Санька-умник 2
Шрифт:
После приземления, летчик набросился на меня с кулаками за то, что указатели, оказывается, были расставлены неправильно, из-за этого самолет мог перевернуться.
Я не владел премудростям авиационной сигнализации, но на войне прикажут и умей делать все. Подвергать опасности пилота я не намеревался.
Спасло меня то, что летчик оказался опытным пилотом и посадил свой самолет без аварии. Правда, материл он меня из души в душу.
К самолету мы доставили двух больных бойцов и двух
— Это ещё чего такое? — последние «пассажиры» совсем вывели пилота из себя.
— Раненых в госпитале кормить, — ответил я.
Пилот нахмурился, но грузить баранов на борт разрешил. В Чите не очень хорошо со снабжением было и летчик об этом прекрасно знал.
— Одного можете себе забрать.
Я попытался хоть как-то загладить свою вину. Сообщит лётчик, что по моей вине он чуть самолет не угробил и поеду я лес валить…
После сказанного я удостоился от пилота пристального взгляда и кривой ухмылки.
— Бараний дипломат ты, старлей.
На этом наш разговор с пилотом закончился.
Никуда он об моей оплошности не доложил, а я, честно говоря, побаивался…
— Японцы! — вернул меня из воспоминаний в реальность крик нашего водителя.
Черт! Черт! Черт!
Точно!
Мать моя!
Как из ниоткуда, на обочине один за другим появлялись солдаты в чужой форме. В руках каждого, по крайней мере тех, кого я сейчас видел, были какие-то прямоугольные довольно большие свёртки.
Что они собрались делать? Почему не стреляли, а с какими-то свёртками к дороге вышли? Не подарки же нам собрались дарить?
Глава 18
Глава 18 Про смертников, экраны на танках и син-гунто
Наш санитарный автомобиль не вызвал у японцев никакого интереса, а вот танки, что двигались впереди и сзади от него по дороге, те были для них как будто медом намазаны…
К каждому из них сейчас бежал один, а то и сразу двое из появившихся внезапно на обочине.
Где они только и прятались? В земле до поры и времени зарылись?
В подбегающих начали беспорядочно стрелять и тут они стали… взрываться! Так вот, что за пакеты-свертки у них в руках были!
«Живые мины»! Вот это кто!
Комбат нам про них рассказывал, но не про таких. Говорил он, что японская императорская армия в настоящее время практически не имеет средств для борьбы с нашей бронетехникой. Их сорока семи миллиметровая пушка пробивает броню советских легких танков, а вот тяжелые танки ей уже не по зубам. Поэтому и формируются у японцев чуть ли не в каждой роте группы смертников-истребителей танков.
По словам командира батальона у них должны были быть в руках длинные бамбуковые шесты с прикрепленными
Эти, что напали на нас, были какие-то неправильные, без шестов, а с пакетами. Вернее, свертками из мешковины.
Большинство японцев до танков, что шли в колонне, не добежали, срезали их наши автоматчики, но несколько бронированных машин мы всё же потеряли.
Колонна остановилась.
— Из машины! — скомандовал я своим подчиненным.
Гадать не надо, после нападения японцев имеются у нас раненые, вот и надо им помочь.
К счастью, получивших ранения было немного.
— Не жалеют они своих. — кивнул на лежащих у обочины наш водитель.
Да, получается, что так. Немцы на танки живьем не прыгали, из фаустпатронов по нам херачили. Дешево и сердито, если остроконечная граната не отскочит от наклонной брони советской боевой машины.
В конце сорок третьего у них панцерфаусты появились. Гадость ещё хуже фаустпатрона. Двухсот миллиметровую броню его граната пробивала. Было у немцев панцерфаустов как у дурака махорки. Применение его никаких особых навыков не требовало. Одна тренировка и любой гражданский мог наши танки подбивать, особенно в городских условиях.
Панцершрек… Это, вообще беда.
Кто-кто, а я от танкистов, с которыми не один год сквозь войну шел, много про фаустпатроны, панцерфаусты и панцершреки наслушался. Да и результат их действия в медсанвзводе и медсанбате сам видел.
Слава Богу, у японцев такого нет. Вот и хорошо.
Кстати, в конце войны у нас в бригаде на танки стали устанавливать стальные сетчатые экраны. Делали это ремонтные службы, наваривая проволоку на раму из уголков. Ударится де об сетку фаустпатрон и взорвется. Взрыватель-то у него контактный.
Оказалось, что всё не так. Фауст пробивал и сетку, и броню.
Однако, от гранат сетки помогали. Ну, и от бутылок с зажигательной смесью.
Был у сеток и минус. Мешали они десантникам на броню взобраться и потом в нужный момент с неё спешиться.
Вот сейчас бы эти сетки нам не помешали.
Колонна всё стояла. Я закурил и решил всё же посмотреть, где, японцы-то у дороги прятались.
Искать долго не пришлось. Оказывается, в земле было отрыто что-то типа глубоких окопчиков, а сверху они до нужного времени были прикрыты плетеными крышками как у корзины. Откинул её в сторону и выскакивай со свертком из мешковины, внутри которого взрывчатка.
Мать!
Что там опять моё горе луковое тащит!
— Во! — аж светится весь от удовольствия. — Сморите, какая сабля!