Санитар
Шрифт:
Мне и предложили. Я — не отказался. Каждой самостоятельной операции я тогда ещё радовался.
Летели мы как-то странно. Довольно низко и над линиями электропередач. Наверное, так было положено.
Прооперировал я тогда мужика и обратно вернулся. Вот и весь мой опыт полетов на вертолетах.
Сейчас у нас вертолет был побольше. Зелёный и на вид хищный. Похож на голову у щуки. Что за марка, об этом я представления не имел. Местный какой-то вертолет, по ним я совсем не специалист.
Летели мы часа полтора или чуть
Хотя внутри вертолета и шумно было, я даже немного вздремнул. Сам потом этому удивился. Сначала меня даже потрясывало, а затем как-то незаметно глаза сами закрылись.
Когда уже подлетали, Коромыслов меня в бок толкнул.
— Вставай, боец. Царство Божие проспишь...
Сказал, и смеется. Весело ему, а на меня опять страх напал.
Я выглянул в иллюминатор. На самом небе не было ни облачка, а внизу впереди, примерно через километр, густой туман над землей завис. Накрыл её уже знакомой мне полусферой метров в триста в диаметре.
На некотором отдалении от тумана, окружая его со всех сторон, что-то типа загородочки стояло, а на ней — маленькие человечки копошились.
Черных шаров было не видно.
Всё это я только мельком увидел, буквально на секунды. Затем Коромыслов меня от иллюминатора отодвинул и сам к нему как прилип.
— Сработало оповещение! Успели защитный периметр собрать!
Сквозь гул от винтов вертолета проорал мне почти в ухо Мишка.
— Ну, это — хорошо! Не в чистом поле отбиваться!
Успел он ещё мне крикнуть, а тут мы и сели.
Давешний мужик, что в ангар к нам заявился, махнул рукой и мы по одному стали высаживаться из вертолета, а затем, инстинктивно пригибаясь, побежали к стоящей невдалеке сборной конструкции.
Вблизи она выглядела... не так красиво. Оповещение, как Мишка сказал, сработать-то сработало, но монтировали периметр явно торопясь. Не совсем вкривь и вкось, но между металлическими щитами щели имелись. Хуже было вверху, на горизонтальных площадках, где люди с оружием стояли. Горизонтальными они быть только предполагались, сейчас же с них сорваться вниз труда большого не составляло. Хорошо, на площадках этих с тыла ограждения имелись, они людям скатываться на землю с верхотуры и не позволяли.
— Быстрее, быстрее! Занимайте места! Сейчас начнётся!
Орал это нам какой-то гражданский, даже не имевший защитного обмундирования.
Что он тут делает? Смерти своей ищет?
— Уберите его отсюда! — крикнул наш инструктор с полигона. — Быстро!
Потом ещё и выматерился.
Я его совсем за это не осуждаю. Надо же додуматься, у пробоя без защиты находиться!
Я встал рядом с Коромысловым. Посчитал, что так у меня шансов больше будет в живых остаться.
— Давно граница тумана не двигается? — спросил Мишка у штурмовика, который здесь уже на стене
Тот как будто этого вопроса даже и ждал. Очень важным сейчас и очевидным для всех, кроме меня, это видно было и сам он минутки отсчитывал.
— Час пять минут, — даже не глянув на часы ответил боец.
— Хреново...
Коромыслов даже хотел потереть лоб, но его рука наткнулась на стекло защитного шлема.
— Хреново, — повторил Мишка, — Очень даже.
— И не говори, — поддержал мнение Коромыслова наш сосед по защитному периметру.
Почему, хреново? Вон и периметр собрать успели, пусть и на живую нитку, и кривовато? Всё теперь не в чистом поле от шаров отбиваться. Сам Мишка так недавно сказал.
— Он будет? — скорее не поинтересовался, а дал прогноз будущих событий Коромыслов.
— Он, — коротко ответил не отрывая глаз от границы тумана боец в полном защитном костюме.
Он? Кто — он? Опять я ничего не знаю!
Глава 30
Глава 30 Червь
Я ещё раз как мог глубоко втянул в себя воздух через нос.
Выдохнул.
Пахнет... Причем, какой-то незнакомой химией.
Костюм после обработки не проветрился? Наверное...
— Чуешь?
— Что, Миш?
— Запах.
— Да, что-то такое есть.
— Точно, он будет. — Коромыслов повернул голову к нашему соседу-штурмовику.
— Будет, будет. Я тоже чую, — не отрывая глаз от тумана отозвался тот.
Сейчас мы все в защитных костюмах и шлемах, дышим смесью из баллонов, а запах тогда откуда? Проникает снаружи?
— Опасно это? — поинтересовался я у Мишки.
— Нет, всё нормально. Голова потом только поболит.
— У тех, кто жив останется, — последовал непрошенный комментарий от штурмовика.
Что он нагнетает-то? Лучше бы, хоть — Мишка, хоть — он, сказали мне, кто появиться из тумана должен!
Даже — просто шепнули. Я бы услышал.
Хоть сейчас мы в костюмах и шлемах, но разговаривать свободно можно, слышимость почти не изменилась. Мне кажется, что как бы даже не лучше немного стала. Такая вот имеется у нашей экипировки опция.
— Червяков любишь?
Чего-чего, а вот такого вопроса я от Мишки не ожидал. Нашел время про червяков спрашивать.
— Любишь, говорю?
Совсем у Коромыслова крыша поехала!
Или, отвлечь, чуток развеселить он меня хочет? Причем, бородатым анекдотом.
Ну, про двух маленьких мальчиков. Как один другого про то же спрашивает — червяков любишь? Тот, ушибленный на всю голову, и отвечает, что любит.
— Любишь, так ешь его! — говорит и червяка протягивает...
— Любишь, говорю? — в третий раз повторяет Мишка.
— Нет, не люблю и есть их не буду.
— Да я не про то. Сейчас червь появится.
Червь? Он, это — червь?