Само совершенство. Том 2
Шрифт:
У Джулии не было никакого желания тратить те драгоценные минуты, которые остались у нее для общения с родными, на разговор о Ричардсоне, Равно как и на мытье посуды. Решительно отложив в сторону тряпку, она сказала:
— Пойдем в гостиную. Я домою посуду позднее. Что-нибудь принести из кухни? — повысив голос, спросила она.
— Да, — откликнулся Тед. — Кофе.
Кэтрин, закончившая убирать в столовой, вернулась на кухню и начала доставать чашки и блюдца, но Джулия решительно отвергла ее помощь.
— Иди к Теду. Я вполне справлюсь сама. Поставив чашки на поднос, Джулия направилась в гостиную.
— Тед,
— Совсем не обязательно слышать что? — спросила она, застывая на пороге. — Не трогай телевизор, Тед, — резко окликнула она брата, который все еще пытался выполнить просьбу отца. Итак, самое страшное случилось. Они поймали его. С трудом удерживая поднос, Джулия тщетно пыталась унять дрожь в руках. — Они поймали его, да? — спросила она, глядя в обращенные к ней испуганные лица. — Поймали?! Ну отвечайте же!
— Они не поймали его, — Тед первым пришел в себя, и теперь его голос был полон ледяного сарказма. — Зато он поймал себе еще одну жертву!
Джулия в ужасе смотрела на экран, не в силах пошевелиться. Из какого-то дома на носилках выносили покрытое белой простыней тело, а ведущий невозмутимо комментировал происходящее:
— Итак, основная новость этого часа — Тони Остин, который снимался с Захарием Бенедиктом и Рейчел Эванс в фильме «Судьба», был найден мертвым в своем доме в Лос-Анджелесе. Экспертиза показала, что он был убит выстрелом из пистолета. Причем, пуля, убившая Остина, оказалась «аналогичной той, которой в свое время была убита Рейчел Эванс. Судмедэксперт определил, что смерть наступила приблизительно около десяти часов прошлого вечера. Руководство полиции Орэндж Сити подтвердило информацию о том, что накануне убийства Остину угрожал по телефону человек, назвавшийся Захарием Бенедиктом. Кроме того, существуют очевидцы, которые предположительно видели Захария Бенедикта в районе дома Остина. Полиция призывает всех членов съемочной группы» Судьбы «, которым также угрожал Бенедикт, проявлять максимум осторожности…
Последние слова диктора были заглушены грохотом бьющейся посуды. Джулия выронила поднос и закрыла лицо руками, как бы пытаясь отогнать стоящее перед глазами жуткое видение — покрытое белым саваном простыни безжизненное тело. А в ушах звучал холодный голос Зака:» Предоставь Остина мне. Существуют другие способы разобраться с ним «.
— Джулия! — Со всех сторон к ней протягивались руки, но Джулия пятилась назад, переводя невидящий взгляд с отца и брата на мать и Кэтрин, которые начали поспешно собирать осколки разбитого фарфора. Наконец, усилием воли немного стряхнув оцепенение, она сдавленно произнесла:
— Пожалуйста! Мне необходимо побыть одной. Папа, уведи маму домой, — чувствуя, что у нее в любую минуту может начаться истерика, Джулия поспешно добавила:
— Ей не стоит волноваться или расстраиваться из-за меня. У нее может подняться давление.
С этими словами она развернулась и ушла в спальню, плотно закрыв за собой дверь. Где-то в доме звонил телефон, но Джулия не слышала ничего, кроме голоса миссис Стенхоуп:» Захарий убил своего собственного брата и свою жену… Ему не раз приходилось играть людей, которые совершали массу ненужных убийств и выходили сухими из воды только потому, что они были «героями»… Он больше не способен отличать вымысел от реальности… Захарий —
Если бы его показали психиатру, в услугах которого он явно нуждался, Рейчел Эванс не лежала бы в могиле… Вы должны выдать его властям ради своего же собственного блага. В противном случае, если в один прекрасный день он убьет еще кого-нибудь, то смерть этого человека будет и на вашей совести. А мне бы очень не хотелось, чтобы всю оставшуюся жизнь вы несли на себе такое же бремя вины, какое сейчас несу я…»
В памяти Джулии возникло обаятельное, красивое лицо Тони Остина, его знаменитая сексуальная улыбка. Он никогда больше не улыбнется. Так же как Рейчел Эванс и Джастин Стенхоуп, он был мертв. Убит.
Теперь она вспомнила и слова Мэтта Фаррела:» Мы также обнаружили некоторые факты, которые свидетельствуют против Дианы Коупленд… Эмили Макдэниелс… Томми Ньютона «.
Достав из ящика ночного столика письмо Зака, Джулия прижала его к груди и, раскачиваясь взад-вперед в бесслезном рыдании, как заклинание повторяла про себя его имя. В комнате было совершенно темно, и она не могла перечитать письмо. Но это было и не нужно — она и так помнила наизусть каждое слово.
Наконец она начала различать приглушенные голоса, раздающиеся в гостиной. Не давая себе окончательно скатиться в пропасть отчаяния, Джулия усилием воли поднялась на ноги. Это были голоса людей, которые хотели и имели право все знать… чтобы посоветовать… чтобы помочь…
Глава 60
Когда Джулия, сжимая в руках письмо, которое она собиралась оставить родным, деревянной походкой вошла в гостиную, отец, Тед и Кэтрин прервали свой разговор и повернули к ней встревоженные, озабоченные лица.
— Я отправил маму домой, — наконец нарушил молчание отец.
Джулия с трудом кивнула — тело и голос по-прежнему плохо слушались ее.
— Это хорошо. — Еще несколько секунд она мяла в руках письмо, но потом решительно протянула его отцу. После того как тот взял его и развернул таким образом, чтобы Тед тоже видел написанное, Джулия сказала:
— Я… я собиралась завтра уехать… к нему. Это правда, — добавила она, глядя прямо в сузившиеся от ярости глаза брата.
Тед сделал шаг вперед и попытался взять ее за руку, но Джулия резко дернулась и попятилась назад.
— Не прикасайся ко мне! — теперь в ее голосе снова появились истерические нотки. Прислонившись спиной с стулу, она повторила:
— Не прикасайся ко мне.
Джулия перевела затравленный взгляд на печальное, искаженное страданием лицо отца, ожидая, пока он закончит читать и встанет.
— Помоги мне, — обратилась она к нему с отчаянно! мольбой. — Пожалуйста, помоги. Ты всегда мог отличит! добро от зла. Скажи, что мне делать? Умоляю, — добавил; она, вновь обращаясь к Теду и Кэтрин, которая с трудом сдерживала набегающие на глаза слезы, — кто-нибудь, по могите мне.
Джулия и сама не заметила, как оказалась в объятия: отца, который крепко прижимал ее к себе и гладил по голове так, как это бывало раньше, когда она выплакивала ему свои полудетские обиды.
— Ты и сама уже поняла, что тебе нужно делать, — охрипшим от волнения голосом сказал преподобный Мэтисон. — Этого человека необходимо остановить. Тед, — по вернулся он к сыну, — ты же юрист. Скажи, как нам лучин всего поступить, чтобы у Джулии было как можно меньше неприятностей с законом?