Сачлы (Книга 2)
Шрифт:
– Нет. Это больница. Там живет одна девушка... Ягненочек... Нежная...
– И что?
– При случае надо похитить ее.
– Для чего?
– Спроси лучше - для кого?... Допустим, для тебя. Разве плохо, если на груди Кемюра-оглу будет лежать белая крошка лань?... А, что скажешь?
Кемюр-оглу по-звериному лязгнул зубами:
– Да, было бы неплохо!
– Но это после... До этого еще есть дела. Девушка от нас не уйдет... Придет час - схватишь ее, как волк хватает ягненка!...
Выждав
Наконец убедившись, что опасности нет, Зюльмат зашептал в самое ухо Кемюра-оглу:
– Стой здесь, я пошел... Жди меня...
Неслышно, как кошка, двинулся вдоль стены, поднялся на веранду. Взялся за ручку двери, потянул к себе. Дверь была заперта изнутри на задвижку. Зюльмат просунул в щель у боковой притолоки острие кинжала, нашел задвижку и, поворачивая кончик кинжала от притолоки к дверному краю, выдвинул, миллиметр за миллиметром, задвижку из железного гнезда. Дверь, чуть скрипнув, отворилась.
Миновав коридор, Зюльмат вошел в комнату, замер за порогом, услышал негромкий храп спящего Субханвердизаде. Ставни окон были плотно закрыты, в комнате царил могильный мрак. Быстро на цыпочках приблизился к кровати, нагнулся и зажал ладонью рот спящего. Храп оборвался. Субханвердизаде мгновенно проснулся, рванулся, завертел головой, замычал, объятый диким страхом. Сильная большая рука продолжала мертвой хваткой сжимать его мясистую челюсть. Затем он услышал:
– Тихо, Гашем, не кричи... Это я - Зюльмат... Это я - слышишь?... Зюльмат...
Бандит освободил рот Субханвердизаде.
– Кто?... Ты, Зюльмат?...
– бормотал испуганный хозяин.
– Это ты, братишка?...
– Да, я, твой братишка!
– хмыкнул бандит.
– Перестань дрожать, Гашем, возьми себя в руки!... Это я, я!... Ну, узнал теперь?...
– Узнал, узнал...
– Гашем Субханвердизаде сел на постели, начал шарить ногами по полу, ища чувяки. Он все никак не мог унять своей дрожи. Протянув руку, ощупал лицо ночного гостя, убедился: "Да, Зюльмат... Его усы..." Заворчал: - Сумасшедший!... Голову потерял!... Чего лезешь в капкан?... Или глаза кровью застлало?...
– Сердце потянуло к тебе!
– опять усмехнулся Зюльмат.
– Соскучился!
– Играешь, глупец, со смертью! Ведь я предупреждал тебя: сам найду, когда понадобишься!... С костлявой хочешь встретиться? Она сама давно ищет тебя!... Или не боишься?
– Тому, кто вылез из реки, дождь не страшен... Субханвердизаде пришел наконец в себя. Вздохнул несколько раз глубоко, спросил по-деловому:
– Говори, зачем явился?
– Зернышки нужны.
Субханвердизаде зажег свечу на столике в изголовье, затем, нагнувшись, выволок из-под кровати увесистый мешок. Зюльмат помог ему,
– Сколько тут?
– Примерно полтыщи...
– Мало!
– поморщился ночной гость.
– Как говорится, из этого отреза для голубки не выкроить юбки...
– Я тебе не арсенал. Откуда у меня?
– Хорошо. А как насчет желтеньких?
– Но ведь мы условились... Вы мне - головы, я тебе - желтенькие...
– Лучше наоборот, Гашем. Я пришел не один, со мной Кемюр-оглу, тот, что отгрызает головы...
– Где он?
– Ждет во дворе.
– Ты бы еще всю шайку свою притащил ко мне в дом!
– проворчал Субханвердизаде.
– Всю шайку - не смог, - спокойно ответил разбойник.
– Не на всех могу положиться. Всех - опасно!... Мы пришли вдвоем, где - ползли, где - в землю зарывались, где - по воздуху...
– Зюльмат снова хмыкнул.
– Словом, Кемюр-оглу хочет видеть тебя. Это его вдохновит, Гашем...
– А меня - нет!
– перебил Субханвердизаде.
– Я не желаю никого видеть! Не хочу, и точка!...
– Но он настаивает. Упрям как зверь. Пока не увидит тебя, не уйдет!
Наступило молчание. Хозяин дома размышлял, наконец решился:
– Хорошо, зови его. Только поскорее! Вам нельзя здесь задерживаться...
Зюльмат, неслышно ступая, выскользнул из комнаты. Субханвердизаде, едва он вышел, вытащил из-под подушки наган, зажал его в левой руке, быстро накинул на плечи шинель и подошел к двери, встал боком, освободив проход. Ждать ему пришлось недолго.
Вскоре на пороге появился Кемюр-оглу. Зюльмат остался сторожить во дворе.
Субханвердизаде протянул вошедшему правую руку (левая под шинелью направила дуло оружия в живот Кемюру-оглу), поздоровался:
– Добро пожаловать, братишка!... Много слышал о тебе!... Рад видеть, рад видеть!...
Кемюр-оглу, не ожидавший такого приема, растерялся на миг, прижал обе руки к груди:
– Приказывай, брат!... Чьи голооы тебе нужны?... Я готов!...
Субханвердизаде испытующе смотрел в темное лицо бандита. Сказал тихо:
– Пока двух. Голова Таира и татарина. Зюльмат все знает, он устроит западню... Таир Демиров сейчас в горах, в Дашкесанлы, завтра-послезавтра будет возвращаться. Вы должны встретить его на дороге. Дорога - одна...
– Это легко...
– Кемюр-оглу помялся: - А как насчет желтеньких?... Зюльмат говорил - будут. У меня такое правило: сначала желтенькие - потом дело! Как говорится: открою - на ладони, зажму - в кулаке!...
Субханвердизаде опять полез под кровать, откуда донеслись щелчки чемоданных замков, повозился там, затем поднялся, держа в руке (левая, с наганом, по-прежнему пряталась под шинелью) полотняный мешочек. Звякнули монеты.
– Сколько здесь?
– спросил Кемюр-оглу, принимая золото.