Сборник Попаданец
Шрифт:
— Я постараюсь, — пришлось кивнуть.
— И пожалуйста, прости. — Она закрыла глаза. — Если сможешь.
— Я постараюсь, — вновь выдавил я из себя обещание, отпуская ослабевшую руку.
Бывшая королева полностью обессилела, впадая в полусон-полуявь. О большем нам пока не поговорить. Встав с кровати, я, как она и просила, направился к столу, внимательно изучая резную столешницу с накладкой из бархата и причудливой вязью узоров по краю. Красивый стол, искусная работа, все гармонично и не царапает взгляд лишними деталями, а вот и обещанная птичка, по виду ворона или галка, так как угадывался контраст оттенков между
Дворец я покидал в гордом одиночестве. Больше меня никто не встречал и не провожал. Все было предельно ясно и понятно, все нюансы оговорены, день свободы и в путь. Я вновь возвращаюсь туда, откуда все начиналось, я возвращаюсь уже в не свой дом, я еду в Рингмар.
Отловленный экипаж за воротами дворцового кольца услужливо покатил меня по улочкам города, петляя по перекресткам и проспектам, прочь из столицы. Город явно преобразился, стал вроде как резче, активней, по мостовым топали сапогами дополненные военными патрули стражи. Сами горожане выглядели испуганно, а добрая половина домов была украшена черными траурными лентами в связи с гибелью короля.
Я неспешно извлек из нагрудного кармана куртки пухлый конверт, врученный мне лично принцем после выхода от Вальери, спокойно и с некоей самоиронией изучая предоставленные мне документы, мой билет на новую жизнь. Мое новое имя.
Ну что ж… Здравствуй, барон Ульрих фон Гебарит, владетель южного баронства на побережье Намийского моря. М-да… Печально, действительно печально и смешно одновременно, так как земельный надел Гебарит превышал мои владения Рингмара, но вот то, что эта земля собой представляла, было из ряда вон выходящим непотребством. У меня на земле не было ни единой деревни, ни единого строения или даже руин замка. Вообще полный ноль. Предыдущий владетель земель жил в городе, служил лейтенантом в одном местном пограничном гарнизоне, где собственно и помер в нищете, не оставив потомства и так и не сумев хоть кому-то продать даже пядь земли от своих наделов. Она банально никому не нужна. Там нет ничего, кроме выжженной жарким солнцем равнины и дюн вдоль побережья. Нет полей, нет лесов, нет рек и нет озер. Ничего нет, только ветер бесцельно гоняет песок из края в край, да море соленым прибоем выкидывает на берег груды гниющих и смердящих на солнцепеке водорослей.
Вот такое баронство, вот такая благодать. А что вы думали, да, бывают и такие бароны на свете.
За город возничий отказался выезжать, так что я, расплатившись, был вынужден пешим ходом покидать Финор, топая своими ножками по укатанной дороге в пригород, дабы добраться до некогда своей усадьбы. Нона не продала ее, даже поликлинику при ней не закрыла, отстранив от себя, таким образом, мое гнездо вампиров, которых откровенно боялась держать при себе, но и выдать их короне не посмела, из страха огласки.
Надеюсь, граф будет рад моему воскрешению, так как к сестричкам Хенгельман мне было запрещено идти, а больше собственно мне сейчас и податься-то некуда.
Хорошая погодка, мягкий конец лета и уже приятная свежесть наступающего вечера. Все хорошо и будет хорошо, бубнил я себе под нос, отматывая километры и даже местами улыбаясь, ибо такой свободы, когда я по большому счету и нафиг никому не нужен, у меня давно
— Ульрих, подожди, — окликнул меня знакомый голос на одном из перекрестков.
— Аль? — Сказать, что я был удивлен, увидев здесь молодого алхимика, ничего не сказать. — Ты как здесь оказался?
— Я тебя ждал… — Темная хламида и опущенная голова в капюшоне.
— Зачем? — Меня стали терзать смутные сомнения.
— Меня убрали из академии. — Он развел руки. — Я не хотел возвращаться назад в халифаты, вот и подумал, что, возможно, смогу быть тебе полезен в меру своих сил.
— Это все? — Я невесело улыбнулся. — Или может быть, все же есть задание немного, скажем, присмотреть за мной?
Иллюзий верности и дружбы, а также веры в голый альтруизм я не питал. Пусть даже и вправду его убрали из академии, но он реально толковый специалист, плюс ко всему, насколько я помню, он принц у себя на родине.
— Ты прав. — Он поднял голову, и хоть я не видел его лица, но ощутил его взгляд. — Здесь больше, чем я говорю, и мне негоже лгать тебе, но прошу тебя, не гони меня, я буду полезен тебе в твоем пути.
— Ладно. — Я рассмеялся. — Не буду мешать твоему тайному заданию, к тому же хорошая компания мне не помешает.
Я протянул ему руку, крепко пожав его протянутую в ответ. Аль мне нравился, и мы успели по-настоящему с ним сдружиться за время моего заключения, а то, что он играет, как говорится, и нашим и вашим, это не беда. Уж лучше он, чем кто-то, кого внедрят негласно в мое окружение и о ком я, возможно, даже не буду подозревать.
Увы и ах, но таковы правила игры, принц не мог оставить меня без надзора, а также без шанса на мою ликвидацию, коли я стану неугоден короне. Да, Аль, скорей всего, имеет задание не только докладывать о всех моих действиях, но и имеет реальное указание нейтрализовать меня в момент, когда я выйду за рамки дозволенного.
Зачем же приближать его к себе? Ответ прост. В решающий момент, откинув веру во все доброе, светлое, вечное, я повернусь к нему лицом, и мы решим все, глядя друг другу в глаза, а не получу удар ножа в спину. Это нужно ценить. Это дорогого стоит.
Дальше мы уже неспешно двигались вдвоем, перебрасываясь словами и скача по темам ни о чем, лишь бы занять себя чем-то в дороге. К слову, надо отметить, что на подступах к особняку народу на дорогах значительно прибавилось, причем шли не только такие, как и мы пешие, мимо проскакивали кареты и открытые возки. Впрочем, смысл этого оживления стал для меня вскоре очевиден. Моя поликлиника, мое детище работало и работало на отлично. Но не это стало главным, не это… Даже не знаю, как он узнал о моем приближении, но когда я дошел до ворот, высокий улыбчивый брюнет заключил меня в объятья, крепко прижав к себе.
— Демоны, сам не думал, что так обрадуюсь, вновь встретив тебя! — Граф Десмос расплылся в одной из своих фирменных улыбок. — Мог бы и пораньше объявиться!
— Мог бы — объявился. — Я тоже искренне был рад видеть вампирьего папу. — Ну, рассказывай, как житье-бытье твое? Как вообще у вас дела после моей скоропостижной смертушки?
Дела в принципе были неплохи. Мы зашли в особняк, где расположились в моем бывшем кабинете, и под хороший сытный ужин радушный хозяин неспешно вел свои беседы, вводя меня в курс последних событий, как непосредственно касающихся баронства Рингмар, так и общей ситуации в стране.