Русалки. Выбор
Шрифт:
— Даже если так, ты, Ви, с последствиями едва ли справишься. Я не церемонилась.
— И всё же я попробую, — она обернулась на Старейшину.
Тот притопнул копытом, и Кира Хантер схватилась за виски. Остальные присутствующие молча наблюдали.
«Спрашивайте, я прослежу, чтобы она ответила правду», — так, чтобы услышали все, мысленно предложил лисаре.
Дважды предлагать никому не требовалось, но возможность задать свои вопросы первой предоставили сирене. Уже потом, довольно быстро выяснив необходимые технические детали, та уступила сомнительную честь вести допрос атлантийке.
— От него нет противоядия, — на закономерный вопрос о яде покачала головой госпожа Хантер. — Это новая разработка. — На сходный по смыслу вопрос про препарат Охотница только рассмеялась: — Целители вас не слышат! Додумались тоже!
— Разрывы Узора может исправить только целитель, — пояснил её слова Людвиг. Оливия до этого додумалась и сама, всё-таки была поисковиком и насмотреться на пострадавших от препарата уже успела.
— Я в курсе, — сквозь зубы ответила на это замечание Верисса. — Но можно же как-то связать эту пакость до того как произойдут разрывы!
Об этом поисковик не задумывалась. Технически действительно могло сработать — действовал препарат хоть и быстро, но всё же не мгновенно.
— Мы подобными разработками не занимались, — отрезала Керкира. — Смысл, если действие видоспецифическое?
— На тебя тоже подействует, — заверили её.
Подействовать действительно было должно — Узоры у ставшей Охотницей русалки разорваны не были, это Оливия видела. А учитывая то, как быстро начинали стареть те, чьё поле перекрасилось в белый и кому перевалило хотя бы за сотню, возможно, это даже её убьёт. Целителем девушка не была, так что сказать наверняка затруднялась. Теоретически могло, но на практике всё могло быть иначе — как и у мерфиток, у Охотников поле накапливалось по несколько отличным от остальных принципам. Хотя если препарат подействует не на целевой Узор, а ударит ещё и по Центральному, значения другие способы поленакопления иметь уже не будут.
Дольше необходимого задерживаться в темнице не стали, при первой же возможности, наступившей когда наиболее важные в текущей ситуации вопросы закончились, ушли наверх к Сэму. Пока поднимались, Виола была задумчива, то и дело останавливаясь, что-то черкала в блокноте, напевала под нос (к счастью без использования дара) какие-то мелодии. А, добравшись до нужной комнаты — кажется, одной из изначально отведенной под жилые — выставила всех кроме лисаре.
Потянулись минуты ожидания. Наконец их впустили обратно.
— Что могли мы сделали, последствия воздействия сняли, память разблокировали. Теперь нужно дать ему время хотя бы до утра. Пускай спит. И вы отдохните. — Лина помотала головой. — Если боитесь, что не уснёте, могу спеть колыбельную.
Хамелеон вежливо отказалась, но когда лисаре и сирена вышли, вняла голосу разума в лице отца и подруги и вытянулась рядом с женихом. Оливия и Людвиг переглянулись и, тихонько прикрыв дверь, тоже отправились по комнатам. В конце концов за окном уже давно была кромешная тьма.
Несколько раньше
Лилия
Встречи с главой Храма Подводной богини ей пришлось искать долго. И всё равно столкнулись они в итоге случайно. Ну, почти. Если знать некоторые особенности архитектуры Главного Храма и выяснить, когда именно интересующий её настоятель отправляется общаться со своей богиней, подобные случайности вполне возможно спланировать.
— Благословите, настоятель, — склонилась в положенном поклоне женщина. Качнулся двухцветный медальон.
— Сомневаюсь, что тебе нужно моё благословение, Лилана, — негромко отозвался мужчина, пользуясь тем, что лишних свидетелей у беседы нет. Ей удалось перехватить его, как раз когда учеников Каспиан Каллис уже отпустил. — А вот что именно нужно, я бы узнать не отказался.
Женщина подняла голову. Медальон качнулся обратно и уже почти привычно лёг на форменный балахон.
— Что может быть важнее для любого адепта Храма, чем Благо его и благосклонность Богини?
Оценив её умение уйти от прямого ответа, главный настоятель и Глава водной части Храма — здесь и сейчас бывшая завхоз цитировала наставления для неофитов — позволил себе лёгкую улыбку. Которая тут же исчезла:
— Это не помешало тебе покинуть Храм почти сто лет назад.
— Вам предоставили неверные сведения. Всего шестьдесят с небольшим, — поправила она. — Но вы правы, не помешало. Однако кто сказал, что я не следовала воле одной из Богинь?
— А ты следовала?
— Дела Богинь и их поручения — личное дело Богинь и их Благословленных, — и снова цитата. Уже из другого источника, но не менее известного в Храме.
— То есть твой уход совершенно никак не связан со смертью Георга и сменой главы Храма Тёмной? — наплевал на правила хорошего тона Каспиан.
— Вы сейчас намекаете на мою причастность к смерти настоятеля Георга?
Главный настоятель фыркнул, а потом негромко рассмеялся:
— Туше! Так уйти от ответа нужно умудриться. Тем более что мы ведь оба знаем обстоятельства того… несчастного случая. Подстроить подобное… — мужчина покачал головой, — это банально невозможно. Хотя произойди это в другой части Храма, я бы заподозрил, что Георг сильно разгневал свою богиню или кого-то из своих ближайших сподвижников. — Подобное действительно было возможно. В другой части Храма. Внимательно глядя на неё, один из главных настоятелей продолжил: — Иолетте, например.
Лилии Николаевне сразу стало понятно, к чему этот разговор, да ещё сейчас. Каспиан явно жаждал получить компромат на коллегу.
— Вы могли бы уточнить это у самого Иолетте, — с каменным выражением лица предложила потомственная адептка Храма.
— А есть смысл? — его взгляд впился в её лицо.
— Как вы верно выразились, «произойди это в другой части Храма», пожалуй.
— Но не в Храме Тёмной?
— Не в Храме Тёмной, — согласилась женщина. — Тёмная богиня многое требует от идущих её путём и порой даёт такие поручения, что начинаешь сомневаться в том, что это твой путь, но одного у неё не отнять: Тёмная справедлива. Важное качество для той, что правит в Парке мироздания, не находите?