Сахар…
Шрифт:
– Совсем с ума сошла! – Глаза Юрия расширились до размера пятирублёвых монет, он схватил девушку за руки и зычно крикнул – Охрана!
За десять секунд, пока рослые ребята забегали в кабинет, Валерия успела шепнуть ему на ухо.
– Знай, ублюдок, я это так не оставлю. Твоя жена узнает о нашей связи, пресса узнает о твоих многочисленных связях, и тебя никогда не выберут в Госдуму, о чём ты так мечтаешь!
Девушку вывели за дверь, теперь она молчала, ей принесла удовольствие угроза, от которой этот самодовольный мужчина впал в ступор.
И на самом деле
Гнев начал постепенно трансформироваться в спокойный расчёт. Эту маленькую потаскушку нужно остановить – обычная «бытовая» неприятность грозила перерасти в проблему, которую срочно требуется устранить.
К счастью у него есть пара знакомых, специализирующихся на решении подобных задач. Запугать до такого состояния, чтобы человек больше не путался под ногами со своими ничтожными угрозами – это они могли. Как раз недавно один из директоров инвестируемых им предприятий порекомендовал Юрию Самсоновичу некого Петра Мартиросова по кличке Матрос. Этот тип служил в ВМФ лет десять назад и ныне занимался тем, что избавлял великих людей от назойливых поклонников – шантажистов. Конечно, убивать Валерию было ни к чему, такого греха Юрий Самсонович не взял бы на душу, пусть живёт, но припугнуть, чтобы прикусила свой шаловливый язычок – это в самый раз.
Глава 7
Сессия полностью закрыта, с Павлом окончательно порвано, ничего недоделанного в Петрозаводске не осталось – она свободна до начала февраля. Через шесть дней Новый Год, праздновать его Агата решила в Санкт-Петербурге, тем более, что съёмки начнутся уже завтра, тратить время даром никто не собирается.
Перрон освещали десятки жёлтых фонарей, от которых снег искрился золотом, множество людей стояли возле вагонов. Кто-то провожал своих родных, а кто-то одинокий садился в поезд и грустно глядел в окно. Максим Подольский арендовал целый вип-вагон для своей группы и ещё десяти ребят, включая Агату, которых он выбрал на кастинге. Границы между актёрами и съёмочной группой стёрлись в два счёта литрами карельского бальзама.
Катя пришла проводить Агату, и до самого отхода они простояли на перроне. В джинсовой курточке с лисьим мехом и пышной многослойной юбке до колен, да ещё с такими аксессуарами, как голубые гетры поверх ботинок на шпильках и модная шляпка, блондинка смотрелась немного кукольно среди сероватой в основном массы отъезжающих и провожающих.
– Павел не приходил? – Даже сейчас Агату ни на секунду не покидали мысли о бывшем парне. Она всё ещё любила его, и надежда на то, что Павел одумается, сильно поддерживала девушку, не давая разреветься.
– Нет, зато я слышала, как вчера они болтали с Сашей, договаривались о том, где мы будем проводить Новый Год. – Катя, несомненно, радовалась за подругу, но отпускать её одну в чужой город совсем
Пару недель назад она пыталась сделать так, чтобы эта влюблённая девушка возненавидела хладнокровного мецената, что притупило бы боль расставания, но теперь, всё изменилось: Катя использовала чувства подруги, чтобы удержать её.
– Вот и отлично, – улыбнулась Агата, и Катя удивлённо раскрыла глаза. – В таком случае я буду спокойна: он с вами, значит с ним всё хорошо.
– И что, даже не хочешь остаться – отметить встречу Нового года с в компании с Павлом?
– Нет, я уже всё решила. Еду сниматься в фильме и точка! – Агата притопнула ногой, как бы в подтверждение своей решимости.
– И даже ради меня не останешься? – Катя использовала последний трюк, который обычно срабатывал, когда ничего другого не удалось. Вызвать сочувствие – пасть ниже уже некуда, но попробовать стоило, и она нацепила на лицо жалостливую маску. Миг – другой и девушки уже хохотали на весь перрон.
– Я тебя обожаю, Катюх! – всё ещё смеясь, произнесла Агата, но при этом предательский ком всё-таки подкатил к горлу.
– И я тебя!
Они обнялись в последний раз в этом году, пожелали друг другу успехов и, наконец, разошлись. Блондинка двинулась к входу в вагон, а рыжеволосая быстро зашагала к лестнице в город – слёзно прощаться девушки не любили.
На железных ступеньках вагона Агата решила обернуться вслед подруге. Катя уже скрылась в толпе, но неожиданно возникло кое-что, привлёкшее внимание уезжающей девушки – мужчина в синей куртке с капюшоном, прикрывавшим лицо. Блеск глаз выдал его: в отражённом свете фонарей было видно, что он внимательно разглядывает Агату. Заметив взгляд блондинки, неприметный человек юркнул в третий вагон, она же ехала в первом.
Агата в сомнении пожала плечами и прошла по коридору в своё купе. Человек показался подозрительным – неужели он следил за ней? Девушка остановилась в проходе и хотела, было, набрать номер Кати, но засомневалась – а что она ей скажет? Что её кто-то преследует? Да кто, с какой стати?
В этот самый момент телефон тренькнул – пришло СМС от Кати: «Забыла сказать: ты – умница! Ты победила в кастинге и теперь едешь сниматься в кино. Я горда за тебя!»
Агата улыбнулась и мысленно махнула рукой: незачем звонить и пугать подругу параноидальными выдумками. Провинциальная звезда вошла в купе, вещи захмелевших коллег валялись на нижних полках, а сами они, судя по гаму, сидели за стенкой с остальной компанией.
Как бы ни казался Максим избалованным папенькиным сынком, воспитанность, какая-никакая, в нём всё же присутствовала: он расположил девочек с девочками, а мальчиков с мальчиками. Но то, что он всех напоил, совершенно не радовало Агату, ведь она, как никто, знала, чем это обычно заканчивается. Не дай бог, кто-нибудь начнёт к ней приставать, отчаянности ей не занимать – если не убьёт, так точно покалечит. От таких мыслей девушка хохотнула, с ней столько всего уже произошло, что постоять за себя она точно сумеет.