоит напротив и смотрит на него. Черт. Черт. Черт. Значит, все это было… то есть не было…
— Вот что, — сказала хозяйка через паузу. — Давайте-ка я позвоню, чтобы они приехали за вами. Не нравитесь вы мне.
Эка новость! Он выпрямился и встал. Сказал угрюмо:
— Не стоит беспокоиться. Доковыляю. Простите за вторжение, мисс Хилл…
Качнулся и, закрыв глаза, оперся о стол.
Пальцы ощутили мягкую теплоту дерева.
Стив открыл глаза и посмотрел на стол. Пластик. Не остается царапин и пятен. Закрыл глаза, провел ладонью. Шелковистость дерева. Вот здесь смыкаются доски. Пальцы наткнулись на металлический подсвечник. Потоки воска. С открытыми глазами обнаружилось, что он схватил стеклянную конфетницу на ножке.
— Мистер Уокен! — с тревогой позвала наблюдавшая за ним хозяйка. Он шикнул на нее повелительно. Повернулся, выставив перед собой руки. Несколько шагов — и он наткнулся коленом на кушетку. Пальцы нащупали знакомое лоскутное одеяло.
— Что вы делаете?
Стивен засмеялся. Значит, «жмурки» наоборот? Здесь налево — и будет кресло, в котором он сидел, когда впервые присоединился к жильцам у камина. Нашел, вцепился в спинку. Осторожно приоткрыв глаза, взглянул сквозь ресницы. Старый камин с кованой решеткой и почерневшими от огня кирпичами. Стив распахнул глаза — и мыльный пузырь наваждения лопнул вместе со всей сокрушительностью незнакомой обстановки.
Он находился в Доме.
Стив оглянулся. Гасси молча, насторожено следила за ним.