Рыцарь Резервации
Шрифт:
— Подойдите! Ближе! — раздался голос. — Дайте старушке Вен посмотреть на вас…
Старушке? — мелькнуло в голове, пока я обходил кресло. Кажется, голоса были довольно молодо…
На нас уставились два черных провала на месте глаз. Старый покрытой паутиной скелет распластался в кресле и скалился.
— Ох, мама… — охнула Рух, и вдруг над нашими головами зазвучал зловещий смех.
В ту же секунду, дверь в гостиную захлопнулась.
Глава 16
—
Обращался он к жандарму. Пусть пушка на «башке» этой грозной двуногой штуковины и была опущена, но служитель закона все равно едва не откинулся от страха.
— Как ты смеешь, пилот?! — жандарм попытался подобраться. — Я представитель…
Но шагоход сделал тяжелый шаг ему навстречу:
— Я СКАЗАЛ, ПОДНИМИ ЭТУ БАНКУ!
— Какую?.. — попятился тот, и наступил на одну из десятка банок, которые вывалились из перевернутой им урны. Хрустнуло стекло.
— ВСЕ! — гаркнул шагоход.
— Хорошо!
И жандарм бросился собирать весь мусор и закидывать его в мусорку. Женя с девчонками молча пялили на эту сцену глаза.
— Ага, кожаный мешок! Так его, железный брат! — пронесло мимо злой воздушный шар. — Будет знать! Дай мне его, я сам с ним поговорю по-юдовски! Ах, чертов ветер!
Наконец, последняя бумажка упала в мусорку. Хрустнув спиной, жандарм распрямился.
— ХОРОШО, — кивнул шагоход. — МОЖЕШЬ ИДТИ. ХЕ-ХЕ-ХЕ.
— Спасибо… — пробубнил жандарм и побыстрее свалил из переулка.
И едва он пропал за углом, как шагоход повернулся к троице. Женя сглотнул:
— Эмм… спасибо. Можно нам идти?
— НЕТ! — раздался грозный голос. — НЕЛЬЗЯ. СТОЙТЕ И СМОТРИТЕ КАК Я БУДУ ОБНИМАТЬ САМУЮ КРАСИВУЮ ЖЕНЩИНУ НА ДВУХ КОНТИНЕНТАХ!
И с этими словами шагоход медленно опустился на колени.
— Что?! — охнули трое.
Вдруг люк на «башке» шагохода откинулся. Все заволокло паром, а когда он рассеялся, наружу вылез немного помятый букет цветов.
За ним показалась бородатая физиономия в шлемофоне.
— Сюрприз!
— Миша! — охнула Александра и, подхватив букет, прыгнула парню в объятия. Благо с ее ростом это оказалось несложно.
— Это твой… — нахмурилась Камилла. — … жених?!
— Миша! Это Миша! — обернулась счастливая Александра. — Милый, познакомься это Мила, а это Женя! Как же ты нас напугал, дураш!
— Прости-прости… Опоздал, не смог встретить, сама понимаешь — Поветрие, — говорил Михаил, пока Александра чмокала его в заросшие щеки. — А я тут тружусь в зачистке города от монстров. Прихлопнул одного, ищу недобитков и гляжу, вы идете. Я хотел вылезти, а тут этот хер на вас наезжает. Ну я и решил…
Вдруг со стороны раздался рык.
—
И подхватив Александру за талию, втащил ее внутрь. Рев приближался, а за ним по земле прокатилась волна дрожи, как будто асфальт вдавливал взбесившийся каток.
Вслед за пилотом в люк полезла Камилла, а за ней в поручни вцепился Женя.
— Блин, кому скажу не поверят… — охнул Женя, протискиваясь в переполненную кабину.
Шагоход резко встал на ноги, и Устинов едва удержался.
— Закрывай, чего встал? — крикнули снизу. — Отбиваться будем! Колобок не один!
— Колобок?..
И прежде чем захлопнуть крышку, Женя увидел как в переулок вошло нечто круглое и крайне злобное.
— Так-так-так! — хохотали под потолком. — Кто же попался в сети старушки Вен?!
Пламя в камине вспыхнуло, и в его рваном свете из всех углов к нам поползли пауки. Сотни пауков.
— Ох, мамочки! — задрожала Рух и едва не напрыгнула на меня. — Какая гадость!
Мы отступили в центр гостиной. Вокруг все грохотало, шипело и гремело. Кресло, в котором сидел скелет, сдвинулась с места и со скрипом поехало к нам.
— Дайте бабушка поглядит на вас поближе, деточки! — щелкала тварь челюстью, а из всех отверстий черепушки выползали пауки.
Я пнул его ногой, и кресло перевернулось. Косточки разлетелись во все стороны.
— Ох, как грубо! — заголосил череп, оттолкнулся от стены и покатился к Рух. — Давно же я не пробовала мягкой женской плоти!
Трухлявый череп раскололся от удара моего ботинка. Рух же со всех ног бросилась к дверям. С грохотом они раскрылись у нее перед носом, и на пороге показались дергающиеся типы в драных шмотках. Подняв руки, они со стонами направились к девушке. Ноги у них скрипели словно ржавые петли.
Вскрикнув, хранительница вызвала порыв ветра, и монстры улетели прочь. Вдруг в стенах разошлись доски — в щелях показались еще рычащие морды.
Совсем потерявшись со страху, Рух отстранилась и налетела на паутину, которая соткалась буквально из воздуха.
— Мама!
Вжик! — и ее, опутанную по рукам и ногам, подбросило под потолок. Девушка забилась, но все тщетно — ее начало сворачивать в кокон. Завыл ветер, однако нити затянулись только сильнее.
Подхватив Шпильку, я бросил ее на выручку хранительнице, а сам кинулся к шпаге, висящей над камином. Кошка распалась на жучков и оплела дергающееся тело Рух вторым слоем. Нити лопнули, а хранительница вылетела из рассеченного кокона. Я попытался ее поймать, но, вспыхнув, она пропала.
— Прости, ничего не могу с собой поделать! — раздался ее голос из моего кармана. — Бежим!