Сбитый ритм
Шрифт:
— Поторопись, пожалуйста! Отто с Пертом застряли на ярмарке, там листовки новые, поедут с нами в горы. Надо их вынести и вывезти сюда, а тут уже разберёмся.
— Отто? Так он же на бодуне дрыхнет?
— Какой бодун! Иллюзия это, помнишь, ты на камни записывала на всякий случай. Да, Лилиан делает вид, что так и надо, потому что иначе вдовой станет. Шевелись, давай!
— Слушай, ты чего раскомандовалась тут? — возмутилась я, — у меня на вечер вообще другие планы!
— Мда? Твои планы как-то не торопятся снимать с тебя Орры! А у нас всё на поток поставлено!
Ну что ты будешь делать! Переодевшись, и наскоро собрав небольшой мешочек с кристаллами иллюзий, Кади и Мирт, я двинула вместе с Эвелин прочь из лагеря.
Мы довольно долго шли круголями по тёмным улицам туда, где горела огнями Ночная ярмарка. Всё-таки забавно придумано: несколько раз в год купцы Жемчужного позволяли буквально разорять свои склады, выставляя товар по очень низким ценам. Конечно, не от большой щедрости: продукты на этих ярмарках почти просрочены, вещи — бракованы, драгоценности — фальшивы. Потом теневые дельцы, и вместе с ними Сопротивление, сообразили, что большую толчею под покровом ночи можно обернуть себе на пользу, и понеслось. В разноцветных и разнокалиберных коробках, часто находились листовки, котрабандные книги, и многое другое. Так сказать, вещи, несущие «просвещение и свободу» на другие концы Империи: в Жемчужном таможенные досмотры судов давно превратились в формальность.
А вот оцепление вокруг ярмарки — точно не формальность, да и посты рядом со складами следили внимательно. Дело тут не только в штрафах, которые купцы сдирали с невнимательных стражников, пропустивших кражу, но и в том, что сегодня, в самом начале ярмарки, произошла большая драка, под которую кто-то что-то умыкнул, и теперь все были на взводе. Как тут вынести несколько ящиков без документов!
— Уф, Кети! Наконец-то! Ура! — забасил Отто, — как я рад тебя видеть!
— Угу. Так, показывай, чего надо.
Надо было немного, но муторно: прикрыть дверь, прикрыть погрузку, прикрыть телегу, пока в неё для маскировки грузили корзины с едой. Тут ребята перестарались, и завалили телегу так, что на ней совсем не осталось места, кроме как на козлах и только двум оболдуям.
— Вот же бестолочи! — воскликнула Эвелин, — ладно, я тут останусь, для лазарета кое-чего приглядела. Вы вернитесь, главное, ну или пришлите кого, сумочки поднести.
— Ща, погоди… давай-ка посмотрим…
Увы. На телеге действительно не нашлось места, разве что для маленькой меня. Впрочем, без меня ребята бы и не выехали.
Скрепя сердце, пришлось оставить Эви на ярмарке одну, и отправиться в путь.
В ледяном предрассветном воздухе, пар от дыхания оседал на железных частях телеги. В любой другой день по такой погоде, я побила бы даже Изабель по части танца, но мне снова поплохело, и я слезла вниз. Оставалось стиснуть зубы и считать шаги, чтобы хоть как-то отвлечися. Пятьсот двадцать. Пятьсот двадцать два, пятьсот двадцать три… четыреста тридцать восемь… Неважно. Лагерь скоро, уже скоро.
— Кети, ну ты что? Опять желудок? — озабоченно спросил Отто, — я ж тебе сказал,
— Не, так меня совсем укачает, без прикрытия останетесь. Лучше пешком…
— Ууу, похмелюга, — протянул Перт, и полез в корзину, — на, держи лируппу, поможет.
— Угу.
Я куснула зелёную мякоть и скривилась от хлынувшего в рот кислого сока.
— Брр, дрянь! Ух! Отлегло, кажись. Спасибо!
— Да не за что, — Перт потянулся, меняя позу, — слушайте, а может, срежем угол-то?
Отто согласился, я промолчала. Мы свернули в узкий переулок, чуть не задавив какого-то оборванца, пристроившегося поссать.
Переулок этот здорово сокращал дорогу, но пользовались им редко, предпочитая нормальную проезжую часть, что вилась вокруг доходных домов. И хорошо, что не пользовались: например, сейчас телега заняла почти всю ширину прохода, так что пришлось всё-таки залезть на панцирь и устроиться в корзине с зеленью. Если бы не кютюк, плавное покачивание навеяло бы сон, но увы. Громко рыгнув, я перегнулась через край телеги.
Через пару мучительных минут покачивание прекратилось. На заднем плане начался какой-то разговор.
— …предъявляем, — проговорил кто-то.
Сплюнув последний раз, я вытерла рот и обернулась. Площадка перед выходом из переулка ярко освещена факелами, которые держали двое в форме внутренних войск. Ещё трое стояло перед ними. Отто уже соскочил с телеги, Перт передвинулся на край и закатывал рукав. Патруль? Проверка крови? Доигрались…
Пробравшись вперёд, я последовала примеру Отто и слезла на мостовую — если что, легче будет бежать. Впрочем, этого не понадобилось.
— Верноподданная Адони, — кивнул офицер, поднимая глаза от проверочной пластины, — очень хорошо. А чего зелёная такая? Может, лекаря вызвать?
— Да ну что вы, какой лекарь! — тут же запротестовал Перт, — это ж наша, тоже на ярмарку ходила, подобрали вот на обратном пути. Потравилась маринованнм кютюком, у неё бывает. Ну, знаете, желудок начинает бурчать, плохо работать….
— Да знаю, — вздохнул лфицер, и кивнул мне, — ну, поправляйся. Так, а в телеге что?
— Продукты, — небрежно ответил Отто, — у жены день рождения, закупались вот. Мидии, овощи… Вино, разумеется.
— Да, урожай мидий в этом году хорош. У меня тесть сотни корзин собирает, всё сетует, что столько народу перемерло, некому сбывать… — вздохнул офицер, а потом кивнул солдатам, — обыскать.
— Э, зачем так сразу? У нас ещё и фрукты! — Перт начал жонглировать ярко-рыжими якиррами, которые так любила Лилиан, — хотите?
И бросил пупырчатый плод офицеру.
— Не хочу, — холодно ответил тот, передавая якирр Отто, — а вам рекомендую слезть.
Перт наигранно вздохнул и спрыгнул с телеги. Потом он встал рядом со мной, красноречиво отдавив ногу.
Да хоть обе. Иллюзия не работала. Не смотря на четыре камня по углам телеги, не смотря на привязку, не смотря на вложенные картинки на случай появления посторонних — иллюзия не работала.