Рыцарь в стиле хай-тек

Франковски Лео

Он шел ко мне!..

Меня охватила паника. Без единой мысли в голове я выхватил меч и одним ударом располосовал его.

Я разрубил человека почти надвое в районе талии. Две половины упали на пол под неестественным углом, горло булькнуло еще пару раз, и все затихло.

В тот же момент новый ужас захватил меня. Я только что убил человека — возможно, сумасшедшего отшельника, но ведь не вампира какого-то — без всякой причины, только потому, что испугался. В этом варварском веке я стал таким жестоким, что убийство превратилось во что-то само собой разумеющееся.

Пан

Владимир первым вышел из ступора. Он схватил сук, быстро заточил его поясным ножом и начал забивать его в грудь трупа камнем.

Такое обращение с покойным вернуло меня к жизни.

— Во имя Господа Бога, пан Владимир, прекратите сейчас же!..

— Это необходимо сделать, пан Конрад! Оно все еще живое! Оно все еще может убить нас! — В его голосе сквозила паника.

Не было никакой возможности остановить его, не прибегая к насилию. Пан Владимир колотил камнем по колу что было силы, но забить деревянную палку в человеческие ребра — в особенности если тело перерублено посредине — нелегкая задача. Внутренности разбросало по полу пещеры, все мы стояли, забрызганные кровью.

Я уставился на человека, погибшего от моей руки. Медленно до меня начало доходить.

Пена у рта. Белая кожа. Конвульсии.

— Бешенство, — закричал я. — БЕШЕНСТВО! Пан Владимир, убирайтесь от тела! Оно заражено! Оно заразно! Мы все можем закончить, как этот несчастный!..

— Уже нет, пан Конрад. Я убил его. — Он оторвался от своего омерзительного занятия: кол торчал из-под левого соска трупа.

— Поверьте мне! Если вы собирались хоть что-то из моих слов взять на веру, сейчас как раз время! Это вирус, болезнь, как и чума. Мы должны смыть с себя кровь и грязь!

— Так что надо делать?..

— Мы все сейчас выходим отсюда! Нам нужно вымыться! — Я начал выталкивать их из пещеры.

— Пан Конрад, — закричала Кристина. — Там льет как из ведра! Наша одежда!..

— Пошла она к черту, ваша одежда! Этот дождь — божественный дар. Пошли вон отсюда, или я собственноручно выкину вас! Вы, двое!.. Анастасия! Шевелитесь!..

Девушки поспешили наружу, но Владимир стоял столбом и смотрел на меня.

— Пан Владимир, пожалуйста!

Он поколебался мгновение, потом согласился:

— Ладно.

Я взял наши пожитки за краешек и выкинул на улицу. Снаружи опять начался ливень, сверкали молнии. И то, и другое приветствовалось — по крайней мере мной. В полнейшей темноте и без воды моя задача стала бы невыполнимой.

Анна услышала шум и прибежала к нам.

— Назад, девочка! Бешенство!..

Она кивнула и отошла назад.

— Остальные — раздевайтесь! — Я старался перекричать шум бури. — Повесьте одежду на ветки кустов, где их промоет дождь. Вымойтесь сами! Кристина, доставай мое мыло!

Я безжалостно заставил их дважды намылиться под ледяным ливнем. В конце концов мы предоставили девушкам палатку, а Владимир и я устроились удобно, как могли, под деревом.

— Пан Конрад, это было действительно необходимо?

— Да.

— Это что-то вроде суеверия вашего народа?

— Не суеверие. Я уже говорил тебе раньше, что большинство

болезней вызывают микробы, маленькие животные, такие крошечные, что их нельзя увидеть глазом. Они поразили того несчастного из пещеры.

— Пан Конрад, вы ведь обучали меня научному методу и говорили верить только тому, что доступно моим чувствам. Собственными глазами я видел вампира. Я прикасался к нему. Я чувствовал его. Как я могу сомневаться, что это правда?

— Ты действительно что-то видел, но это что-то было жертвой заболевания.

— Что касается микробов… ну, если подойти к ним с научной точки зрения, я никогда не видел ни одного. Если вы когда-нибудь построите микроскоп, о котором говорили, возможно, мне удастся посмотреть на них. На данный момент я знаю, что видел и что делал. А что до этого полуночного холодного купания всей компанией… скажем так, вы нездешний, и я всего лишь старался проявить вежливость и уважение к вашим традициям, как вы часто делали по отношению к нашим обычаям.

— Ладно, пусть будет по-твоему. Твоя научная дедукция удовлетворилась забиванием кола в сердце вампира, а мои суеверия требовали, чтобы мы в ритуальном порядке смыли дьявольские микробы.

— Меня беспокоит вовсе не это. Что меня действительно беспокоит, так это то, что я сижу сейчас голый, мокрый, в мужской компании, когда всего несколько минут назад уютно устроился рядом с любимой девушкой.

— Ну, я, знаешь ли, в том же положении.

— Тем хуже.

Некоторое время мы молчали. Потом я сказал:

— Думаю, мы оба правы насчет того человека из пещеры. Большинство легенд имеет под собой реальные основания. Симптомы бешенства во многом напоминают ваше описание вампира. Боязнь воды и света. Белая кожа. И если тебя укусит больной, ты обязательно станешь таким же, как и он. Я полагаю, что твой вампир — это моя жертва бешенства. Два названия для одного и того же явления.

— Как скажете. Сколько должен длиться ваш ритуал, прежде чем мы снова сможем зайти в пещеру?

— Это не ритуал и мы не собираемся возвращаться в пещеру.

— Прекрасно. Это не суеверие. Просто пещера навеки проклята нечистым.

Ночь была долгой, и я провел ее в душевных поисках. Думаю, я оказал услугу тому парню, одарив его скорой смертью. Бешенство не лучший путь на тот свет. Возможно, он укусил бы кого-нибудь из нас, и я спас своих друзей от ужасной судьбы. Я никак не мог вылечить заболевание.

Но все это только лишь размахивание кулаками после драки.

На самом-то деле я убил человека, потому что тот напугал меня.

Земли, через которые мы проезжали на следующий день, резко контрастировали с нашим подавленным настроением. За полями хорошо ухаживали, и вскоре предстояло собирать богатый урожай. Крестьяне выстроили себе большие добротные дома, у большинства стены были выкрашены в яркие краски. Люди попадались упитанные, некоторые даже толстые, все носили приличную одежду. И все суетились так, будто, что бы они ни делали в данный момент, это и являлось самым важным смыслом их жизни.