Само совершенство. Том 2

Макнот Джудит

— Кэтрин, — обратился он к бывшей жене, — ты можешь составить мне компанию? Потому что в противном случае Карл и Сара проведут здесь половину рабочего дня, пререкаясь со мной. Или у тебя есть какие-то дела?

— Я останусь, — коротко ответила Кэтрин.

— Ну тогда решено, — резюмировал преподобный Мэтисон, и они направились в спальню Джулии, а Кэтрин пошла на кухню готовить Теду легкий завтрак.

— Джулия, дорогая, это я, папа. Мама тоже здесь, рядом со мной.

Сквозь наркотический дурман Джулия почувствовала, как чья-то рука коснулась ее лба, и откуда-то очень издалека донесся родной голос отца:

— Мы любим

тебя. Вот увидишь, все будет хорошо. Спи спокойно.

Вслед за этим послышался ласковый, взволнованный голос матери:

— Ты у меня такая мужественная девочка. Ты всегда была такой. Спи крепко.

Что-то жесткое, колючее коснулось щеки Джулии, и она, невольно поморщившись, отвернулась. Тотчас же вслед за этим раздался знакомый, грубоватый смех Карла.

— Если твой любимый брат еще не успел побриться сегодня, это не повод от него так шарахаться… Я люблю тебя, сестренка.

Карла перебил насмешливый, но непривычно мягкий голос Теда:

— Ну вот! Карл обязательно должен потянуть одеяло на себя! Ведь это я — твой любимый брат. Мы с Кэтрин остаемся рядом с тобой. Если проснешься — только свистни, и мы примчимся к тебе сломя голову.

Тихий голос Сары был последним:

— Я тоже люблю тебя, Джулия. Пусть тебе приснятся хорошие сны.

Но вот родные голоса затихли, и Джулия погрузилась в глухую, беспросветную тьму, наполненную криками бегущих людей, глухими звуками ударов и ревом самолетов.

Кэтрин поставила на поднос тарелку с тостами, джем и стакан апельсинового сока и, услышав, как захлопнулась входная дверь, направилась в гостиную.

Тед, как и обещал, позвонил ей сегодня утром, сразу после того, как привез Джулию домой. Но к тому времени, как она добралась до дома подруги, там уже собралось все семейство Мэтисонов. А потому все, что она знала о происшедшем в Мехико, сводилось к версии, которую Тед изложил родителям. Но Кэтрин подозревала, что эта версия была сильно подредактирована.

Тед сидел на диване, уперевшись локтями в колени и обхватив руками голову. В этой позе ощущалось такое безысходное отчаяние, что Кэтрин сразу поняла — дело не только в усталости.

— Все было очень плохо, да? — спокойно спросила она.

— Плохо — не то слово, — ответил Тед, отнимая ладони от лица и поворачиваясь к жене, которая, поставив поднос на стол, села у противоположного конца стола. — Это был какой-то кошмар. Слава Богу, что Джулия с самого начала была на грани истерики, а потому не могла по достоинству оценить даже половины из происходящего вокруг. Кроме того. Пол делал все, чтобы держать ее подальше от основного представления. Но зато мне, — горько улыбнулся он, — достались места в партере. Кроме того, я не был на грани истерики. Господи, все произошло гораздо хуже, чем я мог себе вообразить даже в самом страшном сне…

Почувствовав, что Тед не знает, с чего лучше начать свой рассказ, Кэтрин решила ему немного помочь:

— Ты хочешь сказать, что Бенедикт был в ярости? Он что, пытался добраться до Джулии и ударить ее?

— Ударить ее? — горько переспросил Тед. — Как бы Мне хотелось, чтобы это было так. Тогда бы ей было гораздо легче пережить все случившееся.

— Я не понимаю.

Тяжело вздохнув, Тед откинулся на спинку дивана и мрачно рассмеялся:

— Нет, он не пытался ни добраться до нее, ни ударить. Как только он понял, что происходит, он застыл на месте, не порываясь никуда убежать. Он просто молча стоял и смотрел на

Джулию, как бы предупреждая, чтобы она не пыталась ни подходить ближе, ни вмешиваться в происходящее. Он не сказал ни слова и даже глазом не моргнул, когда федералы защелкнули на нем наручники и начали обыскивать. Он вел себя настолько примерно, что не было ни малейшего повода прибегать к каким-либо методам «дополнительного убеждения». Но они тем не менее хорошо над ним поработали под предлогом обыска. Один заехал ему дубинкой по почкам, второй — по ногам, он не только не пытался сопротивляться, но даже не издал ни звука. Клянусь Богом, я никогда в жизни не видел, чтобы кто-нибудь так вел себя при аресте. Особенно при таком аресте. Создавалось впечатление, что ему абсолютно безразлично все на свете, кроме одного — желания, чтобы все прошло как можно тише и чтобы Джулия ни в коем случае не оказалась втянутой в это безобразие. Она же, несмотря на то, что не видела и десятой части из того, что они с ним делали, не переставая кричала, чтобы они не трогали его.

— Выпей немного сока, — сказала Кэтрин, протягивая ему стакан. — Я так понимаю, что это еще не конец.

Тед благодарно улыбнулся и, залпом выпив сок, покачал головой.

— Нет, — язвительно сказал он, нервно катая стакан между ладонями. — Это лишь самая хорошая часть.

— О Господи, — воскликнула Кэтрин, чувствуя, как ею постепенно овладевает леденящий ужас. — Тогда какова же плохая?

— Плохая началась пару минут спустя, когда они стали уводить Бенедикта. Хэдли, директор амариллской тюрьмы, который по совместительству также является садистом и редкостным сукиным сыном, поблагодарил и поздравил Джулию в присутствии Бенедикта. Ради этого он даже специально остановил федералов, которые вели его к выходу.

— Но я не понимаю, почему из-за этого ты назвал его садистом.

— Для того чтобы понять, надо было видеть гнусную ухмылку, с которой он это делал. Я уже не говорю о том, что он представил все таким образом, как будто Джулия с самого начала согласилась на весь этот план с единственной целью — заманить Бенедикта в ловушку и сдать его властям.

Кэтрин почувствовала, как у нее похолодели руки и кровь отхлынула от щек. Глядя на ее смертельно побледневшее лицо, Тед кивнул, как бы полностью соглашаясь с такой реакцией на свои слова.

— Представила себе картинку? А теперь представь себя на месте Бенедикта. Он был… Нет, я даже не могу описать выражение его лица. Он начал вырываться — уж не знаю, то ли хотел добраться до Джулии, то ли просто пытался убежать, но зато прекрасно знаю, что федералы тотчас же воспользовались поводом и стали избивать его прямо на глазах у Джулии. Тогда она окончательно потеряла контроль над собой и набросилась на Хэдли. После чего упала в обморок, слава Богу.

— Но почему Пол Ричардсон не сделал ничего, чтобы остановить это безобразие?

Тед нахмурился и отставил в сторону пустой стакан.

— У Пола были связаны руки. До тех пор, пока мы находились на территории Мексики, мы были вынуждены играть по их правилам. ФБР вообще оказалось замешанным в этом деле лишь потому, что речь шла о похищении и взятии заложника. Мексиканское правительство тотчас же согласилось сотрудничать и оказать посильную помощь при задержании в аэропорту, но тем не менее до того, как Бенедикт не пересечет границу Соединенных Штатов, ФБР не имеет практически никакой власти. Мексика не подпадает под их юрисдикцию.