Руль 3
Шрифт:
– Опять не поняла?
– В общем, клиент под видом спецодежды загрузил мне в машину человека.
– Какого ещё человека?
– Понятия не имею. Я лишь обнаружил его логово. Похоже, именно за ним охотились «Дети Мешка».
– Та-ак, – медленно и как-то неуверенно кивнула Гюрза.
– Короче, я был сегодня у Розы, и она сказала, что сегодня в форт прибыли люди из секты. А ещё она что-то говорила о наблюдателях, мол, они хотят вернуть себе влияние.
– Му-уму-ум, – снова оживился
– Ой, да заткнись ты, я сама ничего понять не могу, – огрызнулась Гюрза. – Что конкретно она тебе сказала про наблюдателей?
– Ничего такого. Просто намекнула, что объявилась сила, которая считает себя достойной освободившегося места.
– Очень любопытно… – Жена постучала себя пальцем по губе. – Одна личность фигурировала в трёх фортах, которые атаковала орда.
– Что за личность?
– В Мешке его знают под кличкой Почтальон. У него дар, похожий на тот, каким владеет Штуцер.
– Ладно, а что за дар у Штуцера?
– Я тебе уже говорила: он может становиться невидимым для тварей. Но в отличие от Почтальона, он свою способность не развивает.
– Так и что с того?
– А то, дорогой мой муженёк, что этот человек раньше был одним из наблюдателей. И лет ему столько, что я даже боюсь приуменьшить.
– Старше тебя, что ли?
– А в глаз? – нахмурилась супруга.
– Это уже уголовщина, – покачал головой я и свернул к дому. – Ты к Климу пойдёшь?
– Да, нужно выяснить, что говорят по его каналам.
– А разве нам недостаточно информации, чтобы начать действовать?
– Как знать? – пожала плечами Гюрза. – Информации вообще мало не бывает. Ты как раз со своим другом пообщаешься. А то я не люблю всю эту кровищу с выпущенными кишками.
– А с чего…
Договорить мне не дал ощутимый тычок локтем в бок, и я поспешил исправиться:
– Хорошо, дорогая, буду потрошить его на балконе.
– М-му-у-ум! – снова занервничал наниматель.
***
Наверняка во внешнем мире наше с Гюрзой, шествие по лестнице вызвало бы множество вопросов. Во-первых, хрупкая с виду супруга несла на плече немалых размеров мужчину. Во-вторых, он был связан по рукам и ногам. Но сосед, живущий в квартире напротив, пожелал нам доброго дня, как ни в чём не бывало.
К слову, к нему тоже имелись вопросы: куда это он намылился на день глядя? Время-то давно недетское, и даже самые заядлые забулдыги уже вовсю пузыри из пятой точки пускают. Но в этом мире основное правило дружного соседства – не совать нос в чужие дела.
Гюрза, естественно под красной пылью даже не запыхалась, пока несла моего нанимателя до квартиры. Войдя в прихожую, она бесцеремонно сбросила его на пол
– Ты вроде Клима посетить собиралась, – спросил я.
– Сейчас?! – удивлённо уставилась на меня она. – В такое время даже к друзьям заходить неприлично.
– А как же кровь, кишки распи…
– Фу, ты где такой мерзости нахватался? На минуту одного оставить нельзя. Ничего, до завтра потерпит. Пусть пока здесь полежит, погреется. Тем более соседи не оценят, когда он от боли орать начнёт.
– Му-му-му-у-у! – выпучив глаза, задёргался пленник.
– Мне кажется, он хочет нам что-то рассказать, – усмехнулся я, глядя ему в глаза.
– Му-у, – часто закивал он.
– Ладно, – смилостивилась жена. – Но если он попытается повысить голос, я ему лично глотку перережу.
– И я после этого садист! – Я закатил глаза и присел перед нанимателем на корточки.
Острый нож быстро срезал верёвку, проходящую через щёку. При этом я специально её поранил. Некоторое время пленный что-то мямлил, видимо, язык онемел и перестал слушаться. Но вскоре из его рта посыпалась информация.
– Я не хотел, меня заставили, – выдохнул он первую фразу.
– Кто? – спросил я.
– Я их не знаю. Они пришли ко мне домой и угрожали моей семье. Сказали, что если я не отправлю груз в ближайшую неделю, нам всем конец.
– Ты знаешь, кто был в том ящике?
– Откуда?
– А за каким хреном ты к моему ангару припёрся?
– Мне позвонили из комендатуры и сказали, что тебя ограбили.
– По-моему, он что-то недоговаривает, – задумчиво произнесла Гюрза, которая в этот момент готовила бутерброды на кухне. – Может ему палец отрезать? Или ржавым гвоздём брюхо проколоть, пусть медленно от столбняка загнётся?
Пленника аж затрясло от таких предложений. Его лицо побледнело, и он начал закатывать глаза. Пришлось как следует натереть ему уши, чтобы вернуть нормальный кровоток к мозгам.
– Зай, не пугай его так, он уже едва дышит, – попросил жену я.
– Так пусть говорит нормально, – не скрывая раздражения, бросила она. – Или сейчас я ему буду вопросы задавать.
– Что вам от меня нужно?! – осипшим голосом попытался взвизгнуть он. – Я вам уже всё рассказал! Я буду жаловаться в дружину! Вы не имеете права! Я всем расскажу, что вы за человек, с вами никто больше дел иметь не захочет!
– Ого, ты слышала? Он мне угрожает, – пожаловался я. – Можно я ему уже кишки выпущу?