Сад костей
Шрифт:
— Позвоните моему приятелю Барту из Линкольнвилла. У него есть яхта с радаром. Он перевезет нас даже в тумане.
— Нет, не буду. Не хочу.
— Не хотите?
— Да. И вы не сможете меня заставить. Некоторое время Генри просто смотрел на нее.
— Надо же, — пропыхтел он, — какие мы!
— Ваш внучатый племянник уже едет. И появится здесь чуть позже.
— Может быть, он-то и сделает, как я хочу.
— Если вы ему небезразличны, он откажет.
— А вы почему мне отказываете? Джулия в упор
— Потому что я не смогу разбирать коробки на пару с покойником, — проговорила она и повернулась, чтобы выйти из палаты.
— Джулия! Она вздохнула.
— Да, Генри.
— Мой внучатый племянник вам понравится.
Джулия услышала голоса врача и медсестры, доносившиеся из-за занавески, выпрямилась и протерла заспанные глаза. Она задремала в кресле возле кровати Генри, и роман в мягкой обложке, который она читала, свалился на пол. Джулия подняла книгу и взглянула на Генри. Тот наконец-то спокойно спал.
— Это самая последняя ЭКГ? — спросил мужской голос.
— Да. Доктор Джарвис сказал, что все они были нормалыше.
— Монитор не показывает аритмии?
— Пока нет.
Зашуршала какая-то бумага.
— Анализ крови у него хороший. Опа! Беру свои слова назад. Немного повысился уровень печеночных ферментов. Видимо, Генри снова увлекся вином из своего погреба.
— Вам нужно что-нибудь еще, доктор Пейдж?
— Кроме двойной порции виски?
Сестра рассмеялась.
— А вот я, к счастью, наконец сдаю дежурство. Удачи! С ним она вам понадобится.
Занавеска раздвинулась, и возле кровати возник доктор Пейдж. Джулия поднялась, чтобы поприветствовать его, ее взгляд замер на удивительно знакомом лице.
— Том, — пробормотала она.
— Здравствуйте, Джулия. Я знаю, вам пришлось нелегко. Прошу у вас прощения от имени всего семейства.
— Но вы… — Она запнулась. — Вы его внучатый племянник?
— Ага. Разве он не рассказывал, что я живу по соседству с вами?
— Нет. Никогда даже не упоминал об этом.
Том удивленно взглянул на Генри, который по-прежнему крепко спал.
— Что ж, странно. Я говорил ему, что мы познакомились. И поэтому он позвонил вам.
Джулия сделала жест рукой, давая понять, что стоит отойти от кровати. Они вышли из-за занавески и направились к посту медсестры.
— Генри позвонил мне по поводу бумаг Хильды. Он подумал, что меня заинтересует история дома.
— Верно. Я говорил ему, что вы хотите побольше узнать о костях, найденных у вас в саду. Генри у нас вроде семейного историка, и я подумал, что он, вероятно, поможет вам. — Том бросил взгляд в сторону постели Генри.
–
Ну, ему все-таки восемьдесят девять лет. Он и подзабыть что-нибудь может.
— Ум у него необычайно острый.
— Ум или язык? Джулия рассмеялась.
— И то, и другое. Поэтому я испытала потрясение,
— Я рад, что вы были с ним. Спасибо вам за все. — Том коснулся ее плеча, и Джулия вспыхнула, ощутив тепло его ладони. — С ним очень непросто. Видимо, поэтому он так и не женился. — Том опустил взгляд на больничную карту.
–
Зато на бумаге он кажется хорошим пациентом.
— Да, я забыла. Генри говорил, что его внучатый племянник — врач.
— Да, но его я не лечу. Специализируюсь на инфекционных заболеваниях. Доктор Джарвис сказал, что, возможно, наше старое сердечко барахлит.
— Он рвется домой. И просил меня позвонить какому-то типу по имени Барт, чтобы тот переправил нас на яхте.
— Не может быть! — Том поднял глаза. — Барт еще жив?
— Что мы будем с ним делать?
— Мы? — Том закрыл карту. — И как только Генри удалось втянуть вас во все это?
Джулия вздохнула.
— В некотором роде я чувствую свою вину. Это из-за меня он стал копаться во всех своих коробках и так переволновался. Возможно, это для него чересчур, вот он и сломался.
— Невозможно заставить Генри делать то, что он не хочет. Когда мы говорили на прошлой неделе, мне показалось, что он счастлив, чего давно уже не случалось. Обычно он капризный и унылый. А теперь только капризный.
— Я все слышу, — раздался из-за занавески голос Генри. Скорчив физиономию, Том положил карту на стол. Он подошел к постели Генри и отдернул занавеску.
— Ты проснулся.
— Что-то долго ты добирался. А теперь поехали домой.
— Ой! Куда торопиться-то?
— У нас с Джулией полно работы. Осталось еще как минимум двадцать коробок. Где она?
Джулия подошла к занавеске и остановилась рядом с Томом.
— Сейчас уже поздно ехать домой. Почему бы вам не поспать еще?
— Только если вы пообещаете, что завтра же отвезете меня домой. Джулия поглядела на Тома.
— Что скажете?
— Это решит доктор Джарвис, — проговорил он. — Если утром он разрешит, я помогу вам отвезти его домой.
Побуду у него несколько дней и удостоверюсь, что все нормально.
— О, прекрасно! — явно обрадовался Генри. — Ты погостишь у меня!
Том наградил деда удивленной улыбкой.
— Что ж, Генри, это приятно, когда тебе рады.
— Ты-то и принесешь коробки из погреба.
День уже клонился к вечеру, когда они привезли Генри домой на пароме. Доктор Джарвис велел ему сразу же лечь в постель, но Генри, конечно, ничего подобного не сделал. Вместо этого он расположился у лестницы, ведущей в погреб, и начал командовать Томом, который выносил оттуда коробки. Так что, когда для Генри наконец пришло время отправляться в спальню, обессиленным чувствовал себя вовсе не он, а его внучатый племянник.