Русалочья заводь
Шрифт:
И я тебя, Лир.
Его объятья были нежными, и я терялась от того, что он мог быть со мной таким. Мне иногда кажется, что я никогда не привыкну к тому, что он — мой.
— Привыкнешь, — шепнул Лир мне в ухо, когда я засыпала в его руках.
Утром мы позавтракали хлебом с сыром и земляникой, которую, по всей видимости, оставил леший, умылись в ручье и снова отправились в путь.
Лимфил превратился в белку и бежал впереди нас. Солнце пекло нещадно, и даже лес не давал прохлады, столь желанной и приятной для нас обоих. Плащи снять было нельзя.
Лес пах травой и листьями, спевшими ягодами, землей. Если бы мы не спешили, стараясь уйти подальше от Аридейла, я бы насладилась этим всем, но останавливаться было некогда. Лир и я переговаривались в тишине до сих пор мысленно. То, что нам пока везло идти незамеченными, могло и исчезнуть. Мы с Лиром пару раз за этот день слышали переклички магов, прятались в кустах, но потом шли дальше. Нечисть больше появляться не смогла, как мы и договаривались.
На вторую ночь, поужинав жареными грибами, которые нашел Лир неподалеку, мы решили дежурить по очереди. Я легла спать первой, лимфил белкой свернулся у груди. Лир разбудил меня только через четыре часа. Вернее, не разбудил. Я сама проснулась и уговорила его поспать. Ему нужны силы, мало ли что случится.
На рассвете я подумала об Аране, и пока Лир варил похлебку, вытащила зеркало и позвала друга.
— Ари, — обрадовался эльф, и через минуту я увидела рядом с ним Даринель, Сирина и Силадерь.
Лир поставил котелок на огонь и подошел.
— Как вы? — спросил он их.
— Все хорошо, а вы? — спросил Сирин.
Скучаем без вас.
— Ари говорит, что скучает, — улыбнулся Лир. — Без вас.
— Мы без нее тоже, — хмыкнула Даринель.
— Кстати, с пальм постоянно падают кокосовые орехи, — сказал Сирин. — И вчера заходил Глин, интересовался, как все прошло.
Мы поболтали еще минут десять, а потом распрощались. От этого разговора на душе стало легко и спокойно, поэтому, когда мы позавтракали, то я уверенно пошла за Лиром, веря в то, что с нами ничего не случится.
Так и побежали наши дни. Душистый лес, жаркое солнце, Лир, мысленно рассказывающий мне истории и иногда — признания в любви, его ненасытные руки и губы по вечерам, когда солнце исчезало за лесом, разговор через зеркало каждое утро и бесконечная дорога, которая тянулась и тянулось.
Нет, не тракт. Незаметные тропинки и перепутья, опушки леса с густой травой и яркими бабочками, которые очень нравились лимфилу, тонкие стволы березок, переходящие в сосновый лес, где было столько земляничников, что мы могли не готовить еду вообще. И время бежало и бежало. Размеренно как-то. Спокойно. Тревога ушла, потому что мы уходили все дальше от столицы Ларейи, и были на полпути к границе.
А еще Лир не отходил от меня ни на шаг. Это иногда напрягало,
Когда прошло уже полмесяца, однажды утром, я неожиданно почувствовала себя плохо. Резко закружилась голова, перед глазами поплыли пятна. Я очнулась в воде. Лир, тяжело дыша, сидел рядом в ручье.
— Ты так меня напугала. Снова, Ари.
Мы всего лишь забыли, что я — русалка. Не было магии — не хотелось вспоминать о своей сущности. Тем более, мы все равно были настороже. Вот появятся сейчас стражники, и что тогда делать? У меня тут хвост, между прочим. Ползти смогу лишь.
— Поплавай немного хотя бы, — сказал Лир обреченно, подумав явно о том же. — Я покараулю.
Это немного закончилось тем, что я плавала в ручье почти двое суток, а Лир делал вид, что не паникует. Потом всю ночь он спал, а я — дежурила и разговаривала с Араном, который там «с ума сходил от беспокойства, потому что одна сумасшедшая русалка не выходила на связь почти трое суток». Он так разошелся, что обещал меня лично отшлепать, если такое повторится.
А я что — прав ведь. Да и голоса то все равно нет, чтобы ответить, только и могу, что записочки на бумаге писать и показывать в зеркало.
Утром мы с Лиром снова отправились в путь.
— Ари, о чем ты думаешь? — спросил он, когда я споткнулась в очередной раз.
Ведь знает о чем. Об Аране, Даринель, Эрангитиле Светлооком и…своем отце. Он ведь отправился к оркам. Найти бы его. Вот расправлюсь со всем этим, и отправлюсь на его поиски.
— Одну не отпущу, — сказал Лир спокойно.
Кто бы сомневался. Значит, вместе отправимся. Проживут же без него немного люди в королевстве. Раньше же жили. Он же не король в конце-концов.
— Как только я женюсь, буду им.
Вот тебе и раз. Неожиданно.
— Через год буду, коронация чуть позже обычно, можешь не торопиться с выбором короны, — хмыкнул Лир.
Я в очередной раз споткнулась, и если бы Лир не подхватил меня, врезалась бы носом в землю, как крот.
— Ари, хватит нервничать. Ну, будешь ты королевой. Ничего страшного, поверь мне.
Это ему ничего, а мне еще очень даже чего. У дяди я вообще ничего не делала, там была свобода.
— Прости. Я предупреждал, что со мной будет непросто, — сказал Лир очень тихо.
Я заглянула в его уставшие глаза, хмыкнула. Уж я то с одним темным магом справлюсь, а вот он справиться ли с одной вредной русалкой?
Лир улыбнулся в ответ моим мыслям.
— Главное, что мы есть друг у друга, что мы вместе, что мы любим друг друга, а остальное — ерунда. Справимся, поверь мне. Лишь ты была бы у меня, а я — у тебя. Рядом, Ари.
И столько тепла и любви было в этих простых словах, что я обняла его и выкинула все плохие мысли из головы.