Русалки. Выбор

Антарио Александра

Дед чуть качнул головой. Но тут она, казалось бы, наш разговор не слушающая, подняла взгляд:

— Молчишь?

Настоятель вздохнул:

— Смысл отрицать уже очевидное? — И резко перевёл тему обратно на мой хвост: — Валь, если его потрогать, он сменит цвет.

Разумеется, мама тут же поспешила проверить. Чешуя послушно сменила цвет под её ладонью.

— Как интересно! А это всегда так?

— У меня, да. Я же хамелеон. Так что хвост подстраиватся под то, что вокруг него. — Вдаваться в подробности я не стала. — Но так-то чешуя у меня золотистая. Анастасия как-то показывала, как это выглядит без маскировки.

Разумеется, это только породило новые вопросы,

так что следующие полчаса, если не больше, меня пытали разными их вариантами на тему, а что, а как… Я уже успела высохнуть, с радостью обнаружив, что одежда всё же была зачарована, а вопросы у мамы всё не кончались.

— Валь, хватит уже её мучить, — прервал этот поток любопытства дед. — Тем более ночь на дворе. Нам всем давно стоило бы отдыхать. И Свете в первую очередь.

После его слов я поняла, что действительно безумно устала.

— Он прав, мам. День был длинным. Ты даже не представляешь, насколько.

— Тут останешься или в Вейнир тебя перенести?

— Здесь, — я вцепилась в руку матери. Хотелось, как в детстве лечь с ней и забыть обо всём.

Собственно так я, наплевав на всё, что об этом думают родные, и поступила. Мама как ни странно не возражала, просто взяла себе ещё одно одеяло, чтобы не просыпаться ночью от холода, и легла рядом. Дед — что совсем удивительно — лег с другой стороны. Благо родительская кровать была достаточно широкой.

Григорий Наррейнер

Света отключилась почти мгновенно, Валя же ещё несколько минут устраивалась, а потом, убедившись, что дочь заснула, и вовсе не удержалась от вопроса:

— Куда она на этот раз влипла?

— Даже не спрашивай, — вздохнул настоятель.

Подкидывая внучке идею насчёт Поиска Тринадцати, он не думал, что она сумеет завершить его так быстро. И уж точно не думал, что выбор её будет именно таким. Русалки и Подводный ветер. Собственная свобода, месть или помощь тем, кто в этом нуждается. Сложный выбор даже для взрослого. Даже если не думать о всём том спектре последствий, что последуют за озвученной просьбой. Любой просьбой. Правильного или неправильного выбора в данном случае не было. Все они были неправильными.

Встретившись взглядом с такими же как у него самого голубыми глазами, требующими ответа, шепнул:

— Я что-нибудь придумаю. Спи. Со мной вы обе в безопасности.

Вскоре уснула и Валя, а вот настоятелю не спалось. Слишком много всего в последнее время на него навалилось. Не шли из головы принесённые Лиланой новости. Совет проникнуть домой к Каспиану из уст Роланда Иолетте да ещё и во время встречи главных настоятелей с дипломатами русалок… От того, чтобы последовать ему Григорий сторонницу отговорил. Это было слишком похоже на ловушку. Хотя и могло быть просто дружеским советом того, кто действительно хочет помочь. Вот только почему он не вмешается сам, если знает, что руки Каспиана в крови? Зачем тянет? Уж не ради того ли, чтобы поймать не одного главного настоятеля, а сразу двух?

Ещё и Света со своим Поиском. Да, можно попросить внучку использовать дар и вместе с ней проникнуть к Каспиану домой, и тогда, если Иолетте прав, её даже убеждать не придётся, объект мести будет найден к общей выгоде. Да, Маргарита останется ни с чем, но русалки справятся. Да, Валя останется под угрозой, всё явственнее исходящей от Тёмного настоятеля, но вместе они с Равенной вполне способны защитить дочь. Однако чем это лучше решения той же Маргариты? Не говоря уже о том, что использовать шестнадцатилетнюю девчонку для того, чтобы решить свои проблемы взрослым просто мерзко и мелко. Светин выбор — это

Светин выбор. Пусть она о нём пожалеет и вполне возможно потом будет укорять деда в том, что он на неё не повлиял, этот выбор будет её. Как и его последствия. А он справится. В конце концов, чьи бы внешность и имя мужчина сейчас не носил, он оставался Георгом Тарриер, главным настоятель Храма, Благословленным Тёмной и Огненной.

