Русалка
Шрифт:
Я села в кресло, такое же, как в нашей комнате. Вообще здесь все было таким же, только вещи Игната, разбросанные на тумбочке возле зеркала - чужими.
– Я должна сказать Киту, что вы здесь.
– Решительно заявила я.
– Не стоит. Я здесь ради вас. Ему не надо об этом знать.
– Ради меня?!
– Да. Чтобы за вами присмотреть, Катенька.
– Мягко сказал он.
– Скоро вам потребуется помощь друга.
– Какая, к черту, помощь...
– Я слышал ваш разговор, ну так, краем уха. Насчет этих развалин, куда вы не хотите идти.
– Зачем вы приехали?!
–
– Сами решим как-нибудь!
– Вы сопротивляетесь, я слышал. Вы можете его отговорить. Но погубите его этим. Мне бы не хотелось такого исхода.
– Почему я погублю его?! Это чушь, вам-то что с этого всего?!
– Вы еще не убедились, как во многом я был прав? Я хочу защитить вас. Ну и себя тоже, я же говорил, у меня есть свой личный интерес. Мир поменялся от решения Никиты, жизнь других людей тоже поменялась. Это не справедливо, что другие должны страдать от его блажи.
– Не надо этих сказок, я вам не Кит...
– Послушайте, деточка. Вы пока не верите, да, я знаю. Но в развалинах тех случится то, что вас заставит поверить в то, что Никита изменил мир и свою судьбу. И вашу судьбу, и мою, и многих других. И вот когда вы поверите, когда ваш разум наконец-то будет готов все принять, вам нужен будет друг на этой стороне, который поддержит вас. Этим другом буду я.
– На какой стороне? У меня нет причин вам верить. Никаких.
– Главное, что он верит. И его вера сильна, поэтому мы с вами здесь, а не там. Поэтому вы та, кем являетесь, а не другая.
– Господи, что за хрень...
– Послушайте, мы оба заинтересованы в том, чтобы Никита излечился от своей нездоровой тяги к смерти. Это так?
– Вам-то что?
– Есть причины. Просто примите это. Вам же не все равно, что с ним будет?
– Да.
– Неохотно согласилась я и добавила: - с ним и так уже все в порядке, а ваша навязчивость...
– Это временно. Он влюблен, у него подъем сил, но вскоре это пройдет и все вернется. Представьте себе, что вы уехали, не проведя лечение до конца, не достигнув кульминации, так сказать. И однажды вы его теряете. Разве вы простите себя?
– Что надо-то вам?
– Просто сделайте, как я говорю. Пойдите с ним к развалинам. Я выйду раньше вас и буду там. Просто на всякий случай, если произойдет что-то непредвиденное. Помогу вам, если что. Но только не говорите ему обо мне, пусть все идет само собой.
– Типа, если у Кита начнется какая-нибудь истерика или он в припадке будет биться от тяжких воспоминаний, вы тут же прибежите и поможете мне? Так что ли?
– Да!
– Обрадовался Игнат.
– Вот именно!
Я задумалась. Конечно, старик хитрил и что-то скрывал, но, с другой стороны, если там окажется еще один человек на подхвате, мне будет не так страшно. Почему бы и нет. Игнат верит в какие-то мистические откровения, которые там случатся с Китом, пусть верит. Пусть верит и сидит где-нибудь в засаде. А мне будет спокойней. Киту лучше и правда не говорить о нем. Сходим, Кит там пощупает камни, одержимость его Мингоном пройдет, а потом свалим.
– Ладно.
– Согласилась я.
– Вы просто
– Да. Если не нужна будет моя помощь, я буду тих и нем как рыба.
– Хорошо. Я не скажу ему.
– Теперь идите и собирайтесь. Потяните немного времени, чтобы я успел добраться до развалин и спрятаться там.
Я поднялась и пошла к выходу, не забыв свое полотенце и щетку. Пока я буду в душе, время само собой потянется.
– И все-таки, - спросила я, остановившись на выходе.
– Какая вам выгода с этого всего?
– В этом мире у меня нет семьи, а в том - есть. Если Никита все исправит, у меня будет своя семья.
– Вы просто сумасшедший. Познакомьтесь с хорошей женщиной, будет вам семья. Ну да бог с вами.
Я старалась подольше плескаться в душе, но все внутри меня спешило, торопилось. Хотелось поскорее закончить с этим походом в Мингон, будто требовалось выполнить какое-то неприятное обязательство. А потом прочь, прочь из этих мест, домой, в мой уютный приятный мирок. Там будут свои проблемы - жена Кита, всякие мои просроченные кредиты, незаконченная учеба. Но все это понятное, земное. И без сумасшедших психов вокруг.
– Ну ты и зависла там!
– Недовольно проворчал Кит, когда я вошла в комнату.
– Мне нужно еще посушить волосы.
– Я достала свой фен, включила и стала неспешно водить им по голове.
Кит нервно мерил шагами комнату. Я боялась, что он подойдет к окну и увидит там Игната, который наверняка еще не преодолел расстояние между домом и Мингоном. Он же не молодой конь, ножки старенькие. Я старалась заслонить собой проход к окну. При мысли о том, что Игнат где-то там, мне стало чуточку спокойней. Безлюдный Мингон дико пугал меня. А вот Мингон, в котором кто-то живой уже есть, казался вполне дружелюбным. В конце концов, если ему надо кого-то "сожрать", то чем плох Игнат. Такие дурацкие мысли...
Наконец мы смогли выйти. Дом был пуст, все куда-то рассосались, даже Марту на кухне было не слышно. Кит накинул свою памятную куртку, я надела плащ, и мы шагнули в солнечный день. Все мои страхи тут же показались глупыми и детскими. Ну как я могла себя так накрутить, чтобы бояться груды старых камней на утесе?! Во истину, живя среди безумцев, тоже становишься безумна.
Мы вышли на нижнее плато, и пошли по привычной уже тропинке вдоль обрыва. Вдали виднелся Мингон, а Игната было не видно. Прячется ли он уже среди камней? Или остался в своей комнате? Мне бы хотелось, чтобы он все-таки был впереди, а не позади. Хоть и солнце, хоть и не страшно, но все же...
Только пройдя большую часть пути, я поняла, что мы с Китом не сказали друг другу ни слова. Видимо, он, как и я, погружен был в свои мысли. Но о чем он так напряженно размышлял?! Рука его, держащая мою, казалась безжизненной и холодной.
– Ты замерз?
– Спросила я.
– Что?
– Встрепенулся он.
– Нет. Нет, тепло же.
– Мы же ненадолго?
– В моем голосе появились заискивающие нотки.
– Как думаешь, сможем сегодня уже уехать? Или ты еще хотел бы остаться?
– Нет, свалим, конечно.
– Мрачно ответил он.
– Здесь все как-то странно. Надоело.