Руки, полные бури

Мэй

Сеф вернулась в мир людей рано утром, а Гадесу пришлось задержаться из-за очередных светильников, которые отказывались гореть в трети города.

Квартира Сета казалась тихой, пока из гостиной не раздался смех то ли Анубиса, то ли Сета.

Они оба были там. Анубис лежал прямо на полу, заложив руки за голову и уставившись в потолок. Ещё не стемнело, сквозь окна проникал сумрачный свет, такой холодный на контрасте с тёплым мерцанием ламп. Из глубоких теней соткались псы, лениво развалившиеся вокруг Анубиса.

Сет сидел на диване,

у него на коленях устроилась одна из собак, и Сет чесал её маленькой и наверняка жёсткой щёткой. В комнате стояла настоящая жара, отопление явно выкрутили на максимум, так что Сет снял рубашку, показывая многочисленные татуировки, украшавшие его спину, плечи и грудь.

– Аид! – радостно сказал Сет, растягивая гласные. – Решил почтить своим присутствием?

Скептически покосившись на Сета, Аид уселся напротив.

– Ты причёсываешь собак?

– Не причёсываю, а чищу. Ты вот когда последний раз Цербером занимался? – Сет укоризненно ткнул щёткой в сторону Гадеса. – Вооот! Однажды он на тебя обидится.

– Трижды, – хихикнул Анубис с пола.

На стеклянном столике перед ними лежал какой-то мусор, обрывки бумаги, какая-то трава. И тут наконец-то Гадес понял.

– Да вы обкурены!

Анубис умудрился пожать плечами, не меняя позы. Сет спокойно продолжил чесать пса, бросив:

– Зануда.

Гадес начинал потихоньку злиться:

– Один из самых грозных титанов вырвался на свободу, он всех может уничтожить и разбудить древних чудовищ, а вы решили накуриться?

– Аид, от того, что мы будем унывать или круглые сутки делать вид, что занимаемся делом, ничего не изменится. Зевс всех поднял на уши, так что боги ищут Кроноса и думают, как его победить. Можно иногда расслабиться. Не этим ли ты занимался с Сеф в Подземном мире?

– Мы с ней не виделись целую жизнь.

– Ну, а я не расслаблялся целую жизнь.

Сет казался умиротворённым, пёс на его коленях тянул остроносую морду, чтобы попасть под щётку, почти как делают кошки, Анубис начал что-то напевать без слов. Гадес откинулся на спинку кресла.

– И что, много здесь богов?

– Достаточно. Они почему-то решили, что теперь собираться вместе не страшно. Зато смотри, что мне сделал Ганеша!

Сет прижал рукой недовольного пса и указал на грудь, где красовалось свежее чернильное изображение скорпиона. В прочие замысловатые завитки он вписался отлично.

Татуировки не так-то просто наносились на тело бога, слишком быстро на нём заживали любые раны, поэтому рисунками занимались специальные боги, один из них – Ганеша из индуистского пантеона. Да и траву наверняка притащил тоже он.

– Скорпион же символ Исиды, – сказал Гадес.

– Да пусть эта Исида… гм, короче, мне нравится.

– Она объявилась, что ли?

Сет фыркнул:

– Ага. Внезапно.

– Она решила, что мне требуются её наставления, – отозвался с пола Анубис. – Так и заявила, представляешь! Вся такая в белом и золотом, явилась к Зевсу. Тоже,

наверное, помогать советом.

Гадес отлично знал, что между Анубисом и Исидой нет особой любви. Неудивительно, он всё-таки сын её мужа, но не от неё. Гадес подозревал, Исида не стала возмущаться, что именно Анубис, а вовсе не Гор получил Дуат лишь потому, что Гора не интересовали мертвецы. Его сила была совершенно иной, Исида наверняка мечтала, как Гор становится главой пантеона.

– Зевс расскажет, куда ей пойти, – улыбнулся Гадес. – А где Амон?

Анубис снова рассмеялся:

– Осваивает «Тиндер» и явно пользуется успехом у женщин.

– Хотя бы сюда их не водит, – проворчал Сет.

– Э! Я давно никого не водил!

– Прогресс.

– Что еще слышно? – прервал их Гадес. – Слухи?

Сет задумался:

– Слухов предостаточно. Кронос вырвался, мировой порядок нарушен. Никакой конкретики нет, зато все пугают друг друга страшилками. Говорят, теперь, если тело бога умирает, он больше не возвращается.

– Это чем-то подтверждено?

– Вообще ничем. Только паникой.

– Надо попросить Амона добавить тебя в чатик богов, – хихикнул Анубис. – Там ещё не такие сплетни бывают!

Гадес не стал отвечать, что «чатик богов», который предлагает обкуренный принц мёртвых, – это последнее, что ему нужно. Сет тоже молчал, а когда пёс дёрнулся, чуть не цапнув, прошипел что-то по-древнеегипетски и согнал животное с колен. Ему на смену тут же забралась другая собака, подставляя узкий бок, чтобы его почистили. Щётка не торопясь заскользила по тёмной шерсти.

В Африке Гадесу доводилось видеть ближайших родственников псов Сета. Тонконогие, поджарые, верные спутники туарегов, способные часами загонять добычу. Они существовали и сейчас, узкомордые азаваки.

– Ты не принесёшь чаю? – негромко обратился Сет к Анубису. Фраза прозвучала вежливо и аккуратно, с намёком, что Сет хочет поговорить с Гадесом наедине.

Анубис это понял, что-то проворчал, поднимаясь, и исчез в коридоре. Вскоре послышалось, как он гремит посудой на кухне.

Щётка так же спокойно проходила по тёмной, сотканной из теней, шерсти, когда Сет сказал:

– Он стал слышать мертвецов.

– В каком смысле слышать?

– В прямом. Здесь и сейчас слышать тех, кто в Дуате.

– Но это же…

Гадес не мог найти нужного слова, и Сет спокойно закончил:

– Грёбаное дерьмо. Аид, мы с тобой достаточно давно знакомы, чтобы я понимал, что это ненормально. Даже Осирис мертвецов не слышал. Это сводит Инпу с ума.

Гадес задумался. Это действительно совершенно неправильно, особенно для Анубиса, который не то что к Дуату за спиной не привык, но и своей стихийной силой всегда управлял не очень хорошо.

– В Подземном мире всё нормально? – спросил Сет.

– Пока да. Но может, и правда нарушен мировой порядок, поэтому многое начинает идти не совсем так, как надо. А что насчёт тебя?