Рыжее счастье
Шрифт:
— Ась, ты о чем?
Видимо моя растерянность приводит подругу в чувство, и она делает определённые выводы. Вот только сожаление на ее лице меня очень пугает.
— Ты ведь не записывала свое имя в список, да, Алис? — с какой-то обреченностью задаёт мне вопрос Ася.
Медленно качаю головой из стороны в сторону. Ася тяжело вздыхает, и тянет меня в сторону лестницы. Мы спускаемся на первый этаж, туда, где висит треклятая афиша, и уже утверждённый список актёров.
Этот почерк я узнаю из тысячи, не раз видела, как Платонов заполняет данные на
— Авушка была так рада видеть тебя в списках, она не раздумывая утвердила тебя на главную роль. И постоянно повторяла про гены и талант.
Теперь то Ава Михайловна от меня не отстанет. Я уже чувствую её мёртвую хватку на своей хрупкой шее.
В далёком прошлом они с Ритой выступали на сцене одного театра, и довольно неплохо были знакомы. Видимо Авушка рассчитывает, что талант Маргариты Вениаминовны передался мне по наследству. Буду очень рада её разочаровать.
Дальше следовали мои убедительные аргументы, которые подтверждали, что я не могу участвовать в этом цирке, то есть спектакле. Аргументы, которые Авушка пропустила мимо ушей.
И вот теперь мы, всей нашей дружной бандой новоиспечённых актёров, стоим на сцене и впервые пробуем прогнать сценарий.
Гениальная мысль загорается в моей голове как спичка. После того, как Герман сделал Мише, который получил роль Кая, очередное замечание, я решила подложить свинью одному сурикату.
Встав посреди зала, я громко, со всей своей болью и отчаяньем, заявила Аве Михайловне, что отказываюсь играть роль Герды без талантливого Димочки Платонова. Мишка долго не дурил, и сразу предложил махнуться ролями. Ссылался на то, что понял — театр не для него. А вздыхал то как томно, и ручку ко лбу так несчастно приложил! Гений! Даже жаль терять такого напарника, но на что только не пойдёшь ради Платонова.
Ава Михайловна, с хитрым таким прищуром, посмотрела в мою сторону, и сказала Голенкову немедленно позвать в зал Платонова.
Мои демоны радостно потирали ручки. Не долго тебе, Платонов, осталось праздновать победу. Я тут для тебя такую свинью приготовила, уверена, ты будешь счастлив!
Парень явился уже через пять минут. Вальяжной походкой подошёл к сцене, встретился со мной взглядом и рывком запрыгнул на подставку. Пфф, позёр!
— Дмитрий, ставлю тебя перед фактом, и учти, выбора у тебя нет…, — умеет ведь Ава Михайловна убедить человека!
Я коварно улыбаюсь, наблюдая за тем, как вся напускная бравада сходит с лица Платонова. Ой, уже не так смешно и весело, правда?
— … нужна. А играть без тебя она категорически отказывается!
Черт, я все же надеялась, что мою персону в этом разговоре не затронут. Хотя, так даже лучше. Пусть знает, что со мной шутки плохи.
Платонов медленно поворачивается в мою сторону, и хищным взглядом обводит мою фигуру. Подмигивает, и все также, не сводя с меня взгляда, отвечает:
— Если я так нужен Алисе, то никаких
Ах ты ж сурикатище! Любую ситуацию вывернет в свою сторону! Согласен он! Да у тебя не было выбора, гад ты такой!
Обвожу большим пальцем свою шею, тонко намекая Платонову на скорую расправу. Он посылает мне воздушный поцелуй, и растягивает свои губы в соблазнительной усмешке.
— Браво! Вы только посмотрите, между ними же искры так и летают! — Авушка хлопает в ладони от восторга, а на меня будто ушат ледяной воды выливают. Как я могла забыть, что на нас сейчас смотрят со всех сторон?!
— Думаю, Ава Михайловна, что приз уже наш. Эти голубки отлично сыграют любовь на сцене, я им уже верю! — так, так, так, Герман Петрович! О чем сейчас речь? Какая к черту любовь?! Кай и Герда ведь были братом и сестрой!
Видимо свой грубый вопрос я задаю вслух, потому как через секунду Авушка объясняет:
— Мы ставим не классическую сказку, где речь идёт о брате и сестре. Наш спектакль будет о любви, о вере двух возлюбленных, о новогоднем чуде! Кай и Герда в нашей интерпретации станут парой, Алиса! Ты не читала сценарий?
Пожимаю плечами, и рассеянным взглядом смотрю сквозь пальцы. Когда бы я успела его прочесть, мне как-то важнее было насолить Дмитрию.
Попала так попала. Хотела подложить свинью Платонову, а в итоге сама сижу с огромной хрюшкой у ног. Ты, Потёмкина, как обычно, гениальна в своих задумках!
Сегодня Ава Михайловна решила больше нас не мучить и в итоге ограничилась лишь тем, что подробно объяснила каждому его роль. Нас отпустили домой, детально знакомиться со сценарием и готовиться к следующей репетиции. Которая будет завтра. И послезавтра, и после после, и после после… Новый график, состоящий из сплошных репетиций, меня ничуть не радовал. Премьера спектакля должна состояться десятого января, и всё предновогоднее время я буду торчать в универе. Очень радужная перспектива!
Я шла по коридору первого этажа, чтобы забрать свой пуховик. Когда меня за руку схватил один неадекват, я даже слегка растерялась. Но сил устраивать скандал и истерику просто не осталось.
Молча последовала за парнем, который, похоже, решил затащить меня в подсобку Германа Петровича.
— Для чего ты это сделала? — хмурый вид Платонова слегка пугал меня. Но я вовремя вспоминаю, что не я начала эту войну.
— Сделала что? Ты о чем? — попробую включить дурочку. Спорить с ним бесполезно, это я уяснила в прошлый раз.
— Не прикидывайся идиоткой, Алиса! Тебе не идёт!
Наглая, заносчивая задница — вот кем является Платонов!
— Хочешь сказать, это не ты чирканул мое имя в список?! Не ты начал весь этот бред?! Не ты ходишь за мной по пятам и думаешь, как бы лучше поиздеваться надо мной? Ответь, Платонов!
Коварная улыбка расползается на лице этого змея. Парень делает шаг, потом другой, пока не оказывается вплотную ко мне. Все, конец! Позади стена, перед глазами крепкое тело Платонова. И спрятаться то негде!