Сады Апокалипсиса

Ришар-Бессьер Ф.

— Это что-то вроде хромофобии, цветобоязни, должно быть, — вмешался Док. — Просто здорово! Но как вы об этом догадались?

Проныра хотел ответить, но Карэн перебила его:

— Это не догадка, это теперь уверенность. Вот. Однажды я развесила перед окном для просушки свою одежду и заметила, что шары заметались как бы в панике. Прямо как бы в изумлении от красного цвета. А потом они долго не появлялись перед окном, пока там висели красные тряпки. И это случалось не один раз…

— Они знают, что такое страх, — задумчиво прошептал Док. — Настоящий рефлекс

упадка сил, причем достаточно интенсивный, следующий за появлением соответствующего цвета. Так. Подходящее объяснение. Продолжай, Карэн.

— Мне хотелось получить неоспоримое доказательство, прежде чем рассказать вам об этом. Провести заключительный эксперимент. Идемте-ка сюда скорее.

Они отправились вслед за Карэн и Пронырой, не забыв прихватить с собой таинственную коробку, которая никак не хотела выдавать свои секреты.

Вскоре все оказались в жилище Проныры.

Он направился к защищенному решеткой окну, выходящему на довольно обширный задний двор, окруженный высокими потемневшими стенами.

По двору бродило странное животное на четырех ногах с телом, обвязанным красными лентами.

Это было какое-то совершенно кошмарное создание, и ребята долго наблюдали за ним, не произнося ни слова.

Пат наконец недоверчиво осведомился:

— Это еще что за живность такая?

Карэн засмеялась:

— Это кот.

— Кот…

— Да. Ведь сначала нужно провести эксперимент на животном. Вот Проныра и помог мне добыть эту зверюшку.

— Точно, — подтвердил Проныра. — Я стащил его в запаснике, пока Карэн любезничала с одним Старшим, стоящим на страже. Там целая куча всяких больших, средних и маленьких тварей, с шерстью, в перьях, с клювами и даже с пастями, которые могут проглотить нас за раз.

Он указал на четырехногого, который бродил по двору.

— На его клетке было написано слово «кот». Но скажу вам откровенно, что это паршивое животное было не очень удобным для похищения. Посмотрите, как оно меня исцарапало.

— Да и меня тоже, — добавила Карэн, показывая на свои руки. — Это когда я его обвязывала ленточками… Вот паршивый котяра!

— А как же вы его выставили во двор?

— Ну, это было не очень сложно, — ответил Проныра, кивая на щель мусоропровода. — Мы открыли отверстие изнутри и втолкнули в нее кота, а дальше он уже сам выбрался в другую щель наружу. А потом мы с Карэн присутствовали при невиданном доселе зрелище. Шары охватила просто паника, и они тут же разбежались. Посмотрите сами: ни один не желает приближаться.

Это действительно было так. Редкие шары, появлявшиеся над двором, немедленно удирали, завидев кота, обмотанного лентами. Это наглядно подтверждало рассказ Карэн и Проныры.

«Нечто» боялись красного. Они скрывались от этого цвета, как бы охваченные ужасом…

— Вот здорово, — протянул Док. — Просто превосходно!.. Гениальнейший эксперимент. Достойный самых великих умов, которые только рождало наше убогое человечество. Впервые своими собственными глазами мы можем наблюдать существ, находящихся на открытом воздухе и не подвергающихся ни малейшей

опасности. Какая дерзость! He так ли? Какая отвага!

— Браво, — воспламеняясь, поддержал его Ус. — Да здравствуют Карэн и Проныра! Ура!

Всех охватило ликование, все пожимали друг другу руки, обнимались и энергично похлопывали друг друга по плечам. То и дело раздавались взрывы хохота.

Однако нужно было многое еще обсудить, и Пат потребовал тишины, отвергая предложения, которые так и сыпались со всех сторон.

— Прошу вас, — твердо заявил он, — не терять рассудок. Для чистоты опыта его необходимо произвести над человеческим существом! Только тогда у нас будет полная уверенность…

Добровольцами вызвались все, но в конце концов эта честь была оказана Пату.

Его быстренько обмотали красными лентами, которые Мира и Пегги наскоро нарезали из ткани, валявшейся в жилище Проныры.

Вскоре Пат без всякого колебания и страха открыл дверь и выскользнул во двор, присоединившись к животному, которое казалось совершенно растерянным.

Оно не понимало, что происходит. Конечно, все это было выше кошачьего понимания.

Члены группы через окно видели, как Пат подобрал кота и стоял, вдыхая полной грудью чистый наружный воздух, которым люди не дышали уже целое столетие.

Как же это было чудесно, прекрасно и животворно!

Какое же удивительное ощущение это доставляло!

Пат подождал несколько минут, а затем вернулся. Голова его стала тяжелой, в ней что-то гудело, а дыхание было свежим… чудесно свежим!

Он казался себе, как, впрочем, и остальным, возвратившимся из другого мира. Мира, путь в который он проложил и который однажды станет принадлежать всем.

— Наше открытие, — говорил Пат, похлопывая по коробке, — должно оставаться в секрете. По крайней мере до тех пор, пока мы не вскроем коробку, поскольку возможно, что Старшие опередили нас…

— Все равно, мы более способные, чем они, — упрямо твердила Пегги. Ведь мы без них добились успеха.

— Все прекрасно, — вмешался Док, — нам нельзя терять времени, нужно доставать красную материю и шить одежду с капюшонами для каждого из нас. Этим займутся девушки. Возражения есть?

Никто не возражал, и весь следующий день они посвятили шитью, приступив к работе со всем пылом юности. В их ликовании таился порыв тысячелетнего любопытства, которое всегда вело к открытиям.

Их вдохновляла надежда, которая засветилась во мраке кошмара, казавшегося вечным.

Когда все было подготовлено, вспомнили о коробке и газовом резаке, добытом Пронырой. Работу решено было провести в большом зале.

— Остановитесь, я вам приказываю. Не касайтесь этой коробки!

Человек, проговоривший это, был высок, хорошо сложен, с сухощавым холеным лицом. Вся его внешность требовала подчинения.

Это был Старший.

Глава 6

Старший сделал несколько шагов по направлению к группе.

— Мое имя Грин, — представился он, — я пришел из четвертого сектора.