Русалочья заводь
Шрифт:
Я про себя застонала. Лиру проще сразу всю лавку купить. Мне же все понравиться.
Лир спрятал улыбку, расплатился за мои и свои покупки из волшебного кошелька, взял сверток, и, попрощавшись с продавцами и радушным хозяином, мы вышли на улицу. В семи обувных лавках, в которых мы побывали, мне ничего не приглянулось. Многое подходило, но…это все было не то. Как же мне хотелось свои любимые хрустальные туфельки.
В воздухе что-то звякнуло, Лир остановился и уставился на меня. На мостовой стояли именно мои хрустальные туфельки. Это как? Моя магия же не вернулась.
—
Я, абсолютно не верящая своему частью, подхватила туфельки и всю дорогу до ювелирной лавки, глупо улыбалась.
Что было дальше, хоть убейте, не помню. Серебро, сапфиры, аквамарины, алмазы…. Я зажмурилась, села на стул и не встала, пока Лир и гном-продавец о чем-то разговаривали.
— Открывай глаза уже, я купил все, — спокойно сказал Лир.
Чего? Он рехнулся? Он помешался? Ему врача надо? Куда мне столько?
Лир расхохотался, а я обреченно вздохнула. Я же пошутила. Пошутила насчет целой лавки. Но Лира уже было не остановить.
— Может, поцелуешь меня, — сказал Лир, когда мы вышли с тремя большими коробками из пустой ювелирной лавки, которая до этого была наполнена серебряными изделиями.
Может, лучше кирпичом его приложить? Глядишь, поумнеет.
Лир резко остановился, посмотрел на меня, и я поняла — обидела. Он же от души, а я… В глазах защипало от горечи.
— Да не обиделся я, — сказал Лир, ставя коробки на землю. — Просто хочу тебя порадовать. Ты же моя дайари, черт возьми. И будущая королева. У моей матери целая сокровищница вон была, и у тебя тоже будет.
Ой, мамочки!
— Так что там насчет поцелуя? — спросил Лир невозмутимо.
Я подошла к нему и поцеловала в губы, почувствовав, что Лир разрешает читать мне свои мысли — об одной вредной русалке, в которую он умудрился по уши влюбиться.
А у меня опять гормоны взбунтовались! Чтоб их! Еще неизвестно, кто кому спать не даст этой ночью.
Во дворце слуги забрали у нас свертки и отнесли наверх, а мы с Лиром спустились на кухню, попросив бутербродов. До бала оставалось два часа, и мы еще успели связаться с Араном, принять ванну, высушить мой хвост и рассмотреть все украшения, которые купил Лир для меня. Они были прекрасны. Все разные — с разными синими камнями и серебряными нитями.
— Советую вот это одеть на бал, — сказал Лир, показывая на ожерелье из сапфиров в виде капелек, и на такие же серьги.
Я кивнула, соглашаясь. Собрала все украшения в коробки, заметив, что Лир уже оделся. Я намекнула, чтобы он оставил меня собираться одну.
— Нет уж, я помню, чем в тот раз закончился бал, — едко сказал Лир и уселся в кресло возле камина, неотрывно смотря на меня.
Я психанула и стала одеваться. Сам напросился. Если опоздаем — будет он виноват, вон какие глаза-то у него. Потемнели, блестят, как от вина. Дышит так, будто ему воздуха не хватает.
— Комплект, и вправду, замечательный, — сдавленно выдавил Лир из себя, когда я стала надевать платье. — Давай помогу застегнуть, — сказал маг.
Я кивнула. Дальше он усадил меня на стул и, опустившись
— Теперь украшения. Позволишь? — спросил Лир зачем-то, как будто я запрещала.
Пусть уж одевает. Он одел мне ожерелье и серьги, а затем даже волосы гребнем расчесал, решив, что будет лучше, если я оставлю их распущенными.
Теперь точно все.
— Ты так прекрасна, — сказал Лир тихо, целуя мои руки, когда мы спускались в зал.
И ты прекрасен, Лир. До умопомрачения. И, наконец-таки, ты сегодня будешь танцевать со мной весь вечер.
— Самому не вериться, — сказал принц, когда мы вошли в зал.
Тадеуш и его жена Приата, молодая симпатичная гномка, одетая в ярко-красное платье, с нами поздоровались, другие гномы приветливо кивали и улыбались, а потом заиграла музыка, и никого, кроме нас с Лиром не осталось. Его взгляд был восхищенным, нежным, влюбленным. Наверное, это почувствовали все, потому что, кроме короля, никто не рискнул пригласить меня на вальс.
В воздухе плавали серебряные и золотые шарики света, а под ногами лежали лепестки цветов — это все я заметила потом, когда мы с Лиром остановились и сделали передышку через два часа.
Я села возле прохладной стены, отпустив Лира сходить за соком. Гномы веселись вовсю, были даже среди них эльфы, маги и люди, которые то ли гостили тут, то ли жили. Не знаю, надо будет у Лира спросить.
Неожиданно в зал вошла процессия из нескольких человек. Красивая эльфийка с ярко-синими глазами, светлыми длинными волосами, в красивом голубом платье, расшитом белым жемчугом. Добрая, приветливая, нежная. Это было сразу видно. И кого-то она мне неуловимо напоминала. Рядом с ней стояло несколько эльфов, приветливо разговаривая с гномами, а спутник прекрасной эльфийки — маг, одетый в белоснежный костюм. Волосы у него были длиной до плеч, светло-каштановые, а глаза — серые, мудрые и…
Мы встретились взглядами, он вздрогнул, что-то шепнул своей спутнице и, развернувшись вместе с ней, направился в мою сторону. Я испуганно посмотрела на них, вжалась в кресло, лихорадочно соображая, чем я их так привлекла.
И кого же мне этот маг напоминает? Неожиданная догадка еще не успела сформироваться, как…
— Ари, что случилось? — спросил Лир, оказываясь неожиданно рядом со мной. — Я твою панику за километр почуял.
Я развернула его и показала взглядом на приближающуюся парочку.
— Тир, — сказал глухо Лир, не выпуская моей руки из своей.
Я резко выдохнула. Так это его брат? Тот самый из Снежного королевства? Как будто у него другой кто-то есть, — ехидно заметил внутренний голос.
— Здравствуй, братец, — ухмыльнулся маг, и Лир сделав шаг к нему, обнял его крепко за плечи.
— Привет. Ты до ужаса напугал Ари своим сходством со мной, — улыбнулся мой маг.
— Извини, Ариадна, — сказал Тир, разворачиваясь ко мне. — Не хотел. Просто увидел тебя, и понял, что Лир — здесь, сразу пошел, не подумав, что у меня на лице написано воинственное выражение разобраться со всем этим.