Рыцарь Спиркреста
Шрифт:
Рассказать родителям — не вариант: они уже знают. Они даже предупреждали меня об этом.
— Они будут ждать, что ты докажешь им свою правоту, Софи. Ты не должна сломаться. Ты должна показать им, какая ты сильная.
И я делаю все возможное, чтобы не сломаться, но что-то должно быть сделано.
Для меня стресс проявляется в виде ужасных прыщей, а внутренняя тревога разрушает меня изнутри. Добавьте к этому тот факт, что я самая высокая девочка в нашей группе, и мне буквально не скрыться.
Однажды
Я не плачу по этому поводу, но плачу в те выходные, когда родители говорят мне, что я буду проводить все выходные до половины семестра в школе, чтобы "завести друзей и наладить связи"
В итоге я действительно провожу в школе все выходные, но каждый день прячусь в темных углах библиотеки, в учебном классе, в пустых аудиториях. В общем, везде, где я могу найти место, где мне не придется ни с кем разговаривать.
Какое-то время это работает.
До пятого урока в хмурую среду.
Наша учительница английского языка, мисс Уиллард, разбивает всех на пары, чтобы прочитать сцену из пьесы Шекспира, которую мы изучаем. Я закрываю глаза и всей душой желаю исчезнуть из Спиркреста, исчезнуть из этого мира.
Но мисс Уиллард, неумолимая, как машина, зовет: — Мисс Саттон и мистер Найт.
Может быть, я и провожу все свое время, избегая других учеников, но даже я точно знаю, кто такой Эван Найт. Он один из самых популярных мальчиков в нашей группе: богатый, спортивный, яркий.
Золотой мальчик Спиркреста, он привлекает к себе внимание, куда бы он ни пошел.
Его трудно не заметить, потому что он один из единственных мальчиков такого же роста, как я. Его голова — блестящее облако золотистых кудрей. Но я не отвожу глаз от окна, заставляя его подойти и сесть рядом со мной. Я смотрю на него только тогда, когда этого уже нельзя избежать.
Он смотрит на меня с улыбкой. Его ярко-голубые глаза встречаются с моими, а затем опускаются, пробегая по моим разрумяненным щекам. Студентам запрещено краситься, и хотя это правило, казалось бы, все игнорируют, мои родители относились к нему серьезно. Мне даже не разрешили взять с собой консилер или полтюбика дешевого тонального крема.
Так что мои пятна — сырые, красные и открытые для всеобщего обозрения, и Эван не очень-то старается делать вид, что не замечает этого.
— Ты, наверное, самая уродливая из всех, кого я видела в своей жизни, — думаю я про себя, представляя его мысли.
Но он этого не говорит. Вместо этого он передает мне копию сцены, которую мы должны прочитать вместе, и говорит: — Что же мы делаем? Я понятия не имею, что здесь написано.
Я поднимаю бровь. — Ты что, не читал примечания учителя?
Его голубые
Потянувшись в сумку, я достала папку с английским языком. — Те конспекты. Те, которые мисс Уиллард сказала изучить перед началом спектакля.
Он смотрит на них с выражением растерянности, которое говорит мне о том, что он никогда в жизни не видел этих конспектов.
— Хм, не думаю, что я их получил, — говорит он, проводя рукой по волосам.
Он точно их получил. У меня возникает соблазн сказать ему то же самое, но я принимаю тактическое решение не делать этого. До сих пор Эван Найт не сказал мне ни одной жестокой, недоброй или обидной вещи, и я хотела бы, чтобы так было как можно дольше.
— Ну, — говорю я, и мой желудок неловко сжимается. —Я могу… могу объяснить тебе, если хочешь. До того, как мы начнем читать. Тогда мы оба будем знать, что делаем.
И Эван Найт делает нечто совершенно неожиданное.
Он смотрит мне прямо в глаза, искренне улыбается и говорит: — Да, это было бы здорово. Спасибо, Софи.
Нелегальная вечеринка
Софи
В течение следующих нескольких недель я вхожу в привычный ритм жизни. В то время как другие студенты напряженно пытаются наверстать упущенное и подать документы в лучшие университеты, я готовлюсь. Вся моя многолетняя кропотливая работа, все цветные конспекты и расписания, которые я скрупулезно составляла за своим столом, игнорируя ускользающее британское лето, наконец-то принесли свои плоды. Я организована и готова взяться за работу, которой нас уже заваливают учителя. Я не боюсь этого вызова — я его принимаю. Кроме того, занятость имеет еще одно преимущество: она не дает мне думать об Эване.
Ведь если я начну думать о нем, волна тревоги неизбежно захлестнет меня.
Дело в том, что я могла бы смириться с Эваном, если бы он был таким же, как и все остальные мальчишки в Спиркресте: отвратительно богатым, пустоголовым и высокомерным. Но Эван — это не просто еще один Молодой Король, не просто еще один богатый засранец, который никогда не будет иметь значения для моей жизни.
Эван был моим первым другом в Спиркресте, он помогал мне в самые трудные моменты. Он был моим самым близким другом в девятом классе, человеком, которому я стал доверять и которого полюбил.
Как все закончилось так, как закончилось сейчас, я до сих пор не знаю.
Я никогда не пойму, как между двумя людьми, которые так хорошо ладили, могло произойти что-то неладное.
В любом случае, у меня есть гораздо более важные вещи, о которых я должен думать. В этом году мне повезло, что я не буду учиться в одном классе ни с кем из Молодых Королей. Если я правильно разыграю свои карты, то смогу не мешать им большую часть года.
Удача закончилась в пятницу вечером.
Я сижу в углу учебного зала и делаю аннотацию к своему экземпляру "Отелло", когда двери распахиваются. Учебный класс внезапно наполняется шумом голосов и смехом. Я пригибаюсь и заглядываю за настольную лампу.