Рунная соната
Шрифт:
Внезапно голоса стихли, а студентки вокруг принялись смущенно прикрываться кто чем. Я обернулась. В гостинную входила мэтресса Гордс, преподавательница истории магии и представительница магистрата в академии. Хоть академия и подчинялась напрямую короне, мэтрессу побаивались не только студенты.
— Я надеюсь, вы помните, что все, кому не исполнилось восемнадцати, в десять часов должны быть по своим комнатам?
По залу пронесся дружный стон. — Но завтра выходной! — послышался чей-то голос. — Правила есть правила, леди Крамт. Кроме официальных празднеств академии, когда за вами следят профессора, во все остальные дни вы не можете оставаться
Я тихо хмыкнула. Нехорошо, мэтресса, срывать на ни в чем неповинных девушках свои неудачи в личной жизни. Может быть, вам стоит провести пару часов в компании Лиры и госпожи Антип? Тогда не пришлось бы злиться, глядя на юные симпатичные лица.
Юные симпатичные лица вокруг меня являли собой последнюю степень отчаяния. По негласному правилу на вечеринки до полуночи по выходным закрывали глаза. Какая вожжа попала под хвост мэтрессе Гордс сегодня?
Я выступила вперед: — Мэтресса Гордс, может ли студент магистратуры взять на себя присмотр за вечеринкой?
Мэтресса оглядела меня с ног до головы: — Вы уверены, леди Баррен? Случись что, ваша репутация окажется запятнанной. Кроме того, присматривать должны четверо, двое женского и двое мужского пола. — Я согласна! — отозвалась Лира. — Думаю, мы найдем еще двух молодых людей. — У вас есть четверть часа. Если через четверть часа вы не подпишете обязательство у меня в кабинете, в десять часов все по комнатам!
С этими словами мэтресса Гордс покинула гостинную. Мы с Лирой сорвались с места. Девушкам придется самим накладывать краски на лицо, у нас задача поважнее.
У входа в Дом мы столкнулись с двумя боевиками, Заком и Лео. То, что надо! — Зак, Лео, за мной, — крикнула Лира, и побежала впереди как командир, ведущий полк в бой. Парни, не понимая, отчего такая спешка, рванули следом. Только около Учебки удалось сбавить темп и быстро объяснить парням, зачем они понадобились. — Среди девиц есть хорошенькие? — заинтересовался Зак. — Есть, — кивнула я. Не может же быть, чтоб среди пары дюжин девиц не нашлось хорошеньких?
Быстро перебирая ногами по ступеням, Лео на ходу повернулся к Лире: — Будешь должна… м… дай подумать… — Хорошо, — кивнула та, — буду, пойдем быстрей!
Лео с игривым интересом взмахнул бровями, и мы вчетвером ввалились в кабинет мэтрессы Гордс. Мы подписали бумаги, что будем следить за юными дарованиями до полуночи, после чего разгоним по комнатам. От взгляда Гордс едва не задымился стол. Надеюсь, не всех магистресс ждет подобная участь — стать кислой желчной ведьмой.
* * *
Мы с Лирой заняли места в углу зала и изображали строгих классных дам. Лео составил нам компанию, шукукаясь с Лирой и притаскивая сладости с общего стола на всех — как он заявил студентам, оплата натурой за то, что мы спасли их вечер. А вот Зак не упускал своего. Он перетанцевал со всеми девушками — в мерцающем свете мелких шариков уродин не было, и мужская часть будущих бакалавров, кажется, уже жалела о "спасении".
Время близилось к полуночи, когда Лира подвесила несколько ярких светляков и объявила, что пора все убрать и расходиться, или мы больше за них не подпишемся. Студенты отнеслись к угрозе серьезно, и через пять минут все следы празднества исчезли. Зевая, молодежь разбрелась по комнатам, лишь в углу осталась группа юношей во главе с нашими боевиками. — Без магии? — Без магии. — Ладно, дети, смотрите,
И парни принялись укладываться на пол. — Что происходит? — спросили мы хором. — Идите, девушки, мы вас догоним, только покажем этим хилякам, что такое настоящий бицепс, — наши мальчики приняли стойки для отжиманий, и "хиляки" повторили за ними.
Я вытащила Лиру наружу — пусть мужчины развлекаются. Неспешным шагом мы двинулись в сторону Дома Магистров. Спешить было некуда, после музыки и гомона хотелось подышать свежим воздухом в тишине. Я наклонилась к цветущим кустам и сделала несколько вдохов. Лира смотрела на звезды. Наши парни все не появлялись, и мы пошли дальше.
Я успела — нет, даже не увидеть, а почуять магию, и остановилась, схватив Лиру за рукав, но та сделала еще шаг и оказалась на земле, запнувшись за невидимую нить силы. На всякий случай я поставила щит — слабенький, но какой могу. Из кустов вышли четыре тени. Конечно, это они: Громила, Дурень, Слизень и Крыс.
Окружив сидящую на земле Лиру и меня рядом, четверка издевательски гыгыкала. Лира, сообразив, тоже подняла щит, и Громила тут же попробовал его на прочность огненным шариком. В мою сторону полетел другой, и третий, и четвертый. Мы отбивались в меру своих. Ничего особенно плохого мерзавцы бы нам не сделали. С одной стороны светились окна Корпуса, с другой Дома Магистров, дальше виднелась темная глыба Учебки, где непременно спят два-три дежурных профессора. Достаточно закричать… Но мерзавцы разбегутся, создав нам репутацию истеричек. Нет, лучше продержаться молча.
Мой щит начинал истончаться, когда, наконец, появились наотжимавшиеся мальчики. Мерзацы так увлеклись, что сильно удивились, когда Слизень подлетел в воздух — Зак совершенно не напрягаясь держал его за шкирку и за штаны. Лео проделал то же самое с Дурнем. — Только не в цветы! — пискнула я, Зак кивнул и запустил своего мерзаца в вечнозеленый кустарник на другой стороне дорожки. Лео повторил процедуру со своим. Двух оставшихся уже не было рядом — Громила и Крыс не стали ждать своей очереди и поспешили удалиться.
— Что-то они разошлись в последнее время, — Лео помог Лире подняться. — Не ушиблась? — Так, девушки, Руту и Марту тоже предупредите. Больше по темноте в одиночку не ходить. — Постановил Зак.
Мы старательно покивали, признавая его правоту с одной стороны, а с другой, ничего пообещать мы не могли. Мало ли… Но попусту рисковать и правда не стоит.
Чтоб они провалились, эта четверка! Громила с друзьями чем дальше, тем больше отравляли жизнь остальной магистратуре.
Бен Борто, бастард опального герцога, плод связи с трактирщицей, получил кличку за размеры и привычку ломать мебель в приступе ярости. Починку мебели оплачивали из выделенных папой-герцогом средств, так что, академия подновляла обстановку и была не в претензии. Невоспитанный и дурно образованный, среди нас он чувствовал себя не в своей тарелке. Парню и правда не повезло. Жил бы себе в селе и жил, но трактирщица пожаловалась королевскому гонцу, как тяжело сладить с подрастающим сынком, а ведь кровь у него наполовину благородная! Слухи дошли до короля, и тот, обрадовавшись возможности унизить давнего недруга, приказал герцогу заняться судьбой сына. Громила получил бакалавра в академии папиного герцогства, надоел там всем за три года и был отослан в магистратуру на другой конец страны. Учился он неважно, но в магистратуру его приняли — папино имя имело вес. Герцогский бастард комплексовал из-за происхождения и вымещал злобу на окружающих.