Рыцарь короля

Шеллабарджер Сэмюэл

– Тьфу! Не считай нас идиотами. Я снова повторяю: подобное поручение доверяют человеку с положением, а не простому солдату, тем более такому вертопраху, как ты.

– А почему бы и нет, господин бородач? Почему нет? Готов в любую минуту поставить свои мозги против твоих за один флорин. Однако кто сказал, что это поручение я выполняю один? Такого я вовсе не говорил! Правильно, оно возложено на человека с положением, и притом с высоким положением...

Блез обвел взглядом своих слушателей.

– Ну-ка, угадайте, кто он?

Антуан де Лальер

пожал плечами.

– Какой-нибудь придворный хлыщ, я полагаю... Или один из королевских капитанов.

– Нет, сударь мой!
– У Блеза сделалось довольное и загадочное лицо он до последней минуты хранил в тайне приятный сюрприз.
– Нет, сударь. Я имею удовольствие преподнести вам лучшую новость, какую вы слыхали за последние двенадцать месяцев. Лицо, о котором идет речь, послало меня вперед, чтобы я доложил вам о нем. Он будет здесь через час-два.

У де Норвиля забегали глаза. Ги де Лальер уставился на брата.

– Сто тысяч чертей!
– взорвался Антуан.
– Кто же это такой, в конце концов?

– Сударь, это ваш старинный друг и товарищ по оружию, мой добрый покровитель, Дени де Сюрси, маркиз де Воль.

Блез с гордостью, громко произнес это имя и, сияя, огляделся вокруг. Он ожидал восторга - а встретил безмолвное оцепенение.

– Дени де Сюрси?
– эхом отозвался отец.
– Здесь?

– А где же еще, мсье? Я так и знал, что это известие поразит вас. Он велел мне передать, с каким удовольствием предвкушает новую встречу с вами через двадцать с лишним лет.

– О кровь Христова!

С лица Блеза исчезло торжествующее выражение:

– А разве что-то не так?..

Уклончивые взгляды и холодное молчание были ему ответом, лишь де Норвиль, который чуть не присвистнул, повторил:

– Маркиз де Воль!..

Глава 3

Хозяйке дома удалось с присущим ей тактом сгладить смятение, вызванное словами Блеза, и дать остальным время прийти в себя. Хотя ей, женщине, и не дозволялось участвовать в каких-лтбо действиях, связанных с заговором Бурбона, она достаточно хорошо знала о цели предстоящего ночного собрания и сразу поняла, какие сложности создает внезапное прибытие маркиза де Воля.

Отложить собрание было неразумно и практически невозможно. Антуан и Ги де Лальер потратили несколько дней, чтобы связаться с его участниками многие жили достаточно далеко. Гости - около двадцати человек - будут съезжаться по всем дорогам.

С другой стороны, отказать в гостеприимстве такому старому другу, как маркиз, значило, не говоря о прочем, возбудить как раз те самые подозрения, которых следовало избежать любой ценой.

Мадам де Лальер уже почувствовала в озадаченности Блеза первые проблески такого подозрения. Он, может быть, и пустомеля, но отнюдь не дурак.

– Какая честь для тебя, сын мой, - торжественно заявила она, сопровождать столь выдающегося вельможу в деле такой важности! И какая честь для нас - принять его! Ну, а теперь скажи правду. Держу пари, это он попросил короля отправить тебя с ним.

– Ну что ж, признаю,

так оно и было.
– Блез перевел взгляд с отца на брата, а затем на де Норвиля.
– Ему нужен был эскорт в дороге, а также какой-нибудь помощник, когда придется вести дела в швейцарском парламенте, в Люцерне. Он увидел, что я там болтаюсь, и выбрал меня. Но что-то мне не кажется, что...

– Нас обрадовала, - спокойно продолжала мадам де Лальер, - неожиданная приятная новость. И все же... Увы! Если бы он приехал вчера или завтра! И надо же, чтобы это случилось именно сегодня, как будто нет других дней! Вечером тут соберется два десятка гостей! Куда поместим мы маркиза и его свиту? Как принять его достойно? Я просто в отчаянии...

Ее игра была вознаграждена - тень сомнения исчезла с лица Блеза, и он воскликнул:

– Двадцать человек гостей! Черт побери! Никак Лальер идет в гору! Так это что же, помолвка? А мне - ни слова? Рене?!.

Девушка покачала головой и вспыхнула.

К этому времени мужчины пришли в себя. Подал голос Ги де Лальер:

– Нет, брат. Монсеньор Бурбон обеспокоен тем, чтобы некая шайка головорезов, достойных лишь мешка и веревки, не ускользнула беспрепятственно в горы Форе. Он послал господина де Норвиля посовещаться с местным дворянством. Мы надеемся предпринять совместные действия. Вот этому и посвящена наша сегодняшняя встреча.

Трудно было подыскать более правдоподобное объяснение. Предводитель овернских бандитов Гильом де Монтелон именно в это время ожидал казни в Париже. Сельские местности по всей стране просто кишели шайками уволенных со службы солдат и преступников всевозможных мастей, которые давно уже стали настоящим проклятием Франции. Одной из обязанностей дворян-землевладельцев было содействие местным прев( и другим властям в ликвидации таких шаек.

– А-а, - промолвил Блез, - у вас тут начнется потеха... В Дофине были большие неприятности от негодяев такого же рода. Два месяца назад у нас произошло с ними решающее сражение вблизи Вьенна.

– Так что маркиз поймет наше затруднительное положение, - сказал Антуан де Лальер.
– Ему здесь будет неудобно. До Роана не слишком далеко, а тамошний "Красный Лев" - прекрасная гостиница...

Однако старый дворянин никогда не был силен в искусстве притворства. Он так долго запинался, откашливался и мямлил, что Блез снова внимательно посмотрел на него.

– Клянусь всеми святыми! Вот уж не причина для переживаний! Да в этом доме и сорок человек поместятся, если использовать чердак. Господина де Воля такие пустяки не смущают. Он старый воин и удовольствуется самой скромной трапезой и ночлегом. Он хочет повидаться с вами и наверняка будет рад встретиться с другими дворянами. Я не понимаю...

Де Норвиль бросил предостерегающий взгляд на Антуана и Ги. Только скандала недостает! Маркиза нужно принять; однако, если постараться, ещё можно выполнить и первоначальную задачу. Агент Бурбона довольно улыбнулся к нему вернулось его обычное самообладание.