Рыцари в ассортименте
Шрифт:
– Не надо мне петь! – в ужасе остановила его Милочка. – Зачем ты пришел?
– С вашего позволения, – и Арканя уселся на стул. – Кто пришел – я? Я это...
С этими словами он облокотился на стол, уронил голову на руки и... заснул.
– Что?! – обалдела Милочка. – Сейчас же вставай!
Ближайшие тридцать минут она тормошила, ругала и кляла бывшего любовника. Но все было безрезультатно: Арканя спал, как убитый. На тридцать первой минуте на кухню с чайником вошла Марья Никаноровна.
– А ты, деточка, ему уши потри, – между делом посоветовала она.
Вот за это, видимо, Милочка и любила соседку. Она изо
– Ты не можешь здесь спать! – обрадовалась Милочка.
– Не могу, – послушно согласился он, и не успела Милочка опомнится, как Арканя выскочил из кухни и по стеночке прополз в ее комнату.
Прибежав следом, Милочка обнаружила его притулившимся на тахте.
– Ну ладно, – махнула она рукой, – пусть спит на тахте. А вот завалился бы на кровать – я бы ему показала!
15
В этой главе Милочка понимает всю суть и Егора, и Аркани
– И что же было утром? – спросила Климка.
Они уже минут двадцать стояли в пробке, и стоять им, судя по всему, было еще как минимум столько же. Тем не менее настроение у обоих было великолепное: где, как не в пробке можно прекрасно поболтать? Только в пробке болтовня – это не потеря времени, а способ провести его с пользой.
– Проснулся он с утра, сбегал в ванную, привел себя в порядок. Кофе сварил, принес мне в постель. И вообще, такой милый был, такой обходительный. Хотел со мной весь день провести, сходить куда-нибудь и очень расстроился, когда я сказала, что у нас с тобой шопинг по расписанию, – Милочка даже глазки закрыла от умиления.
Климка посмотрела на нее внимательно.
– Понятно... Ты что, уже готова пройти все сначала с этим своим Арканей?
– А почему ты говоришь таким тоном? – обиделась Милочка. – Арканя, между прочим, не такая уж и сволочь, и не такой уж подонок. Между прочим, у меня нет никаких доказательств, что на дне рождения это у них – ну, у него с этой девицей – было не в первый раз. Я просто решила, что он за моей спиной встречается с кем-то еще. А может, он просто тогда выпил немножко лишнего, случайно увлекся другой женщиной. У него же день рождения был – вот и не рассчитал. Он же не ожидал, что я так сразу взбрыкну и уйду от него. А ведь я даже не выслушала его, не поговорила с ним. Просто обиделась – и все.
– То есть твой Арканя – настоящий герой, а ты, глупенькая, просто тогда не разглядела. Вспомни, он прощения тогда просил, сам пришел поговорить?
– Ну... Он пытался меня остановить, когда я убегала по лестнице... И вообще, Климентьева, люди меняются. Взрослеют. Становятся более ответственными. Начинают ценить то, что раньше не ценили. Он сейчас – совсем другой. Мне кажется, он меня до сих пор любит...
– Ладно, ладно, – легко сдалась Климка, – хорошо, он тебя любит до сих пор. Но ты-то любишь Егора.
Милочка удивленно посмотрела на подругу. Про Егора, про всю неприятную историю с несостоявшимся свиданием она самым натуральным образом забыла! Как это могло произойти – Милочке было непонятно: ведь еще какие-то сутки назад она была готова выпить яда/выброситься в окно/отобрать у постового пистолет и застрелиться из-за разбитого сердца. Милочка задумалась.
До вечера четверга она вроде как – не будем бросаться словами типа «любовь» – была влюблена в Егора. Мир ей казался необыкновенно красивым. По улицам
Милочка посмотрела в окно. Справа стояли машины, в каждой из которых кто-то скучал, злился, звонил по телефону, читал книгу. Слева, по встречной, поток худо-бедно двигался, но и там все водители были напряженными и безрадостными. Она еще раз всмотрелась в лица, и Милочке все эти люди вдруг показались такими родными, такими трогательно-беззащитными... А машины такими блестящими, сильными, мощными... А мир – таким красивым...
То есть Милочка определенно была влюблена. Вопрос: в кого?
– Я не знаю, – испугалась Милочка и с надеждой посмотрела на Климку. – Я не знаю, кого из них я люблю. Вдруг так нахлынуло все былое к Аркане... А Егор так некрасиво поступил со мной...
Неожиданно их ряд тронулся, и Климентьева отключилась от Милочкиных переживаний, схватившись за руль. Милочка оказалось предоставленной самой себе. Она попыталась задуматься о том, в кого же она на самом деле влюблена, но у нее ничего не вышло. Как-то одинаково на ум приходили мысли и об Аркане, и о Егоре...
Первый был, как и несколько лет назад, все такой же активный, напористый, красивый и мужественный – настоящий герой. Второй – интеллигентный, образованный, умный и воспитанный – герой классической русской литературы, этакий «тургеневский мужчина». То есть они были совершенно разными. Если в Аркане Милочке нравилась трехдневная щетина и джинсы, висящие на бедрах, то в Егоре – безупречно гладко выбритый подбородок и элегантный костюм. Арканя на фоне Егора казался недостаточно умным и воспитанным, он никогда не приглашал Милочку в театр и не разбирался в живописи. Но при этом он и сам был человеком творческим, и с ним всегда было весело. Егор же на фоне Аркани казался излишне серьезным и занудливым – Милочка изо всех сил скрывала от него их ночные оттопыривания с Климкой, так как чувствовала, что сразу упадет в глазах Егора.
– Я не знаю, кто из них лучше! – воскликнула она. – Они такие разные...
Благо ряд снова встал и Климка была в ее полном распоряжении.
– Конечно, разные. Арканя этот твой – типичный истероид, а Егор...
– Почему Арканя – истероид? – перебила Милочка. – Он мне не устраивал истерик.
– Не истерик, а истероид. Истерик – это отклонение от нормы. А истероид – особенности психики. Люди же разные.
– Это что-то новенькое...
– Самое главное, что нужно знать про истероида, – сразу же начала Климка, которая профессиональными знаниями была набита под завязку и всегда готова была ими поделиться, – это то, что он всегда на сцене, и все люди для него зрители. У него эмоции не в себе, а на весь мир. Самое главное для него – общественное мнение. Истероид всегда озабочен тем, чтобы о нем думали хорошо, поэтому на людях он и бабульке поможет дорогу перейти, и руки после туалета в гостях всегда помоет. Хотя если его никто не видит, может этого и не сделать. В чем истероиды очень целеустремленны, так в том, чтобы добиться внимания и признания любыми средствами. Поэтому сегодня он занимается одним, завтра – другим. Сегодня он художник, завтра – журналист, послезавтра – талантливый бизнесмен. Ему нужна слава. Ну и деньги, конечно.