Сабриэль
Шрифт:
Сабриэль повернулась к стене утеса и стала колотить рукояткой меча.
— Откройся! Откройся! — кричала она. В ее голове мчались знаки Хартии, но среди них не было тех, что открывают дверь. Сабриэль знала их очень хорошо, но нужные знаки не появлялись, вместо этого она почему-то умножала двенадцать на двенадцать… Замерло эхо от звона Мозраэля, и в тишине рукоятка меча ударила во что-то деревянное, чего раньше в этом месте не было. Сабриэль увидела высокую и необычайно узкую темную дубовую дверь, по которой змеились серебряные линии знаков Хартии, просвечивающие
Со вздохом облегчения Сабриэль схватилась за кольцо и потянула дверь. Ничего не произошло. Сабриэль снова потянула, полуобернувшись, чтобы увидеть через плечо, насколько близка погоня, и съежилась от страха.
Мордикант повернул за последний уступ, и глаза охотника и добычи встретились. Сабриэль прикрыла веки, будучи не в силах вынести ненависть и кровавую алчность взгляда чудовища. Мордикант снова завыл и почти перелетел через последние ступени. Огонь полыхал из его пасти, из-под ног.
Сабриэль все еще с закрытыми глазами толкнула кольцо. Дверь распахнулась, и Сабриэль упала внутрь. В отчаянии она перевернулась на земле, не обращая внимания на боль в коленях и руках, и отползла назад, вынимая меч.
Мордикант уже протискивался в дверь, вытянув руки вперед. Пламя кипело на их серо-зеленой плоти, как капли пота, и маленькие завитки черного дыма разносили по воздуху запах паленых волосков.
Беззащитная Сабриэль свернулась на полу и смотрела, как четырехпалая рука монстра протягивалась к ней.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Но рука не дотянулась до Сабриэль, не коснулась ее. Вместо этого Сабриэль почувствовала огромную волну магии Хартии, и знаки Хартии закружились вокруг двери, так ярко сияя, что даже при закрытых веках от них оставался сверкающий след в глазах.
Моргая, Сабриэль увидела человека, выступившего из стены. Высокого и, несомненно, сильного мужчину с мечом, двойником ее собственного меча. Этот меч свистя упал на руку Мордиканта и вырезал из нее кусок горячей красной плоти. Потом меч взвился еще раз и отхватил еще кусок мяса.
Мордикант взвыл, скорее от ярости, чем от боли, и отдернул руку. Защитник Сабриэль бросился на дверь, захлопывая ее всей массой своего тела в кольчуге. Странно, но кольчуга, состоящая из сотен стальных колец, не издавала звона. Сабриэль увидела, что и тело под кольчугой вовсе не человеческое. Оно было плотным и крепким, но каждый его дюйм состоял из крошечных подвижных знаков Хартии. Это было привидение Хартии. Посланец.
Снаружи снова завыл Мордикант, он бился об дверь, и ее петли скрипели при каждом ударе. Дерево раскалывалось в щепки, и облака серой пыли обрушились с потолка, передразнивая снег, сыплющийся с неба.
Посланец повернулся к Сабриэль и протянул руку, предлагая ей помощь. Сабриэль оперлась на его руку, заставляя свои уставшие ноги поднять окоченевшее тело. Вблизи было видно, что тело посланца переливается, колышется, все время видоизменяясь. В какой-то момент это была женщина, и тут же возникал мужчина, но каждый раз
— Спасибо, — беспокойно сказала Сабриэль, вздрагивая от ударов Мордиканта в дверь. — Думаете ли вы, что он проникнет сюда?
Посланец мрачно кивнул и указал рукой на длинный коридор, но промолчал. Сабриэль повернула голову и увидела темный проход, ведущий в черноту. Знаки Хартии освещали то место, где они стояли, но быстро ослабевали в начале коридора. Несмотря на это темнота казалась вполне дружелюбной, и Сабриэль почти ощущала вкус заклинаний Хартии, которые носились в пыльном воздухе.
— Я должна идти туда? — спросила Сабриэль, когда рука еще более настойчиво указала в темноту.
Посланец кивнул. Позади них дверь сотрясали удары Мордиканта, и казалось, что вот-вот она не выдержит этого яростного напора. В воздухе уже чувствовался мерзкий запах чудовища.
Посланец поморщился и подтолкнул Сабриэль, как родители подталкивают упрямого ребенка. Но Сабриэль не нуждалась в этом. В ней по-прежнему полыхал страх, который на мгновение утих при появлении посланца. Но запаха Мордиканта было достаточно для того, чтобы страх снова вернулся к ней.
Она подняла голову и быстро пошла в коридор. Пройдя несколько шагов, она оглянулась. Посланец с обнаженным мечом стоял у двери, где уже зияла дыра величиной с обеденную тарелку.
Мордикант разламывал доски двери с такой легкостью, будто это были зубочистки. Несомненно, он был в ярости от того, что ушла его добыча, и снова стал испускать огонь. Желто-красный дым извергался из его пасти, черный дым окутывал его и вился за ним, как вторая тень.
Сабриэль прибавила шагу, затем перешла на бег. Она бежала все быстрее и внезапно поняла, почему ей так легко бежать — лыжи и сумка остались около двери. Она нервно вздрогнула, у нее мелькнула мысль о возвращении назад, но исчезла так же мгновенно, как и появилась. Сабриэль только коснулась меча, перевязи и успокоилась, ощущая холод металла и тепло деревянных ручек колокольчиков.
Бегущие по стенам знаки Хартии освещали путь Сабриэль. Похоже, они также придавали Сабриэль силы, потому что она бежала с неожиданной легкостью. Это были неизвестные Сабриэль знаки, и их было так много, что она пришла к выводу, что быть первой в магии в Уиверли Колледже совсем не то же самое, что быть волшебником в Старом Королевстве. Страх и осознание своей необразованности оказались хорошим лекарством от глупой самоуверенности Сабриэль.
По коридору разнеслось завывание Мордиканта, и вслед за этим стало слышно, как лязгает металл о металл и металл о камень. Не надо было оглядываться назад, чтобы понять, что у дверей идет битва. Сабриэль мало знала о посланцах, один из которых спас ей жизнь, но обычно они охраняли только один пост и не могли покинуть его. Если Мордикант победит часового, то страшный враг вскоре появится позади.