Руимо. Пришедшая
Шрифт:
Весь вечер Деми преследовало странное чувство: ей казалось, что за ними кто-то наблюдал. Но оглядываясь, она не замечала ни души.
На следующий день Среброглазый вновь пригласил её к себе. Встретив её в холле, провёл к своему кабинету. Только когда он занял своё место за широким письменным столом, Деми позволила себе сесть напротив.
– Исходя из отчётов Аниты, ты делаешь определённые успехи,- сказал он, пробегая взглядом листы, каждый из которых был помечен знакомой угловатой росписью. В конце каждого цикла Анита составляла подробный отчёт об успеваемости, в котором фиксировала все подвижки.
–
– Это верно,- он плавно откинулся на спинку мягкого стула, и глаза его блеснули серебром.- Однако, не думаю, что перебираться через Бастион научила тебя она.
Сердце Деми, казалось, остановилось. Рик рассмеялся.
– Право, не стоит так пугаться! Несмотря на то, что это - грубое нарушение, ты достойна похвалы. Правда, дабы подобное происшествие больше не повторилось, охрана Бастиона была усилена, и теперь его помимо спецотрядов патрулирует Элита. И всё же,- его голос стал вкрадчивым,- как тебе это удалось, Маришка?
Деми не знала, что ответить на прямо поставленный вопрос. Растерянно глядя по сторонам, краем глаза заметила картину. Не пустое полотно, а...
– Минутку,- ошеломлённая, она резко встала и подошла к картине. Рик, заинтересованный, последовал за ней.- Как странно...
– Что-то не так?- он стал совсем близко, не сводя в девушки внимательного взора.
– Всего пару секунд назад я видела здесь девушку.
– