Рулетка колдуна
Шрифт:
Мажордом открыл дверь и впустил в кабинет Трора, которому сопутствовал Стагга Бу. Магистр поднялся с кресла и шагнул навстречу:
— Рад, рад видеть тебя на свободе… то есть у меня в гостях, дон Уварра. Прости, но я не знал, что ты стал брать в оруженосцы гномов, — не удержался дон Аррето от замечания.
— Я маг-предсказатель Стагга Бу! — немедленно подал голос гном. — Собрат по волшебному ремеслу и спутник Вианора.
— Ах, вот как, — магистр несколько покривился. — Но прошу вас, сеньоры, присаживайтесь. Сеньор Тр… то есть, дон Уварра, у меня, —
— О моей битве при Атлане и побеге из Эшпора ты, вероятно уже слышал, — начал Трор.
Магистр кивнул.
— Мне помогли бежать мои новые друзья в Эшпоре и, конечно, старые. Это иная история — я оставлю её для другого раза, с твоего позволения.
— Ходят слухи, что с тобой был некий мальчишка, будто бы сын Бойтура? — полу утвердительно произнес магистр Аррето.
— Да.
— А сам Бойтур — это нынешний комендант Эшпора?
— Да.
— И вы с Вианором сняли с Ориссы чары Сэпира и прогнали Пасть?
— И это верно.
— А что же потом?
— А потом мы завернули к нашему старому другу Дэмдэму Кра, и вот тут начинается история, с которой я пришел к тебе. Впрочем, начинается она куда раньше, но я не буду отвлекаться. Так уж удачно получилось, что замку барона и его дубраве приглянулся мой оруженосец, Грэм Сколт, сын Бойтура и Южаны, и они — замок и дубрава — устроили так, чтобы он узнал наконец кое-что о себе. Но погоди, дон Аррето, сначала вот что…
Трор достал из кармана какой-то предмет и поставил на пол. Это была небольшая статуэтка человека, стоящего на одной ноге с закрытыми глазами и с пальцем у рта.
— Что это?
— Это мне дал Вианор. С этой минуты, — объяснил Трор, — за нами не подсмотрит никакое магическое зеркало и не подслушают ничьи уши.
(— Как заложило, — пробормотал себе под нос соглядатай в соседней комнате, ковыряясь пальцем в ухе — и с ним вместе выругались в своих башнях Сэпир и Нейана.)
— Вот теперь можно продолжать, дон Аррето. Итак, мы с Вианором завернули к Дэмдэму Кра, а оттуда направились в Куманчир кое-что разведать у своих друзей. Что до барона, то мы с ним условились встретиться в Кардороне и все вместе просить твоей аудиенции. Случилось же так, что беспокоясь о нас, барон решил сам выехать нам навстречу, и в сумерках недалеко от границы кто-то угостил его стрелой.
— Ну, что такое стрела для Дэмдэма Кра, — махнул рукой магистр.
— Увы, это же подумали и мы все. Но стрела оказалась ядовитой. Впрочем, и она бы не могла серьезно повредить Большому Дэму, если бы не одно обстоятельство.
— Какое?
— В это же самое время Сэпир обрушил свое колдовство на дубраву барона Кра. А Дэмдэм и его дубрава — это, можно сказать, одно и тоже. Ни отравленная барситская стрела, ни чары Сэпира не могли бы повредить им порознь. Вот почему мы все, включая Вианора, отнеслись к гостинцу из темноты с непростительным легкомыслием. Однако удар был нанесен одновременно — и кстати, дон Аррето, из лука стреляли вовсе
— Что с бароном, Браннбог? — прервал магистр — и Трор с облегчением отметил, что дон Аррето искренне взволнован за жизнь Дэмдэма.
— Самое страшное позади, — успокоил рыцарь. — Вианор приложил все силы, и барон уже поправляется. Но рана серьезная — почти половина его рощи высохла на корню.
— Мерзавец Сэпир! — грохнул кулаком по столу магистр Кардоса. — В такое время лишить нас лучшего бойца! Негодяй!
— Сэпир не один, — сказал Трор. — Позволь напомнить — был ещё кто-то, кто здесь, в Кардосе, в сговоре с ним.
Магистр тяжелым взглядом посмотрел в лицо рыцаря.
— В Кардосе? Не в степи? Ошибки нет, Браннбог?
— Ошибки нет, — заверил Трор. — Все признаки и следы того, что это люди из Кардоса. Барситская только стрела и кони.
— Мерзавцы! — снова выругался дон Аррето. — Изменники!
— Да, это измена, — подтвердил Трор. — Намерен ли ты терпеть её в Кардосе?
— Намерен терпеть? Да я намерен вот этой самой рукой снести голову каждому из предателей!
— Хорошо. Тогда тебе любопытно будет узнать, что было до того, как Дэмдэм Кра поехал встретить нас в пограничье. Он был на приеме — где, по-твоему? — у Верховного Друида.
— Вот как? И что же?
— Ну, сначала граф Кардиани был сама любезность, нахваливал род Дэмдэма Кра и его самого. Говорил, что чудесное венчание магистра Гладиона и зубрихи — это наилучший пример силы святых таинств церкви Астиаля. Но потом Дэм заговорил о гонениях на ольсков, порицая их несправедливость. И тут Верховный Друид тотчас стал сух.
— Дорогой мой сеньор Браннбог, — прервал магистр, — скажу тебе прямо: ольски мне нравятся, и какая в них опасность для Кардоса, я, признаться, не понимаю. Но моя твердая позиция — не вмешиваться в вопросы веры.
— Но зато служители веры охотно вмешиваются в дела власти, — возразил Трор. — Магистр Аррето, тебе не кажется, что между епископатом и рыцарством Кардоса нарастает опасная неприязнь?
Магистр сильно нахмурился.
— Согласен, — поднял руку рыцарь. — Не мое это дело. Я просто сказал о том, что вижу — а ведь я в Кардосе пробыл всего какую-то неделю. Вернемся, однако, к Дэмдэму. Верховный, как рассказывал наш Дэм, пытался убедить его, что не Сэпир, а вообще все язычники — враги Кардоса. К примеру, и мы с Вианором. В конце концов, они с бароном попросту разругались, и знаешь, что сказал граф Кардиани напоследок?
— Он сказал: «Я вижу, что бароны Кра стали бесполезны для дела Кардоса!» — закричал Стагга Бу, не вынесший отстранения от беседы. — Дэм сам рассказывал мне по дороге из Кардорона, вот так!
Магистр пожал плечами:
— Допустим, дон Эспиро погорячился — что с того? Кстати, не знал, что этот малыш был вместе с бароном.
— О, вот с ним-то самое интересное. Расскажи, Стагга.
— Когда Дэм ушел к этому вашему епископу, ко мне в коридоре подошел какой-то друид с гноящимися глазами, — начал свою историю Стагга.