Рыбацкие байки
Шрифт:
— Ты можешь даже вообще ее не бросать, а опусти в воду, возле лодки и поигрывай, води ее вверх-вниз, вниз-вверх!..
— Спасибо за совет!— иронически пробурчал Фаниль и лениво, с явной неохотой, стал водить блесну в воде — вверх-вниз, вниз-вверх!
Фаниль-рыболов погибал на моих глазах. И вдруг... рука Фаниля, державшая леску,. напряглась. Он весь преобразился.
— Клюнуло! — вскричал Фаниль.— Клянусь, клюнуло! Ужас как клюнуло!..
Леска его, натягиваясь, уходила то вправо, то влево. Бросив свои
— Подсекай!
— Подсек!
— Теперь отпусти немного!
— Отпустил!
— Теперь веди. Осторожно!
— Веду! Осторожно!
Можно сказать втроем мы подвели рыбу к борту лодки и подцепили ее сачком. Оказалось — щука! Небольшая, около килограмма. Но эта была первая рыба Фаниля. Понимаете сами, что она значила для такого рыболова — его первая рыба! И что значила она для нас с Азатом!
Фаниль-рыболов, только что погибавший у меня на глазах, воскрес. Какие там дальние забросы! Теперь он всегда будет водить блесной только возле лодки; вверх-вниз, вниз-вверх!
Азат поймал еще одну молодую щуку, я был награжден детенышем судака. Фаниль не обращал на нас внимания: сидит и водит блесной — вверх-вниз, вниз-вверх! Он был уже целиком во власти нахлынувшей рыболовной страсти!
Но что такое? Почему он замер? И в глазах — испуг. Что с тобой, Фаниль?
— Коряга! — выдохнул он наконец.— Черт бы ее побрал. И блесен нет!
Не успел я утешить его — найдем, мол, лишнюю блесну в загашнике, — как вдруг его катушка, поставленная на тормоз, громко затрещала. Фаниль вскочил— лодку сильно качнуло — и дурным голосом закричала — Рыба!
Мы снова бросили на произвол судьбы свои снасти и стали помогать нашему товарищу. Рыбина оказалась на этот раз таких размеров, что ее можно было назвать акулой. По нашей команде Фаниль то подтаскивал ее к лодке, то отпускал, водил па леске, как на поводке (мучил, говоря рыбацким языком) пока наконец минут через пятнадцать не вывел наверх из глубины. Это была щука. По размерам точь-в-точь такая, что унесла в своих зубах моего золотисто-желтого карасика. Длиной — в половину лодки. Вот когда пригодятся пролежавшие три года без дела сачок, в который можно упрятать теленка, и надежный железный крюк. Тут уж я стал командовать:
— Не спешить! Теперь она от нас не уйдет!.. Сейчас мы ее под горло крюком!.. Хоп!.. Все!..
И вот она уже нахально разлеглась во всю длину своего могучего тела на дне лодки. Стой! А почему у нее две блесны? Одна в пасти, а другая под нижней челюстью... Неужели эта та самая, с карасином?!
Такая нелепица может прийти в голову только рыболову!
Фаниль, совсем по-детски задохнувшись от радости, вскричал:
— Братцы, глядите, эта щука с часами!
С часами?! Я вспомнил рассказ деда Латыпа.
— Постой! Дай-ка мне. «Нашему сверстнику Латыпу. Поздравляем
Удивительным было то, что часы шли! Я сверил их со своими — минута в минуту. И календарик показывает сегодняшнее число. Вот они какие, наши чистопольские часы! С автоматическим подзаводом, в водозащитном корпусе, с календарем!
Я тут же рассказал Азату и Фанилю историю щучьих часов. И еще о том, что дал слово деду Латыпу свести его с журналистом, которому он может рассказать обо всем, что его волнует.
В тот день мы еще ловили и поймали много рыбы, но говорить об этом после того, как описано столь чрезвычайное происшествие, уже неинтересно. Хочется добавить только несколько слов о Фаниле. Когда мы стали собираться, он достал из своего рюкзака пузырек с какой-то темно-зеленой жидкостью.
— Друзья! — торжественно сказал Фаниль.— У меня припасен для вас один сюрприз. Я нарочно не развязывал рюкзак до сих пор — боялся, что вы плюнете на спиннинги и начнете ловить на кольцо. Перед вами конопляное масло.
Вот он какой, наш Фаниль. Сказал: «Найду конопляное масло!» — и нашел. Но не у нас в Татарстане нашел — ему привезли его с Кавказа.
Фаниль, оказывается, прощупал проблему татарской конопли со всех сторон. Ему объяснили, что в аспекте сегодняшних достижений сельскохозяйственной науки, учитывая экономику, наши земли нет смысла занимать под коноплю.
Ладно. Тем не менее конопляное кавказское маслице мы испытаем на деле. А пока... надо спешить на остров рыболовов к деду Латыпу. То-то обрадуется старик чудесному возвращению его часов!
СПАСИБО ТЕБЕ, ВОЛГА!
На остров рыболовов мы приехали втроем, а уехали вдвоем. Фаниль, как я и ожидал, остался у деда Латыпа. На следующий день уехал и Азат, но зато вскоре из Москвы вернулся Тази. И тут снова появился Фаниль со своим пузырьком конопляного масла. Надо же было испытать силу этого снадобья на практике!
Предстоял последний в этом сезоне выезд на рыбалку. Махмут объявил, что поедет с нами. Попробовали мы отыскать Мухаметшу — хотелось собраться всем вместе,— но оказалось, что он еще не вернулся с берегов Черного моря.
Прощальный выезд на Волгу был на редкость удачным. Рыбный урожай собрали мы в тот день богатейший. То ли конопляное масло действовало, то ли просто место оказалось хорошее — не знаю уж, на чей счет записать нашу удачу. Важно, что она была. Даже Махмут выловил три килограмма! О себе и Тази я и говорить не стану! А Фаниль-то, Фаниль! Забросит и, сосчитав до двенадцати, даже не дождавшись клева, тащит рыбу за рыбой! Таскает и громко смеется от радости, удивляясь самому себе — как это, мол, у меня так здорово получается!