Сапфир
Шрифт:
Юная Женевьева была внебрачной дочерью одного из зальтийских деров и жила в женском крыле Солнечного замка, являясь частью сообщества Мераг. Приуменьшить влияние Мерага на двор Зальтии было довольно трудно. Ему принадлежали все женщины королевского рода, все воительницы, обученные защищать родной дом, все слуги женского пола, что находились в замке, и все деры, что крутились при дворе. Мерагу принадлежали и наложницы с блудницами. Первых, как и в других королевствах, именовали «фаворитками». А других – «девами утех».
Зальтийский
Грониделу, самому юному из гонцов смерти, что только что воротился домой после стольких лет обучения в Небесном замке, получить любовь и ласку очень даже хотелось. Потому он был несказанно рад, когда приглянувшаяся ему юная и прекрасная Женевьева оказала ответные знаки внимания и приняла его ухаживания.
Он старался как мог. Он даже позабыл о собственном статусе и втайне начал строить планы о будущей женитьбе на Женевьеве.
Когда в момент их первого единения девушка призналась, что уже не девственница, Гронидел на это внимания не обратил. «Прошлое не имеет значения», – ответил он. Насколько же он был глуп… Женевьева приняла на себя роль его «наставницы» в делах любовных. Она открывала ему разные секреты женского тела и учила соблазнять ее так, как ей нравилось. Он с удовольствием играл с ней в эти игры и был слеп настолько, что всерьез подготовился обратиться к отцу с прошением о титуле для фаворитки.
Все рухнуло в один день. Обычный день. Обычный пир по поводу дня рождения его второго брата. Музыка, танцы, угощения, смех, дым, соблазн и утехи в специально отведенных комнатах.
Гронидел подождал, пока отец изрядно выпьет, и только после этого подсел к нему, чтобы обсудить свое деликатное дело. Когда отец услышал просьбу Гронидела, он захохотал.
– Дать деве утех титул? – выпалил он. – Ты в своем уме, мальчик? Играйся, используй, я за все заплатил! Но любовь, Гронидел! Я думал, ты умнее. Влюбиться в эту маленькую умелицу – выходка, которую мог учинить только ты!
В тот момент Гронидел все понял, но до конца еще не осознал. Он покинул пир и напился в своих покоях. А потом решил отправиться в комнату к Женевьеве, чтобы напрямую с ней объясниться.
Он помнил, как постучал и ему не ответили. Помнил, как без труда наложил юни открытия замка на ее дверь. А потом толкнул ее вперед и замер.
Никто при его появлении не остановился. Второй по старшинству брат сидел в кресле и гладил Женевьеву по волосам, пока она усердно брала его в рот, а старший Марк активно работал бедрами, толкая член сзади.
– Хочешь к нам? – позвал его Марк,
Гронидел вышел и закрыл за собой дверь.
Он увидел Женевьеву на следующий день. Она пришла к нему сама. Долго топталась на пороге, пытаясь что-то объяснить.
– Они принуждали тебя? – тогда спросил Гронидел.
Женевьева покраснела и виновато отвела глаза.
– Это – моя работа. Мне за нее платят.
– За меня тебе тоже заплатили?
– Да, – она перевела полный печали взгляд на него. – Но обучать тебя было для меня честью.
Гронидел запер дверь у нее перед носом и стал собираться в путь. В восемнадцать лет ему разбили сердце в первый и последний раз. Больше ни о какой любви и привязанности речи в его жизни не шло. Только утехи. Только игра. Только с теми, кто воспринимал это так же, как и он.
– Дхар меня побери, – произнес принц и спрятал лицо в ладонях.
Он сказал Сапфир, что она прекрасна. И то было правдой: она прекрасна, только раньше он этого не замечал. Теперь, когда заметил, ему страшно продолжать. Потому что продолжать значило выбрать путь борьбы, а бороться с судьбой он давно устал.
Глава 10
Лучший способ убежать от старых проблем – найти себе новые.
Сапфир приняла ванну и, вопреки просьбам Гронидела не прикасаться к своим вещам, натянула на себя исподнюю рубаху.
Стыд за вызывающее поведение вечером и неестественное безразличие, с которым она принимала заботу мужа о своем теле ночью, сменился болью от спешного побега принца поутру. Внутри клокотала обида. Она порождала гнев, требующий самовыражения.
Принцесса уже и забыла, каково это, когда тело горит огнем и потушить эмоции силой мысли становится невозможно. Однажды эта дорога довела ее до несчастья. Повторять подвиг Сапфир не собиралась.
Нужно было отвлечься. Занять себя важным делом и заставить голову не думать о том, что красивый и молодой муж не желает делить с ней постель.
Принцесса прошла в спальню и остановилась напротив меча, который оставил Шершень. Провела пальцами по идеально гладкой стали клинка, заточенного с обеих сторон, и насчитала четыре разных рисунка юни, которые покрывали лезвие. Ману для этих юни хранили в себе драгоценные камни, украшавшие навершие.
Белый алмаз – юни изменения веса.
Красный Рубин – юни-щит.
Синий Сапфир – юни защиты стали от огня.
Зеленый Изумруд – юни света.
Сапфир схватила нового друга за рукоять и оценила вес. Нетяжелый, он удивительно удобно лежал в руке. Принцесса коснулась рисунка маны и «свернула» юни изменений веса. Меч стал тяжелым. Она перехватила его двумя руками и замахнулась, едва не сбив лампу, висящую на стене.