Рыжая помеха

Зайцева Мария

Киваю.

Общался. На гонке они довольно спокойно и дружелюбно разговаривали. Как старые приятели.

Светка! Куда ты смотрела? Куда?

О чем ты думала?

— Короче, Свет, посиди дома, пока все не уляжется. Наркота — это не мой отдел, но я буду следить по своим каналам.

— Нет.

Ну вот еще, прятаться. Не дождутся. И в конце концов…

— Вить, — я смотрю ему в глаза, серьезно и твердо. Никаких игр больше, братик. Я понимаю, о чем хочу попросить, — Витя, если получится… Помоги

ему, пожалуйста. Вытащи. Пожалуйста.

Он долго молчит, смотрит на меня. И взгляд у него другой. Не как раньше, на малышку несмышленую, младшую сестренку, которой все прощается всегда. Нет. Теперь он смотрит, как на равную. Оценивает. Потяну ли.

Потяну, братик. Ты же знаешь. Кровь-то у нас одна.

— Хорошо, — наконец, кивает он, — я посмотрю, что можно сделать. Обещать не буду. А вот ты мне пообещай, Свет… Если он выйдет и вернется в универ… Ты к нему и близко не подойдешь, поняла? Никогда.

— Поняла. Хорошо.

Главное, помоги ему. А я свою часть уговора выполню, тут можно не волноваться.

Глаза-то открылись.

Нет больше слепой влюбленной дурочки Светочки.

Чего же так тяжело-то все?

Прямые ответы на прямые вопросы

Я заканчиваю разговор с Васильичем, в очередной раз проверяю наушник в ухе, морщусь. Теперь я его должен носить включенным всегда. Нет, даже не так. ВСЕГДА, БЛЯТЬ! Вот так. И обязательно с мерзкими интонациями начальства.

И как это он мне при первом знакомстве показался приятным таким дедком? Власть портит людей, точно вам говорю.

Хотя, если б у меня все время была связь с Васильичем, то есть прослушка каждого движения, как в самом начале выполнения задания, то и не попал бы в такую задницу.

Но постоянно ходить с ушами не особо весело, да и тем, кто меня слушал, тоже многовато. Они ж, пока со мной сидят, другими делами не занимаются, а это бюджет, мать его. Рабочее время.

Которого всегда не хватает.

И потому договорились, что я время от времени выключаю наушник. Особенно, пока на парах сижу в универе.

Ну вот я и пользовался этим вовсю.

И не жалею. Зато мой секс неожиданный со Светой-конфетой не стал достоянием общественности.

Правда, теперь, после того, как меня повязали прямо на глазах всего универа, не видать мне Светы-конфеты…

И не сказать, что я не пытался объяснить. Конечно, пытался. По крайней мере, хотя бы увидеть ее хотел, даже легенду придумал подходящую.

Но не сложилось.

Едва меня выпустили из СИЗО, пришлось мотать на перекладных к Васильичу. Постоянно проверяясь на хвост, причем, делая это так, чтоб самому хвосту было непонятно, просек я чужой взгляд в спину, или так, дурак просто.

Ну, этому меня тоже немного учили.

На курсах тайных агентов,

ага. (Здесь можно тоскливо поржать)

Вышел я на волю с утра, а попал к Васильичу только через два часа.

Ну и там… Потерянных полдня жизни. И полгода нервов.

Но потом меня, кстати, даже и похвалили, что правильно себя вел. Скорее всего, пока я сидел, кое-кто зашевелился, и теперь вовсю готовилась операция.

Судя по тусклому блеску в глазах Васильича, рыбка должна попасться крупная. Серьезная такая.

Ну, хоть не зря я пострадал.

И вообще, скорее всего, моей учебе вот-вот придет веселый пушистый зверь.

Даже жаль. Мне нравилось ходить в универ. Там много веселого народу, атмосфера, опять же, забавная. Девочки.

Девочка.

Светочка моя, конфеточка…

После Васильича я прямиком поехал к ней.

В принципе, я правильно думал, сидя на нарах, о том, что мы не пара и все такое. И что надо бы перестать это все.

Но, когда вышел… Воздух глотнул. Так захотелось жить, невероятно просто!

Словил я — таки дежавю опять.

Остро вспомнились свои два года в зоне под Костромой и свое ощущение безысходности, дикое настолько, что порой хотелось прутья зубами грызть и на колючую проволоку кидаться.

Здесь и посидел-то всего ничего, но хапнул эмоций по полной программе.

Естественно, после этого мысли были только о жизни.

Светочка по-прежнему мне не подходила, у нас с ней по-прежнему не было будущего, но…

Но плевать.

Мне хотелось к ней дико, до боли во всем теле.

Глаза ее хотелось увидеть зеленые, губы прикусить вкусные, пятерней в волосы зарыться…

И плевать, что дальше будет.

Один раз живем, тюрьма это очень неплохо дает понять, ощутить, так сказать, ценность жизни.

И потому через полчаса после качественного траха в мозг от Васильича я уже стоял возле двери Светочкиной квартиры.

Планировал сначала секс, а потом диалог.

Не получилось.

Дверь была закрыта, телефон порадовал молчанием, не иначе, я в черном списке.

Где искать ее, я не представлял даже.

Короче говоря, расстроился, попинал уныло бордюр возле ее подъезда…

И поехал к мелкой сестренке.

Тискать Олега Гордеевича, чтоб правильный пример у человека перед глазами был. Он нормальным пацаном должен вырасти, несмотря на папашу своего каменного.

В итоге неплохо провел время с сестрой и племянником.

Ее мужик был на дежурстве, которое в их конторе даже начальство не обходит, и умотал по вызову прямо передо мной.

Счастье какое, не пришлось на рожу ментовскую пялиться лишний раз. Так они меня заебали за последние сутки чего-то… Может, зря я вообще все это затеял с Васильичем? Сидел бы себе в мастерской, починял ведра…