Руины
Шрифт:
— Стоит рискнуть, — произнесла Каликс.
Сэмм покачал головой.
— Это слишком опасно…
— Ты снова увидишь Киру, — сказала Каликс.
Сэмм замолчал.
В глазах Каликс появилась суровость.
— Если эта система работает, если Партиалы и люди могут жить вместе, бок о бок, мы можем спасти других людей, и кто знает — возможно, и Партиалов тоже. Горман и его команда живы, даже если мы не знаем почему. — Она на мгновение опустила взгляд. — И Киру мы тоже можем спасти. У нас есть то, ради чего она приходила сюда.
Сэмм глубоко вдохнул, пытаясь
— Она права.
— Я знаю, что права, — ответила Лаура. — Если на планете остались другие люди, мы должны сделать все возможное, чтобы помочь им.
— Я не знаю, смогу ли вернуться, — произнес Сэмм.
— Мы, — решительно проговорила Каликс. — Я иду с тобой.
— Не с твоей ногой, — ответил Сэмм.
— Чтобы помешать мне, вам придется снова меня подстрелить.
Херон опустила пальцы на затвор своего пистолета.
— В ту же ногу или на этот раз в другую?
— Я лучший знаток дикой природы в заповеднике, — горячо заявила Каликс, — даже с раненой ногой. Честно говоря, я не думаю, что без меня вы справитесь.
+6Сэмм подумал о Бесплодных землях: водоворотах ядовитой воды, бесконечных милях выбеленных деревьев. Они с Херон были более выносливыми, чем люди, но не являлись разведчиками местности. В пути пригодится кто-то, обладающий специфическими навыками выживания. Сэмм потер шрамы от кислоты и нахмурился.
— Пустить тебе пулю в ногу было бы милосерднее. — Каликс начала возражать, но Сэмм жестом прервал ее. — Мы выдвигаемся завтра утром. Если ты готова за это умереть, будь готова отправляться на рассвете.
Часть 2
Глава 22
— Генерал.
Шон, который пытался спланировать следующую волну охоты на местных террористов, поднял взгляд от карт. За последние несколько недель сопротивление активизировало свою деятельность и стало нападать с большей мощью и чаще, чем когда-либо раньше, а затем просто исчезало среди лесов и руин. Кроме того, партизаны стали наглее: ночь и утро лагерь Шона провел под непрерывным снайперским огнем. Генерал устало посмотрел на связного.
— Какие новости?
— Мы нашли пулеметное гнездо, но в нем никого не оказалось: только винтовка, подсоединенная к будильнику.
Шон приподнял бровь.
— Вы шутите.
Линк связного был полон искренности, смешанной с неверием.
— Я видел это своими глазами, сэр. Курок демонтировали и соединили с механизмом будильника — одного из тех старых, которые нужно было заводить, сэр, полностью ручной сборки. Мы полагаем, что его запрограммировали на стрельбу по лагерю через равные интервалы, а тренога была достаточно расшатанной, так что отдачей каждого выстрела прицел немного смещался, поэтому палило не по одному и тому же месту. Разведчики считают, что с самого первого ночного выстрела в гнезде больше никого не было.
Шон сжал кулак, и его линк наполнился такой яростью, что связной отшатнулся.
— Это объясняет, почему никого так и не задело, сэр, — произнес
— Они надеялись только задержать нас, — сказал Шон, — что вышло у них превосходно. Стоило мне подумать, что мы разгадали тактику этих Белых Носорогов, как они полностью ее изменили.
— Это второй вопрос, сэр, — проговорил связной. — Мы полагаем, что это были не Носороги — а если и они, то какая-то отделившаяся от основного отряда группа. Они оставили записку.
Мужчина шагнул вперед и протянул генералу листок бумаги.
Шон нахмурился, глядя на мятый клочок.
— Никогда раньше они записок не оставляли.
— Именно, сэр. Эта атака полностью отличается от всего, что мы видели раньше.
Шон зачитал записку вслух:
— «К сожалению, мы не смогли остаться. Нам нужно подготовить еще несколько сюрпризов. Люблю и целую, Оуэн Товар». Что за черт?
— Мы еще не выяснили, что это за Оуэн Товар, — произнес связной, — но работаем над этим.
— Он был одним из сенаторов, — сообщил Шон. — Мы полагали, что они все залегли на дно. Но зачем… — Он уставился на записку, повернув ее оборотной стороной в пустой надежде обнаружить на изнанке какую-то подсказку. — Зачем оставлять свое имя? Это просто насмешка, или здесь скрывается какой-то более глубокий намек?
— Может быть, он пытается вывести нас из себя? — спросил связной. — После этой стрельбы по лагерю солдаты готовы спалить лес дотла, чтобы найти террористов.
Шон вздохнул и потер глаза, с особой остротой ощущая напряжение долгого дня.
— Как тебя зовут, солдат?
Связной встал по стойке «смирно».
— Том, сэр.
— Том, я хочу, чтобы ты пошел с разведчиками, которые пытаются выследить оставивших винтовку. Как только вы найдете виновных, сразу доложи мне. У тебя есть рация?
— Я могу взять из запасных, сэр. Однако у нас заканчиваются блоки питания.
Шон кивнул.
— Пленные двадцать четыре часа в сутки вручную прокручивают генераторы, заряжая новые.
«И, если повезет, Морган может в любой момент отозвать нас домой. Пока же…»
— Сэр, я могу задать вам вопрос?
Шон мгновение смотрел на связного, затем кивнул.
— Да.
— Почему бы не выкурить террористов при помощи заложников? Практически с каждым днем партизан становится больше, но Ист-Мидоу по-прежнему оккупирован нами. Если мы пригрозим, что убьем некоторое количества его жителей, это может заставить повстанцев прекратить…
— Мы не убийцы, солдат. — Шон сопроводил свои слова острым уколом линка и с удовлетворением заметил, что Том вздрогнул, почувствовав это. — Повстанцы — вражеские бойцы, борьба против которых буквально заложена в твою ДНК. Мы были созданы для того, чтобы выигрывать войны, защищая невинные жизни. Если ты не способен выполнить то, для чего тебя проектировали, то, возможно, не достоин служить в этой армии.