Русский бунт
Шрифт:
– Вот и хорошо, майор.
– С улыбкой сказал Максим - Ты вот что, задержись на работе, дождись меня. Как только стемнеет, я подъеду и мы с тобой поговорим. Та готов к серьёзному разговору, который полностью изменит твою жизнь?
В трубке послышалось прерывистое дыхание, а вслед за этим тихий, напряженный голос:
– Николай Иванович, я готов к любому разговору. Как только подъедете к "Титанику", позвоните мне и я выйду.
Боевые машины, а это были микроавтобусы не только нескольких популярных марок, но и разного цвета, у отряда подполковника Первенцева оказались под стать экипировке бойцов, а она ему понравилась с первых же минут. Натовские хамелеоновые боекостюмы мало того, что заслуженно считались лучшими в мире, так после того, как над ними поработали спецы из корпорации "Новаком", превратились в настоящие рыцарские доспехи двадцать первого века. Умные, надёжно защищающие бойца от пуль и осколков,
Одиннадцать ярких, нарядных туристических микроавтобусов, борта которых были расписаны названиями мордовских городов, быстро выехали из лесного урочища и поехали к цели ещё засветло. Лагерь "Титаник" находился на территории Мордовского государственного заповедника, который всё ещё существовал только за его счёт. С одной стороны это было очень удобно, туда не совались посторонние, но с другой в этот заповедный лес им, скорее всего, придётся прорываться после наступления ночи с боем. Так оно и случилось. Почти шестьдесят километров они проехали не привлекая к себе внимание ни муниципальных, рыскающих по городам, ни федеральных, охотящихся на водителей за пределами городов, гаишников. Оно и понятно, ведь микроавтобусы были свои, мордовские и принадлежали они не частнику, а серьёзной туристической компании, которую держал главный мент республики. К шести часам вечера, ещё засветло, отряд подполковника Первенцева находился на исходной позиции, на большой стояночной площадке, расположенной в нескольких километрах от Павловки, на которой, по пути в Нижегородскую область, "ночевали" водилы-дальнобойщики. Там их уже ждали двадцать три большегрузные фуры с оружием и обмундированием, носящие на своих бортах уже московские надписи.
После нескольких часов томительного ожидания, с наступлением темноты они снова двинулись в путь и уже через пять километров подъехали к федеральному посту ГИБДД, сплошь состоящему из одних только странностей. Во-первых, государственная инспекция давно уже не была государственной, а стала частной лавочкой, во-вторых, её совершенно не волновала безопасность движения, и, в-третьих, ГИБДД давным-давно превратилась в самый настоящий бордель. По той причине, что пост ГИБДД, стоящий перед заповедным лесом, отличался крайней жестокостью по отношению к девушкам, самым настоящим рабыням федералов, Максим приказал взять их всех с собой, чтобы уже потом, после захвата "Титаника", шлёпнуть.
Бойцам его приказ бойцам понравился ещё и тем, что им было разрешено не слишком-то церемониться. Когда они подъехали к посту, на площадке перед ним помимо двух больших автобусов стояло несколько роскошных, дорогих иномарок, принадлежащих довольно крупным чиновникам районного масштаба. Они сидели в своих машинах, а девушки дефилировали перед ними буквально в чём мать родила. Бойцы Максима были на редкость опытными, все прошедшие через Иностранный легион и имевшие опыт городской войны. Двигаясь на большой скорости, они лихо пошли на таран и врезались в дорогие иномарки с такой силой, что три из пяти перевернулись. Девушки с истошным визгом бросились прочь от машин к автобусам и за всем дальнейшим наблюдали уже из них. Менты-федералы, а это были карачаевцы, приехавшие в Мордовию на заработки, поначалу ничего не поняли и даже выбежали с рёвом и матом из небольшого двухэтажного здания поста и трёх патрульных машин, прозванных шмаровозками. Когда же несколько секунд спустя из туристических микроавтобусов под истошные вопли чиновников, их водителей и телохранителей выскочили бойцы подполковника Первенцева и он сам, похожие в своих хамелеоновых боекостюмах на призраков, их боевой задор немедленно испарился.
