Самхейн. Падение

Созутов Семен Евгеньевич

На него обрушивались оттенки тех эмоций и состояний, которым он, бессмертный, попросту не мог найти абсолютно никакого подходящего названия. Как будто целый мир, да что там мир! Целая вселенная смотрела на него через эти необыкновенные глаза и изливала него поток запредельной мудрости, совершенно недоступной для понимания обычного земного создания. Пусть даже и бессмертного.

* * *

Архитектура Гитса, наверное, заслуживала того, чтобы быть описанной в отдельной

книге. Строгий стиль, который с небольшой натяжкой можно было бы назвать готическим, чередовался с постройками, которым попросту не находилось названия, настолько они были необычными. Глядя на них, становилось абсолютно ясно и для впервые оказавшегося здесь, что этот город воистину был настоящей обителью творцов.

Самхейн посещал Гитс уже огромное количество раз, но он всё равно замирал в восхищении, надолго задерживаясь возле того или иного здания. В прошлом, ещё в самом начале своего восхождения, Владыка Хаоса отдал этот город во владение вампирам. Вэл ещё тогда в шутку сказал ему, что жители побегут от таких хозяев прочь без оглядки.

Однако ничего подобного не произошло. Дети ночи оказались превосходными правителями. Во-первых, их налоги были намного ниже, чем в других частях Инфротерры. А, во-вторых, теперь, когда добычи было вдоволь, и абсолютно не нужно было скрываться, создания Тьмы перестали убивать своих жертв, которые теперь отделывались лишь временной слабостью от недостатка крови в организме.

Резиденция самого главы вампиров находилась в самом центре этого удивительного города, и напоминала своим видом небольшой готический собор, сложенный из тёмного камня и увенчанный пятью башенками, из которых центральная была несколько выше и массивнее остальных четырёх.

– Здравствуй, Владыка Хаоса, очень рад тебя видеть.

– И тебе моё почтение, Владыка Ночи.
– В тон ему отозвался Самхейн - А ты ничуть не изменился.

– Ты тоже вроде бы не постарел.
– Смеясь, поддержал незамысловатую шутку Вэл.
– У тебя ко мне дело, или ты просто приехал немного отдохнуть от тяжких государственных дел?

– И то, и другое, друг мой, и то и другое.... Скажи, как идут твои дела?

– Да, вроде бы, как всегда, неплохо. А что именно тебя тревожит?

– А с чего это ты взял, что меня что-то должно тревожить?

– С того, что я знаю тебя уже, дай боги, не первое столетие, да и твоя кампания на севере...- Вампир на секунду замялся - В общем, успешной её, мягко говоря, не назовёшь.

– Тут ты прав. Мои молокососы провалили всё дело, а сам я в тот момент был далеко.

– Наслышан, наслышан. Но всё же о чём ты хотел со мной поговорить?

– Понимаешь, какое дело. Ты в курсе о том, что гномы Южных гор подняли восстание?

– Конечно, как и том, чем оно закончилось.
– Тонко усмехнулся Вэл.

– Так вот, Сахмет утверждает, что среди мятежников он видел высшего вампира, не подскажешь ли, кто бы это мог бы быть? Владыка Хаоса тяжело уставился в глаза собеседнику.

– А он не мог ошибиться?
– Не отводя взгляда от лица Старшего Бога, парировал глава детей ночи.

– Нет, не мог. Он наблюдал перевоплощение твари

в авлара, а на это кроме вас никто больше не способен в этом мире.

– Что ж, тогда дело принимает весьма серьёзный оборот. Высших вампиров можно сосчитать по пальцам, и вычислить предателя не будет большой проблемой, но не это меня тревожит.

– А что же?

– А то, что отступник прекрасно понимает, какое наказание последует за его измену, и если всё же рискнул так поступить, то, значит, надеется на какие-то глобальные перемены в балансе сил, сложившемся с начала Тёмной эпохи.
– Вэл на секунду умолк - Нас ждут большие потрясения, друг мой, попомни мои слова.

– -Это мне и так ясно, ты лучше скажи, кто именно это был.

– Давай рассуждать. Мариус выполняет твои поручения...

– В нём я уверен, давай дальше.

– Сэт служит на острове Насилия.... Хотя стоп! Я, кажется, догадываюсь, кто это может быть.

– Ну же не тяни!

– Сумэрт! Точно, Сумэрт, он давно уже метит на моё место, и его давненько не было в Гитсе!

– Ты абсолютно уверен в этом?

– Ну, конечно не на сто процентов, но всё же, многое говорит о том, что это всё-таки он.

– А как найти этого твоего Сумэрта?

– Вот тут я тебе помочь не могу, высшие вампиры вольны посещать и покидать город, когда им угодно без моего разрешения. А наш предатель вряд ли настолько глуп, чтобы теперь сюда возвращаться. Впрочем, если он всё же это сделает, я непременно приму необходимые меры и сразу тебя извещу.

– На том и порешим. А сейчас, я хочу послушать ваших несравненных менестрелей!

– Между прочим, ты и сам мог бы составить им неплохую конкуренцию.

– Мог бы.... ты же знаешь, я вот уже пять столетий, как не пою...

* * *

В мире Силоры давно уже существует поговорка, что тот, кто никогда не слышал певцов Гитса, тот так по настоящему и не родился на свет. В сущности, она была не так уж и далека от истины. Самхейн, развалившись в роскошном мягком кресле в небольшой уютной зале, вовсю наслаждался разворачивающимся перед ним действом.

А посмотреть было на что. Сначала его взору была явлена балетная постановка, которая описывала события пятисотлетней давности о том, как Владыка Хаоса вступил в битву с тираном Орсиллиантом. Самхейн нашёл спектакль довольно привлекательным, хотя актёр, игравший его самого, показался повелителю Инфротерры слишком уж женоподобным. Затем, наконец-то, вышли менестрели.

Самхейну особенно запомнился один, резко отличавшийся от своих утончённых и изнеженных собратьев суровым мужественным ликом и мудрыми, несмотря на молодость, много повидавшими глазами. Его песня также явно контрастировала со слащавыми балладами о бесконечной любви других исполнителей, как и он сам.

Не плачьте по ушедшим в бой

Ведь сердце ваше не тревожит

Когда усталый и больной

Вздохнёт старик на грязном ложе.

Не плачьте по ушедшим в бой