С Е М Я

Круглов Евгений

Луиза тоже водила головой, двигаясь по прокошенной дорожке. Никитка свернул к бабушкам, те, помахали рукой Кате и гостье. Участок был большой. Крикнешь – не слышно. Под липами в тени валялся Тимка. Вскочил, услышав Катин голос.

– Тимка, свои! – весело крикнула она, повернув к нему ладонь.

Пёс молча проводил взглядом. Луиза поминутно крутила головой, не видя никакой роскоши, но чувствовала какую-то притягательность места. Не понимала, что происходит с ней, пьянела без вина и хотелось ещё вкусить этого состояния. Очень прагматичная,

удивлялась себе, почему она соглашается со всем, что б ей не предложили. Совсем не думает, внимая чему-то другому.

Слепо повинуясь, зашла за Катей в дом и поймала себя на мысли, что ей здесь всё нравиться. Не понимала что именно и почему. Но даже не хотелось думать. Вообще.

– Кирилл! У нас гости! – зазвенел Катин голос.

Кирилл был наверху. Часть мансарды оборудовал себе под мастерскую. Луиза осматривалась. Чистенько и опрятно. Светло. И ничего лишнего. На стене картины и в одном месте, портрет этой девушки. Луиза невольно подступила ближе. Не мигая – застыла, рассматривая.

Кирилл, тут же спустился, накинул рубашку. Знал, если Катька зовёт, надо идти. Обычно она его не тревожила понапрасну, когда он днём работал.

– Это Кирилл – мой муж! – взяла его за руку Катя.

– Это Луиза ... Из Франции. – Взглянула пристально на него Катя

Кирилл округлил глаза, глядя на неё.

– Мы сейчас поедем искать Бранта, а ты можешь сделать такой же набросочек с неё, как тогда!.. Помнишь?..

Кирилл всё ещё смотрел на Катю непонимающе.

– Ладно... – наконец выдавил он.

Катя бесцеремонно взяла гостью за руку и усадила на стул, к окну, возле стола.

– Через пять минут мы поедем! Хорошо? – сказала ей на немецком, - Кирилл сделает маленький рисунок! Хорошо? – улыбнулась она и исчезла в другой комнате.

Кирилл сходил за бумагой и присев на лестницу, улыбнулся гостье. Затем стал сосредоточенно водить карандашом по листу, вскидывая, на какие-то мгновения, голову. Неожиданно вышла Катя, с плотным, большим конвертом в руке. Пристроилась у Кирилла за спиной, наблюдала, улыбаясь, как он рисует. Только одному человеку это позволялось. Кате.

Закончив, Кирилл вздохнул и поднял вверх голову, закатив на жену глаза.

– Здорово... – разглядывала она, - вот спасибо, Кирюш!.. – взяла из его рук листок и карандаш и подсунув конверт, прижала к лестнице, подписывая что-то.

Потом сунула листок в конверт и с улыбкой подошла к Луизе. Та, только хлопала ресницами.

– Всё! Едем! – и Кириллу на ходу, - Кирюш, мы в Калачево, скажи маме где я и зачем, пусть поесть приготовит чего-нибудь, у нас гости... Ладно? – и пропуская Луизу вперёд к двери, добавила:

– Кирюш, она у нас ночевать останется, ага?

Кирилл улыбнулся, пожал плечами.

– Хорошо!..

Вышли из дома и Катя направилась к машине, стоящей в тенёчке, под густыми липами. Луиза сразу почувствовала пьянящий дух цветущих лип. Даже, кажется, закружилась голова. Подняла лицо вверх. Высоко среди цветков мелькали пчёлы,

издавая ровный, едва слышный гул. Она снова потянула воздух, раздувая крылья маленького носа, приостановилась на ходу.

Сладкий дурман пьянил голову.

– Что, нравится? – открыла дверь Катя.

– Шён!.. – простонала француженка.

– Это тебе не «Шанель...» – сказала Катька по-русски.

«Форд» заурчал монотонно.

– Садись!..

Девушка послушно села в машину, хлопнула дверцей. Катя звонила по телефону, пока грелся мотор.

– Аллка, привет!.. Где наш гость?.. С тобой? Ты долго ещё?.. Буду проезжать мимо, могу подбросить, если успею... Да? – хохотнула вдруг, - как хотите!.. Ладно!.. Пока...

Положив телефон, включила передачу, взглянула мимолётно на Луизу.

– Едем!

Медленно выезжали из деревни. Катя смотрела на дорогу молча. Потом заговорила не поворачиваясь, медленно и бесстрастно, будто с трудом вспоминая:

– Почти сто лет назад, в России было восстание. Против власти встали молодые офицеры. Царь послал их в Сибирь. Это – тюрьма. Под землю... Навечно... В шахты... За ними поехали жёны. Молодые женщины. Знатные фамилии. Потому, что любили. Только не все поехали... Потому, что не все любили!..

Француженка изумлённо повернула голову, раскрыла широко глаза. Машину качало на ухабах, но Луиза шарила рукой не глядя, ища опору. Не отрывала от Кати глаз. Та, продолжала, смотря лишь на дорогу.

– После школы я хотела ехать в Австрию. Жить. Там жила сестра с мужем. Потом приехала сюда, к бабушке. Хотела прощаться. Увидела Кирилла. Я полюбила. Сразу. Прошло несколько часов. Он – тоже. Он для меня построил домик. Ты была там сейчас. Я тоже пошла бы за ним под землю... Потому, что люблю...

Луиза застыла, смотря на Катю. Ехали медленно. Машину покачивало.

– Ты не поехала с Брантом... – с горечью продолжала Катя ровным голосом, продолжая смотреть перед собой, - ты его встретила, но ты не встретила любовь... Так бывает... Но, жизнь без любви... Это – обман, фальшь... – подбирала Катя слова. – Потом... Тебе стало скучно, и решила посмотреть, что он тут делает...

Луиза раскрыла рот и хотела что-то сказать, но Катя повернула руль влево и джип пошёл по кочкам мимо дороги к кустарнику. Луиза раскрыв рот, вцепилась в сиденье и переводила взгляд с кустов на Катю. Заехав за кустарник Катя заглушила мотор и распахнула дверцу.

– Зачем ты сюда!.. Почему ты так говоришь!? – задрожал у Луизы голос.

– Не бойся... – тихо сказала Катя, - я могу тебе помочь, хочешь? Я хочу, что бы ты встретила любовь. Если нет... Ты обманешь себя... Обманешь Бранта... – смотрела Катя в упор, - потом родятся дети...

Луиза тяжело задышала, сморщив лоб, смотрела страшным взором в Катины глаза.

– Брант встретил любовь здесь... – продолжала та спокойно. – Её зовут Алла. – Замолчала она.

Луиза оглянулась тревожно. Снова устремила леденящий взгляд на Катю.