С изумлением глядя на непонятные фигуры, несущиеся к ним некоторые из ментов-карачаевцев, существ очень жадных и крайне жестоких, схватились за оружие. Бойцы-призраки были вооружены старыми, добрыми "Винторезами", правда, модернизированными, на которые были установлены телевизионные системы наведения, а также подствольные пневматические ружья, стреляющие парализующими дротиками. Они могли, при желании, не убивать, а всего лишь парализовать самых "отважных" из добрых двух дюжин горцев, но не стали этого делать. "Винторезы" глухо фыркнули и пятеро федералов рухнули на асфальт. Одновременно с этим ещё один
После этого они набросились на федералов-гаишников и чиновников с их приспешниками всей толпой, принялись вязать их по рукам и ногам и сносит в автобусы. Бледные, испуганные девушки, многие из которых были по-прежнему голыми, глядя на такое боялись даже пикнуть. На налёт у них ушло всего лишь каких-то четверть часа и отряд снова двинулся в путь, но теперь за ним следовало ещё и два автобуса с проститутками. Девушек насчитывалось почти полторы сотни душ и бросать их на произвол судьбы в этом лесу было бы полным свинством. По пути к "Титанику", до которого было двадцать пять минут езды, бойцы, пересевшие в автобусы, рассказали девушкам о грядущем штурме лагеря и восстании, сказав, что хотя они и будут ночевать сегодня в гостях у зеков, бояться им нечего, их никто не обидит. Единственное, о чём им было сказано особо, это о необходимости сохранять всё в тайне до понедельника, из-за чего никто из девушек, привезённых ментами на "работу", не мог отправляться куда угодно прямо сейчас. Девушки были слишком напуганы, чтобы понять хоть что-то, но одно уяснили чётко - из автобуса им лучше даже не пытаться выходить. В полутора километрах от "Титаника" Максим приказал всем остановиться и снова вышел на связь с майором Завьяловым, спросив его:
– Ну, что, Игорь, ты готов к встрече со мной?
– Да, Николай Иванович, готов.
– Твёрдо и решительно сказал майор Завьялов, начальник режима лагеря особого режима, хотя и кум, но всё же человек справедливый и, что самое главное, напрочь лишенный всяких подлых вывертов - Я сейчас же выйду за ворота лагеря и пойду туда, куда вы скажете.
– А вот этого как раз и ненужно делать, Игорь, - с улыбкой сказал Максим, - я сам войду внутрь "Титаника", но не один, а вместе со своим отрядом спецназа. Это будет самый настоящий штурм, майор, и вохру мы будем класть мордой в бетон направо и налево, а потом я подниму восстание во многих областях страны сразу. Сегодня мы освободим девяносто семь лагерей и тебе нужно будет срочно решать с кем ты, парень, со своим народом или с чиновниками, севшими ему на шею. Ты можешь, конечно, попытаться сообщить об этом в Саранск или в Москву, Игорь, но ты поверь, у тебя из этого ничего не выйдет. В общем, парень, не делай глупостей и присоединяйся к нам. Сделаешь так и я тебе гарантирую, что твою жену будут лечить наши лучшие врачи, а они у нас такие, каких даже в Америке нет.
Майор Завьялов молча выслушал Максима и дрогнувшим голосом ответил:
– Николай Иванович, не знаю почему, но после нашего первого разговора, я позвонил нескольким своим друзьям из числа офицеров охраны лагеря, тем, которые, как и я, ненавидят вертухаев-наёмников, и все они приехали. Если вы не шутите на счёт штурма, Николай Иванович, то как только он начнётся, мы ударим им в спину. Давайте скоординируем наши действия. Хотя нас всего семеро, мы вас не подведём.
Максим поторопился воскликнуть:
– Нет-нет, Игорь, только без глупостей. До тех пор, пока в твой кабинет не постучатся мои парни, даже и не пытайся ничего предпринимать, ещё успеешь навоеваться, майор. Работы у нас впереди чёртова прорва.
– Поражаясь такой странной прозорливости кума, он приказал - Парни, на выход. Девочки, как только поймаете сигнал со спутника, давайте целеуказание.
Микроавтобус, в котором сидели четыре девушки и три бойца их охраняющих, ещё двумя километрами раньше съехал с дороги в лес и теперь стоял на небольшой полянке. Его крыша раздвинулась и из неё высунулась наружу тарелка антенны космической связи. У корпорации "Новаком" имелось двадцать шесть спутников связи и все они помимо этого могли ещё и шпионить за кем угодно не привлекая к себе излишнего внимания. Максим не успел добежать до опушки леса, от которой до семиметровой железобетонной стены "Титаника" было не более семисот метров пустыря с малозаметными заграждениями, а так же сигнальными и противопехотными минами, как Наташа сказала ему на редкость красивым, певучим голоском:
– Гроссмейстер, спутник будет над нами через семнадцать минут двадцать пять секунд, так что у вас есть время продумать всё ещё раз.
– Совет был отнюдь не лишним и Максим решил ему последовать и ещё раз внимательно просмотреть маршрут своего пути к внешней стене, огородившей "Титаник", ну, а вскоре он услышал - Ребята, спутник над нами. У вас есть двадцать четыре минуты, чтобы сделать всю работу имея постоянное целеуказание со спутника. После этого вам придётся самим искать вашего врага. Поторапливайтесь, не испытывайте лишний раз судьбу.