Русалки. Выбор
Шрифт:
Зал оказался меньше, чем мне показалось из соседнего помещения, но границы его тонули в тени, создавая иллюзию большего размера, чем на самом деле. А может тут не обошлось без пространственных чар. Пол покрывал белый, с чёрными прожилками мрамор.
Впрочем, оглядывалась я уже по пути к небольшому возвышению, на котором стояли тринадцать кресел. На них определенно кто-то сидел, хотя ни лиц, ни особенностей их телосложения я разглядеть, несмотря на способность видеть сквозь иллюзии, снова не смогла. Единственной не скрытой чарами, превосходящими
— Какая юная, — послышалось откуда-то слева. Я посмотрела туда, но опять никого не увидела. Зато заметила на стене зеленую мозаику с символическим изображениям даров Ритуальницы и Говорящей. Противоположную стену украшали знаки Жертвенницы и Слышащей.
— Как твое имя, просительница? — спросили с другой стороны.
— Меня зовут Светлана Наррейнер-Антарио. — Вообще-то я серьезно сомневалась, что фамилия маски деда может мне принадлежать, но, не обсудив с кем-то, кто знает причины его скрытности, раскрывать эту тайну я не собиралась. Мало ли что у него были за мотивы?
Когда я, стараясь не сутулиться и вообще выглядеть как можно уверенней, дошла до центра зала, где была мастерски выложена чем-то, кажется, нефритом, зелёная, в цвет мерфитского поля, звезда с шестью концами внутри другой, семиконечной и чуть более тёмной, ещё одна из фигур, закутанных в заклятья, предложила:
— Озвучь свою просьбу.
Девочка болтать ногами перестала и ободряюще улыбнулась. Вышло немного жутковато — глаза её оставались слишком спокойными. И взрослыми.
Наступал решающий момент и меня начало потряхивать, даже несмотря на успокоительные Маргариты Николаевны и Освейна. Чтобы собраться пришлось сделать несколько глубоких вдохов-выдохов. Потом я взяла себя в руки:
— Я прошу о мести, — вот я это и сказала. Пути назад нет. — Мести главному настоятелю Храма Роланду Иолетте, известному как Темный настоятель. Мести за смерть моего деда, настоятеля Храма, известного под именем Григория Наррейнер. — Заранее я думала сказать ещё про Асавена, но потом от этой мысли отказалась. Напрямую Тёмный настоятель там был не замешан. Да, я была почти уверена, что он стоял за тем Огненным настоятелем, но доказательств у меня не было. А, судя по Легенде, после просьбы у меня вполне могли потребовать подтверждений сказанного.
Тринадцать молчали. Потом та, что говорила про возраст, мягко, вкрадчиво, поинтересовалась:
— А если ты ошибаешься, маленькая Слышащая?
— Я видела их сражение глазами матери. Роланд Иолетте убил моего деда. Перед тем, как я покинула Подводный ветер, Первый Лорд связался с Храмом, и ему подтвердили, что Григорий Наррейнер мёртв.
— Это серьёзное обвинение. Прежде чем озвучить решение, мы должны увидеть твои воспоминания, — строго заявил та же фигура, что предложила представиться. Подозреваю, дело было не в обвинении, а в том, против которой оно выдвинуто.
— В этом нет необходимости, — услышав этот голос, я онемела. В прошлый раз я слышала его у себя в голове, там, посреди весеннего леса. Но тогда я и предположить не могла, что она — одна из Тринадцати. Не просто мерфитка, пускай и первого ранга, если это о ней речь шла в книге, а одна из сильнейших?! — Я была там. И я подтверждаю, что настоятеля, которого вы знаете как Григория Наррейнер, убил именно Роланд Иолетте силой Темной богини. Моего слова достаточно?
— Достаточно, — скучным тоном подтвердила та, что требовала доказательств.
— Один вопрос, если позволишь. Девочка — твой потомок? Дочь? Внучка? Очень поле интересное…
— Да, — в ответ на неизвестно какой из вопросов кивнула мамина… мать? Чары с неё спали. И теперь я видела и белоснежные одежды, и седые волосы, и голубые глаза, и характерный атлантийский подбородок. Некстати вспомнилось, что Маргарита Николаевна назвала её своей подругой. — И её Поиск завершен, а просьба озвучена. — Тоном подразумевающим, что требовать чего-то ещё они не должны, заметила моя вторая бабушка. — Правилам она не противоречит.
— Просьба озвучена, — вдруг эхом откликнулась до того молчавшая фигура в центре.
Остальные замерли. Потом друг за другом кивнули. Со всех сторон послышались повторения этой же фразы.
— Можешь идти, маленькая Слышащая. Мы исполним твою Просьбу, — вздохнула та, вкрадчивая.
Словно этого и дожидавшаяся девочка, до того какое-то время сидевшая так неподвижно, словно была статуей, соскочила с возвышения и, взяв меня за руку, потянула к выходу. Я оглянулась на мамину матушку, но взгляд той был отсутствующим и на меня она не смотрела.
— Не спрашивай их, — шепотом попросила маленькая мерфитка. — Я тебе сама все объясню.
Арку заволокло туманом, как только мы покинули зал. Я устало опустилась в кресло. Оно тут явно было очень кстати.
— Они выполнят твою просьбу, как только подготовятся. Все-таки убить главного настоятеля, тем более находящегося под покровительством Темной, задача не из лёгких, — серьёзно сообщила моя сопровождающая.
— А если они будут готовы только через пару лет? Долгожителям ведь некуда торопиться. Что если он за это время ещё кого-нибудь убьёт?!
Но девочка покачала головой и очень по-взрослому сообщила:
— Существует давным-давно принятый Тринадцатью регламент. Срок выполнения просьбы о мести не больше месяца, максимум двух. Ты правильно сделала, что сказала именно так.
Это несколько смиряло с ситуацией. Вот только и за месяц-два многое могло произойти.
— Как я узнаю? — вопрос был глупым, но он меня волновал, и я не стала сдерживаться. — Ну, что они её выполнили?
Девочка подпрыгнула и устроилась на краю подставки с артефактом: