Сам себе властелин 3

Горбов Александр Михайлович

Я вздохнул: если уж мумий не выдержал, значит, у меня точно слуха нет.

— С другой стороны, — смилостивился мумий, — ты можешь петь для врагов. Ночами, чтобы они не выспались.

— Нет, спасибо. Пусть им Йорик поёт, ему всё равно спать не надо.

— Зря ты смеёшься, у него весьма недурной баритон. И в ноты он, кстати, попадает.

— Смейся, смейся. Вот возьму и запрещу указом песни, чтобы неповадно было.

Но мумий только улыбнулся и покачал головой.

— Не злись. Я всегда мечтал рисовать, но таланта хватило только на мазню.

Помню, взялся рисовать парадный портрет Матильды. Ох и гоняла она меня по замку, как увидела! Но я же не запретил живопись.

Я отмахнулся.

— Да шучу я, шучу. Забыл, какое у меня чувство юмора?

Шлёпая босыми ногами по полу, я подошёл к шкафу и распахнул дверцу. Любимый мой владыческий костюм! Как же я по тебе скучал. Вот сейчас надену всё чёрное и окончательно приду в норму.

— Деда, скажи, есть способы достать кровососа?

— Кого?!

— Того вампира-нотариуса.

— Зачем? Он вроде…

— Это ж он меня в родной мир вышвырнул.

— Серьёзно?

Лицо мумия стало свирепым.

— Придумаю что-нибудь. Я всё-таки колдун, хоть и мёртвый — не жалкому вампирешке со мной тягаться. Достанем и кол ему в сердце.

— Кол не надо. Придумаем ему наказание поинтереснее.

Старик кивнул и задумчиво потёр подбородок.

— А я-то думал, как тебя выкрали так незаметно. Не ожидал от светлых такой подлости. Они, конечно, гады, но не до такой же степени.

— И это, гоблин, Лев Бонифатьевич, тоже с ними в сговоре был.

— Даже так?

— Угу, я сам в шоке. Со всех сторон обложили.

— Что-то здесь нечисто, Ваня, не в их стиле. Кто-то ещё руку приложил, из тёмных. Даже почти могу сказать кто.

Я обернулся.

— Говори.

— Потом. Сначала проверю, чтобы точно быть уверенным. Дашь пару дней на расследование?

— Проверяй, не к спеху. Мне сейчас и других дел хватит.

Дальше нам поговорить не дали. В дверях появились Шагра и Клэр с подносами в руках.

— Закуски, — пояснила орка, — чтобы рассказывать веселее было.

— Да! — ворвалась в комнату Дитя Тьмы, — мне, чур пироженку! И конфеты! Дедушка, ты же не ешь конфеты? Тогда я твою долю возьму.

— Бери, тёмнышко, бери.

Мумий расплылся в улыбке. Да, не хватает ему и бабушке внуков. Может удочерить Дитя? Чтобы они её официально нянькали?

— Владыка, куда клашть?

Следом появился Уру-Бука, с грудой подушек в руках.

— Зачем они мне?

— Сидеть, — заявила бабушка, отодвигая орка, — стульев у тебя нет, будем на подушках валяться. Или ты думал, что мы стоя будем докладывать?

Минут десять все рассаживались. Дитя Тьмы всё никак не могла выбрать, где самое удобное место и какая подушечка самая мягкая. Но тут появился Сеня, сгрёб свободные подушки и соорудил для себя гнездо. Может, он птица? Ну, такая, нелетающая, с щупальцами. Недаром он верхом не любит ездить.

— Я тоже хочу!

Дитя кинулась к монстру и залезла к нему под бочок.

— С чего начнём?

— Сначала. Когда вы обнаружили, что я пропал.

***

Моё

исчезновение оказалось шоком для всех обитателей замка. Даже возникла паника, когда поиски, прочёсывание леса и облёт журавликов-наблюдателей ничего не дал. Если бы не мумий, всё бы начало разваливаться уже на третий день.

“Владыка вернулся в Калькуару, заперся у себя в башне и готовит особое заклинание против светлых”, — объявил он во всеуслышание.

Только бабушка, Уру-Бука, Шагра и Сеня знали истинное положение дел. Но монстр после этого явился к мумию, выпросил амулет и тоже пропал.

— Неправда, — сонно заявила Дитя Тьмы, поднимаясь из Сениного гнезда, — я тоже знала. Но молчала, чтобы враги не догадались.

— Угук, — Сеня вернул её обратно и уложил себе под бок.

Впрочем, слухи всё равно просочились. Но скелеты и орки, не сговариваясь, принялись подыгрывать и не выдали посторонним страшную тайну. Гномам и троллям, что явились за авансом под строительство, все заявляли: здесь Владыка, только что мимо проходил. Пять минут назад был, сейчас вышел. Или — у себя, просил не беспокоить.

Только Казна взбунтовалась и отказывалась выдавать деньги.

— Где письменное разрешение от Владыки? Нету? Вот когда будет, тогда и приходите. Или пусть лично даст указание.

Мумий скрипел зубами, думал и под конец стал брать деньги в долг, под проценты.

На этом моменте я точно решил, кому завтра влетит по первое число. До скончания века будет отрабатывать эти “проценты”!

Заняв денег, мумий дал команду начинать стройку. Не зря же мы столько мучились с тендером! Стройка вокруг Калькуары закипела, так что даже ночью был слышен стук молотков, кирок и шум паро-магических экскаваторов.

А затем Совет Старейшин запретил импорт продовольствия из Кемнаро в Калькуару. Да ещё стал задерживать корабли, поднимающиеся к нам по реке. Замок оказался в настоящей экономической блокаде. И если бы не Уру-Бука, строители разбежались бы через несколько дней.

Глава 16

Что делать, если тебе не продают еду? Поискать другого поставщика! Уру-Бука переплыл реку и пешком, напрямик, за сутки добрался до Орочьего торгового порта на другом рукаве реки.

Договориться с гоблинами, державшими всю торговлю, оказалось сложнее, чем сделать марш-бросок. Жадные зелёные купцы принялись ломить цены, рассчитывая на слабость Калькуары.

— Шудари, — Уру-Бука, не стал по обычаю орков стучать кулаком по столу, а спокойно откинулся в кресле, — шдаётша мне, в “Орочьем” порту маловато орков. Вшё гоблины да гоблины. Я намекну Владыке, што необходимо впуштить шюда орочьих купцов.

Гоблины переглянулись. Лишиться монополии в торговле между людьми и оркскими кланами было для них настоящей катастрофой.