Рыцарь напрокат
Шрифт:
Ежик разнервничался и снова начал ходить из стороны в стороны. Мне показалось, что в его голосе появились нотки восторга. Неожиданно он повернулся ко мне, вытянул переднюю лапку и, указав на меня своим маленьким пальчиком, крикнул:
– Но вы! Вы люди, и на одну десятую не приблизились к реализации того потенциала, который в вас заложен! Лишь немногие из вас прикоснулись к тайным знаниям вселенной, доступным только избранным существам - ежик повернулся ко мне своими колючками, и проворчал, даже не поворачивая головы - ты, кстати, к ним не относишься.
– Ну, спасибо утешил - в ответ проворчал я.
– Не за что -
– Не обижайся. Но вы люди вместо того, чтобы наслаждаться этой жизнью и накапливать ценный опыт, набиваете себя кучей бесполезного хлама и носитесь с ним до самой смерти. Мне не важно, насколько ты сможешь это понять. Пойми вот что. Допустим, существует некий механизм - вселенная. И Квемер одна из немало важных его частей. Представь, что будет, если из части отлаженного механизма выкрутить несколько винтиков. Как ты думаешь, что случится?
– Наверное, он станет работать не так хорошо, как раньше. Но, некоторые винты ставят для большей надежности и они не имеют особого значения.
– Вот - торжественно произнес ежик, убедившись, что я его понимаю - А представь, что будет, если выкрутить несколько десятков тысяч винтов.
– Будет жопа!
– невольно вырвалось у меня.
– Ну да, примерно так...
– согласился ежик.
– Это и случилось. Множество тысяч душ застряли между жизнью и смертью в темном облаке заклинания, на пересечение миров. Они не могут вырваться, не могут жить и не могут умереть. Жизнь получает подпитку с приходом новых, очищенных сознаний. Смерть функционирует благодаря части энергии душ, проходящих через нее. Но когда людские маги применили свою силу в решающей битве против эльфов и заперли десятки тысяч сознаний на границе между мирами, Жизнь и Смерть понесли невосполнимые потери. Произошел сбой в работе механизма. Многие виды покинули этот мир, после того, как им стали править люди. Квемер гибнет. Больше всего ослабла Смерть, многие смертные научились ей противостоять и живут до сих пор, хотя должны были уже давно окунуться во вселенский круговорот.
Ежик замолчал и посмотрел прямо мне в глаза, я не выдержал взгляд его маленьких бусинок и отвернулся. Почти шепотом, ежик спросил:
– А что делают с деталью, которая выходит из строя? Или с органом, который перестает выполнять свою функцию и начинает мешать всему организму.
– Деталь либо чинят, либо...
Я начинал отвечать автоматически, не особо задумываясь над тем, что говорю, но когда смысл вопроса и моего ответа начал до меня доходить, мне стало не по себе.
– Да - грустно сказал ежик.
– Весь этот мир со всеми его чудесами канет в небытие. Но есть мнение, что если освободить души поглощенные заклинанием, то это может поправить ситуацию.
– И как же это сделать?
– спросил я, на минуту проникнувшись состраданием, к родному миру Валери и всем тем существам, которые живут в нем.
– Достигнув Элэй Дан'а и приведя в движение ее силы разрушить чары.
– А это, в принципе, возможно?
– недоверчиво спросил я.
– Возможно. Но в Квемере осталось мало существ, способных привести Элдану в действие, с одним из них ты хорошо знаком.
– Кто это?
– задал я вопрос, ответ на который уже знал.
– Да, ты правильно подумал, это Уаэллэйири, дочь Уаэллора, последняя из рода. Она, в чьих жилах течет кровь изначальных,
– А что? Могут возникнуть трудности?
– усмехнувшись, спросил я, вспоминая события последних дней.
Ежик снова фыркнул и запрыгал на месте, на своих маленьких лапках. Совершив серию причудливых прыжков, он обежал вокруг меня несколько раз, понюхал мои ботинки, затем снова вернулся на свое место передо мной и, сорвавшись на визг, закричал:
– Об этом я тебе дубине, с самого начала и толкую. Все хватит! Ни каких вопросов и разъяснений. Заткнись и слушай! Я дважды повторять не стану.
Прекратив истошно орать и удостоверившись, что я молчу и слушаю, зверек продолжил:
– У данного решения проблемы, имеются противники. В первую очередь это Григориан, архимаг ордена "Вездесущих". Пренеприятнейшая должен отметить личность. После того, как смерть ослабла, он решил, что хочет быть бессмертным, хотя к тому времени он и так прожил немало лет. Если Смерть снова войдет в полную силу, ему не удастся впредь избегать ее вестников...
Ежик посмотрел в ночное небо сквозь кроны деревьев, словно высматривая там что-то. Удовлетворенный результатом поиска он опустил мордочку, презрительно фыркнул и продолжил:
– Потом это естественно король Томас, ярый ненавистник всех, кто хоть чем-то отличается от людей. Это из-за того, что у остальных существ в этом случае появиться шанс на реванш. Григориан уже знает, что Уаэллэйири вернулась в Квемер, и он незамедлительно сообщит об этом Томасу. А Томас в свою очередь без сомнения натравит на вас Черных Псов. У вас есть всего пара дней, прежде чем королевские охотники получат весточку и пойдут по вашему следу. Последним, но не по степени опасности, препятствием будут волшебники клана "Опавших листьев". С ними мне так и не удалось договориться.
– Это еще кто?
– спросил я, забыв про предупреждение зверка.
– Я же сказал, не перебивать!
– яростно зашипел еж - Это эльфийские маги со съехавшей крышей. Они решили, что раз мир теперь не принадлежит эльфам, то пусть погибает, и чем быстрее - тем лучше. Но давай по порядку. Маги ордена "Вездесущих" уже ожидают Уаэллэйири на берегу Несущей Свои ВОды в Никуда.
Только я собирался, спросить у всезнающего зверька, почему у этой реки такое странное название, как он встал на задние лапки, переднее выставил коготками в мою сторону и дико зашипел. Вопрос сразу отпал.
– Их десять - продолжил зверек.
– Но только двое из них имеют высшую ступень посвящения. Однако это не облегчает вашу задачу. Мое дело предупредить, а выкручиваться вам придется самим. Если вы справитесь с магами, то встреча с самим Григорианом, будет неизбежна. Скажу только, что если вам удастся задержать его на несколько часов, вне его обители, появиться шанс, что вестники Смерти настигнут его и закончат то, что начали много лет назад.
По мере того, как проявление Жизни говорило, меня все больше начинали терзать сомнения. Стоят ли проблемы чужого мира, того, чтобы ради их разрешения и призрачного шанса получить ценный приз в итоге, рисковать своей жизнью. Тем более что по мере того, как колючий зверь оглашал список неизбежных препятствий, шансы на удачный исход становились все меньше и меньше.