Рыцари веры
Шрифт:
«У тебя же ноги болят», – звучали его слова, как будто всё объясняя. И вот такое отношение подкупало лучше сотни комплиментов или подарков. Неприятно это признавать, но никто из моих бывших не проявлял ко мне столько внимания как Кирилл, хотя мы с ним и не встречаемся.
Мысли текли вяло, разомлевшая, я готова была уснуть, тем более, что сильное нажатие пальцев сменилось легкими, успокаивающими поглаживаниями. Правда, ровно до того момента, как его руки стали подниматься выше колена, разводя полы халата. Лишь мысль о том, что на мне нет белья, заставила
– Кирилл! – открыла глаза.
Он усмехнулся, и вытянулся рядом со мной, подложив под голову руку, а вторую мне на колено.
– Я думал, что ты заснула.
– Это не повод меня лапать, – огрызнулась лениво. Рука на моей коленке продолжала лёгкий массаж, и пылать праведным возмущением не было ни сил, ни желания.
– Если ты не заметила, я тебя уже минут пятнадцать лапаю.
– Ки-и-ир! – простонала я, чтобы он перестал хохмить. Всё что он делал было настолько приятно, что мне не хотелось, чтобы он опошлял.
Не знаю, до чего бы мы договорились, но звонок моего сотового из соседней комнаты прервал наш разговор.
– Принесёшь? – просительно посмотрела на него. Вставать самой было лень.
– Ты из меня верёвки вьёшь.
– Неа, ты сам вьёшься.
Вообще-то хотела сказать, что невиновна, но с языка слетело это и прозвучало некрасиво. Я увидела, что обидела. Взгляд изменился. Не дав мне больше ничего сказать, он отстранился и встал с постели. Коленка лишилась тепла его ладони, и я почувствовала, что и сама по дурости теряю тепло его отношения к себе.
– Кирилл… – привстала за ним.
Не обернувшись, он вышел, а я упала на постель. Вот ду-у-ура!!!
Телефон смолк, а потом через некоторое время опять зазвонил. Кирилл вернулся, передав мне сотовый. Взглянув на номер, готова была застонать – Кристоф. Где он взялся на мою голову! А тут ещё один застыл перед постелью и смотрит так внимательно. С другой стороны, мне нечего скрывать. Вздохнув, ответила на звонок.
– Да, Кристоф.
– Ты занята?
Зная, что мне нужна практика, по привычке он заговорил на испанском, и я перешла на него.
– Нет, только ложусь.
– Ты уже дома? Как ты?
– Дома. Устала, проездила целый день. Возила родителей Алекс, организовывали похороны.
– Сочувствую. Кстати, об Алекс. Она оставила свой телефон у Богдана. Он хотел узнать, когда она сможет заехать за ним или лучше ему привезти?
– Не знаю. Давай я у неё завтра спрошу.
– Хорошо. Позвони мне тогда, я ему передам.
– Окей.
Мы замолчали. Лично я не знала, о чём ещё с ним разговаривать, ведь о дружеском общении с ним для больше меня не могло быть и речи.
– Ты устала. Отдыхай, – всё понял Кристоф, но не собирался сдаваться. – Желаю тебе сладких снов, душа моя.
– Спасибо, – я сбросила вызов и посмотрела на Кирилла.
– Что он хотел?
– Сказал, что Алекс оставила телефон у Богдана. Хотел, чтобы я узнала она приедет за ним или лучше Богдану привезти.
– Ты всегда говоришь с ним на испанском?
– По возможности, мне нужно практиковать
– Что-то ещё спрашивал?
– Спросил дома ли я.
– Ты понимаешь, что он мог спрашивать это не просто так и сегодня ночью к тебе нагрянут гости?
– Что ты предлагаешь? Скрываться и убегать из собственного дома? – воскликнула я.
Кирилл, что-то решая про себя, смотрел на меня, а потом решительно сказал:
– Сегодня я останусь у тебя.
Я удивилась, а потом мои глаза округлились, когда он стал раздеваться.
– Ты что делаешь?!
– Снимаю одежду. Не привык в ней спать, знаешь ли. Ты переодеваться будешь? Хотя, ты устала, даже встать не можешь, – поддел меня, – ложись так.
– Слушай, это не очень хорошая идея, – занервничала я, когда он взялся за пряжку ремня.
– А как по мне – замечательная!
– Кирилл! – но мой приглушённый писк совпал со звуком расстегиваемой молнии, и сниманием джинсов.
– Ты что-то хотела? – Прозвучало насмешливо. Нет, он просто специально дразнил и провоцировал меня!
– В зале есть мягкий диван.
– Замечательно. Перенести тебя туда? – с преувеличенной заботой спросил он. – Учти, спать я сегодня буду рядом. Знаешь ли, не хочу, чтобы тебя придушили, когда я лежу в соседней комнате.
Ой, что-то мне тоже этого не хотелось, но и вид Кирилла в одних боксёрах спокойствия не внушал!
– А можно… чаю? – произнесла первое пришедшее в голову. Всё что угодно, лишь бы потянуть время.
– Серебрянская, если ты что-то задумала, – сузил глаза Кир.
– Пожалуйста, – постаралась сделать само невинное выражение лица.
– Вот только встань с кровати… Отшлёпаю! – пригрозил мне и, сложив аккуратно свою одежду на стул, вышел из комнаты. В одних плавках!
Мой взгляд заметался по комнате. Что делать?! Выставить его я точно не в силах, разные весовые категории всё же, но спать с ним?! Я села на постели, собираясь встать и переодеться. Валялась у меня пижама с брюками. Удобная, ни капли не эротичная. Я спала в ней, когда в доме было холодно. Чуть не встала с кровати за ней, но замерла. В памяти всплыла угроза Кирилла, и перед мысленным взором предстала яркая картина того, как с меня стаскивают пижамные штаны, чтобы отшлёпать. Картинка почему-то имела эротический окрас и у меня запылали щёки.
У-у-у, демон! Глухо застонала, осознав, что не буду провоцировать Кирилла. Убрала покрывало с кровати и, расстроенная, залезла под одеяло. Повернувшись на бок, задом к двери, улеглась поудобнее, мечтая заснуть до его прихода, а там уж трава не расти.
Когда вернулся Кирилл, я усиленно старалась задремать и на его появление никак не отреагировала.
– И кому я делал чай?! – проворчал он.
Прозвучало совершено беззлобно, как будто нечто подобное он и ожидал. Я с трудом подавила улыбку. Чай был лишь поводом удалить Кира из комнаты. Я получила передышку и время успокоиться, но всё оказалось напрасно. Свет погас и постель прогнулась. Моё сердце пустилось вскачь. Ольховский в моей постели – с ума сойти!