Утром один из настоятелей проснулся первым. Света спала, прижавшись к Вале и потеснив ту на край кровати. Вале, по всей видимости, эти поползновения дочери ничуть не мешали, потому что она тоже сладко спала. Аккуратно, чтобы не разбудить их, Григорий поднялся с кровати и, прихватив рубашку, направился на кухню. А по дороге обнаружил на кресле и балахон со следами Светиной магии. Или… не вполне Светиной.

Всё-таки Подводная. Удивительно, учитывая её отношение к нему самому. Впрочем, Света всё же русалка в -дцатом поколении. Ещё и наследница Марианского. Кровь, как говорится, не водица. Тем более такая, древняя, атлантийская ещё. Впрочем, ему ли говорить об атлантийцах? Когда и сам ведёт род с тех времён, да ещё и связать жизнь умудрился с той, кто видела Крах собственными глазами.

На кухне мужчина поставил вариться кофе и вытащил из портала сумку со всем необходимым для занятий артефакторикой. Стоило уладить дела. На всякий случай. Да и защита лишней никогда не бывает. Особенно в случае Светы. Хотя и Вале дополнительная страховка не помешает: мало ей было отца-настоятеля с его врагами, так дочь со своим наследованием Марианского и помолвкой с Третьим Лордом добавила. Сейчас уже и не скажешь, чьим врагам заполучить женщину выгоднее. Шантажировать-то ей можно их обоих! И это ещё про её мать ничего неизвестно. А если станет? У Равенны ведь врагов тоже достаточно. Правда, едва ли кто-то из них настолько отчаян, чтобы шантажировать мерфитку первого ранга. Проще уж просто на дуэль вызвать. Один раз убьёт и всё. А с попыткой шантажа может ведь и не один, и не два раза убить, или душу в ритуальный капкан заключить. В общем себе дороже связываться.

Сегодняшний артефакт требовал материальный закрепитель. Вернувшись в спальню, магией аккуратно срезал по небольшой пряди у дочери и внучки. Те даже не проснулись.

У Светы взял самый кончик косы, у Вали — подстригаться сама она не рискнула, а он стричь её под мальчика отказался, так что её волосы наконец-то стали приемлимой длины — небольшую прядку с затылка. Заглянув в ванную, кое-как перед зеркалом срезал третью у себя над ухом, так, чтобы было не слишком заметно.

На кухне настоятель Храма разделил все волосы пополам. Светины волосы отличались более русым оттенком, Валины немного отдавали в рыжину, его собственные были уже наполовину седыми. Косички он натренировался плести ещё полвека лет назад. Обе получились ровные и очень крепкие. Уложв их в заранее приготовленные медальоны, он капнул на каждую по капле своей крови и начал шептать заклинание.

За этим занятием и застала его дочь.

— Очередной оберег на удачу? — предположила она, разгоняя дым то ли от свечей, то ли от выкипевшего кофе.

— Кое-что подейственнее. На удачу возьми в шкатулке. Я их тебе уже штук десять сделал давным-давно. Под разную одежду и случаи. Вместе только не одевай, а то взаимонейтрализуются или и вовсе начнут неудачи притягивать.

Что он благодаря Вале усвоил так это то, что не стоит помещать сходные по действию или конфликтные заклинания в вещицы, подходящую под одну одежду и тем более из одного комплекта, не объяснив дочери их назначения. Поэтому теперь старался избегать сочетаемости подарков и предупреждал.