Русалка
Шрифт:
Я вышла, оставив Клару одну. Внутри у меня все ликовало. Как чудесно все разъяснилось! Никакой тайны не было! Психология победила мистику и на этот раз! Детская травма Кита - два часа в подземелье, в темноте и холоде. Это вполне может оказать влияние на психику, тем более, что собственная мать заперла его там.
Еще лучший сюрприз меня ждал в гостиной! Кит помогал Еве чистить ковровую дорожку. Когда я вышла из кухни, одновременно со мной в гостиной появился Марк. Он держал куртку Кита!
– Где вы ее нашли?!
– Удивилась
– Ева ее почистила, Никитка коньячиной, видать, облил.
– Марк весело подмигнул мне.
– Во дворе на веревке висела. А мы с Никиткой обыскались. Что за воришка, подумали, в наши дебри забрался, куртку утащил.
Я едва не завизжала от облегчения и радости.
– Да, пролил чутка.
– Отозвался Кит.
– Но это благородный запах. Так что можно было не чистить.
– Ева у нас аккуратистка.
– Засмеялся Марк.
– Давай, Никитыч, иди к своей красе, я тут сам.
Марк забрал у него тряпку и флакон с моющим средством.
– Сейчас ужинать уже будем, вы прогуляйтесь минут двадцать.
– Сказала Ева, довольная комплиментом Марка.
– Я сейчас быстренько накрою, пока Марк домоет. Где-то там еще гости наши загулялись, увидите, позовите их.
Кит накинул мне на плечи плащ, взял куртку, и мы вышли.
– Ты чего там делала с мамашей?
– Спросил он на улице.
– Ворковали за рецепты?
– Ага, ворковали.
– Усмехнулась я.
– Я узнала кое-что про тебя. Только ты об этом ни с кем не говори, ладно? Ни с Марком, ни с Евой. Они расстроятся.
Я рассказала ему то, что узнала от Клары. Он спокойно выслушал.
– Значит, это правда.
– Сказал он, когда мы дошли до обрыва и побрели по знакомой тропинке.
– В Мингоне есть подземелье. Значит, это не сон, а воспоминание. Все на самом деле было.
– Да, но метро там точно нет. Про это Клара не говорила. Думаю, тебе приснился сон - смесь воспоминаний и фантазий. Так часто бывает.
– Клара не знала про метро, это же я там был, а не она.
– Заупрямился Кит.
– Ну пожалуйста, перестань. Это бред. Ты меня прости, но про метро это бред! Может тебе привиделось что. Если человека погрузить в полную темноту и тишину - у него бывают видения. Тем более ты был маленьким, испуганным.
– Мне не было страшно.
– Конечно, было! Ребенок в подземелье!
– Воскликнула я, но перед глазами всплыл мальчик из сна. Ему не было страшно. Страшно было мне. Он казался вполне спокойным! Глаза мои от этого воспоминания предательски заслезились. Маленький Кит... ему не было страшно, потому что страшно было мне. Даже во сне это был все тот же Кит! Я постоянно вспоминала тот момент, когда подняла его на руки. Я посмотрела на Кита. Большого и сильного. Милый, знал ли ты, что я держала тебя на руках...
– Да нет, мне не было страшно.
– Настаивал Кит.
– Это было
– Он на секунду замешкался, а потом нашелся и с расстановкой произнес: - Дезориентация! Вот!
– Ну конечно дезориентация! Ты же оказался в подземелье, в темноте! Один жалкий фонарь, толку с него...
Он остановился.
– Да, фонарь был. Но я только сейчас вспомнил про него. Откуда ты знаешь?!
Я тут же нашлась:
– Клара сказала мне.
– В общем-то это была правда.
– А, ну ясно.
– Тут же расслабился он.
Я вдруг поняла, что скрывать свой сон уже нет смысла.
– Кит... ты там был один? В подвале?
– Да.
– Уверен?
– Ну потом появились эти люди в метро.
– Я просто подумала - может мы увидели одинаковый сон?
– Одинаковый сон?
– Я тоже видела этот сон. После того, как ты мне рассказал. Мы легли и, видимо, я увидела такой же сон, потому что ты мне рассказал его до этого. Представляешь, как удивительно?!
– Ничего себе!
– Обрадовался он.
– Такое бывает?! Ты видела подвал? Видела метро?
– Метро... я не видела.
– Незачем позволять ему зацикливаться на этом явно случайном образе.
– Но я видела маленького мальчика в подземелье. Наверное, это был ты. Я дала ему твою куртку, чтобы он согрелся, а потом...
– Тут был эпизод с метро, и его надо было обойти.
– Потом стало слишком холодно, я его взяла на руки и прижала к себе.
– Ты держала меня на руках?
– Засмеялся он, обнял меня, поцеловал в уголок губ.
– Моя косуля... моя косуля держала меня на руках. Я был не очень тяжелый?
– Нет, совсем не тяжелый.
– Прошептала я, пряча лицо у него на груди. Эта секунда была такая теплая, такая сладкая, что губы мои едва не прошептали "Я тебя люблю". Я сказала это про себя. А потом сказал про себя - это всего лишь порыв. Потому что он меня обнимает, потому что у него такой нежный голос . Скорее всего просто я хочу секса с ним, в этом все дело.
– Слушай, это так здорово, что мы видим одинаковые сны, да, Катьк? Это круче чем одновременно кон..
Я прижала палец к его губам. Он взял мою руку, поцеловал ладонь.
– Кисуля, ты моя кисуля.
– Уже не косуля?
– Косуля все время убегает, а кисуля ласковая и всегда рядом.
– Боже, Кит, - скривилась я.
– Откуда в тебе столько этого...
– Может я в другой жизни каким-нибудь поэтом был, как думаешь? Или писакой. Писал всякую любовную прозу, а? Или картинки малевал? Ну, типа, романтик и все такое?