Сабаи. Том 2
Шрифт:
Но кто знал?
— Покажите улику номер один.
На столике передо мной выложили дедов боевой браслет, родимый. Я уже и забыл, как он внушительно выглядит, его закалённую оправу и пошарпанные застёжки.
— Вам знаком данный предмет?
— Да, ваша честь. Это многофункциональный браслет боевого жизнеобеспечения.
— Вы знаете, кому он может принадлежать?
— Совершенно точно знаю. Мой он.
— Вы отдаёте себе отчёт, что это устройство запрещено к использованию Всемирной ассоциацией здравоохранения
— Так точно сэр.
— Вы отдаёте себе отчёт, что данное устройство было обнаружено на месте гибели членов отряда Джульетт?
— Да, мне известно об этом, ваша честь.
— Вам так же известно, что дача ложных показаний карается законом?
— Да, ваша честь…
— В прошлый раз вы скрыли от следствия важную информацию. Объяснитесь.
— Я испугался, ваша честь. Да, это мой браслет, и я не должен был привозить его на Кибер. Я заменил инжекторы и удалил весь морфий из системы и пользовался браслетом в мирных целях. До инцидента на учениях браслет всегда был у меня, но потом каким-то образом пропал. Когда я увидел его снова, то подумал, что меня обвинят в убийстве тех парней. Я струсил… и промолчал.
— Признание обрабатывается. Как вы объясните присутствие в инжекторах устройства биоматериал полковника Каташи Закиро.
— Я использовал браслет, чтобы ввести в организм интенданта транквилизатор.
В зале кто-то охнул. Репортёры учуяли очередную сенсацию и торопливо транслировали каждое сказанное мною слово в эфир. К концу заседания в продажу поступили три низкопробные виртуалки и дряная книжонка под названием «Роковой МБЖ» и с моей жуткой физиономией на обложке. Я трусливо покосился на полковника, но он был непроницаемо спокоен. Но хорошо ли это? Сейчас ещё надумает невесть что…
— Расскажите суду, зачем вы это сделали.
— Исключительно для пользы самого интенданта! Дело в том, что я оказался первым, кто увидел полковника в момент… сдвига сознания. Он был в панике, громил свой кабинет и говорил бессвязно. Я решил облегчить его состояние и использовал браслет. Полковник успокоился, а я просто ушёл. После того случая я и потерял браслет.
— Как вы оказались в кабинете интенданта?
— Мне была назначена встреча. Я пришёл в условленное время… но застал полковника уже изменившимся…
— Назовите цель данной встречи.
— Полковник не предупредил меня заранее.
— Вы кому-нибудь сообщали, что сделали укол полковнику?
— Так точно. Личному секретарю господина Закиро. Мисс Акеми…
— Как развивалось ваше дальнейшее общение с полковником?
— Эм… сумбурно. Я словно говорил с совсем другим человеком. Мы виделись ещё несколько раз в роте Альфа, поведение полковника оставалось странным, но, насколько я знаю, секретарь и адъютант полковника помогали ему адаптироваться.
— Контактировали ли вы с кругом общения полковника до его ареста?
—
— Вам известно, зачем мисс Цинь вас искала?
— Полагаю, она была в отчаянии. Акеми жаждала справедливости. Она сказала, что полковник был обвинён по ошибке, и что она пыталась доказать это следствию, но её никто не слушал.
— Мисс Цинь не поделилась с вами соображениями об истинной личности убийцы?
— Нет. Но она сказала, что мистер Хатори приказал ей не лезть не в своё дело… И не мутить воду.
Шумно скрипнуло кресло в клановой ложе. Ещё один субъект торопился на выход.
Хатори вцепился в подлокотники стула, вжал голову в плечи и залился краской. Полковник Закиро смерил его презрительным взглядом, но ничего не сказал.
Сверхразум громыхнул:
— Промежуточный вердикт: задержать адъютанта Хатори Адано. Снять подозрения с группы Браво в гибели отряда Джульетт. Взыскать штраф с рядового Сабаи за использование запрещённого устройства на территории Корпуса Гвардии. Подключите следующего подозреваемого…
С места в карьер, Хатори Адано, ещё несколько дней назад полноправно командующего на Кибере, скрутили в зале Суда и усадили в кресло Сверхразума. Хатори не слишком сопротивлялся, но пытался держаться с достоинством. Чеканя шаг он проследовал к своему месту, скинул пиджак и уселся, выпятив грудь. Сам закатал рукава и с вызовом выставил руки, но когда застегнули манжеты — громко ойкнул от неожиданности, смутился и обмяк.
После ряда калибровочных вопросов, Сверхразум изрёк:
— Мистер Адано, актуализируйте свои показания от десятого числа текущего цикла.
— Я… ничего не отрицаю, — начал Хатори, нервно отстукивая пальцами дробь на подлокотниках. — Когда я заметил, что полковник даёт слабину, то сразу поднял вопрос в совете директоров о смене руководства. И выдвинул свою кандидатуру с подачи некоторых членов совета директоров. За меня поручились. Затем, когда произошли те убийства, я потребовал решительных мер. И они были приняты…
— Вам известна личность убийцы?
— Заявляю со всей ответственностью — нет. Согласен на инъекцию нанитов, чтобы подтвердить это. Но признаю — я всерьёз подозревал интенданта, с учётом перемен в его характере…
— Признание обрабатывается. Почему вы отстранили секретаря Цинь от следствия и приказали ей молчать?
— Эта… девчонка… Она путалась под ногами, ваша честь. Мешала, влезала всё время с разными дурацкими теориями. Да, она упирала на то, что полковник никак не мог совершить убийство. Я лишь указал на то, что расследование преступлений не входит в круг её обязанностей. К тому же, Акеми явно двигали личные мотивы. Она защищала своего покровителя, а виновен он или нет — это ничего не меняло.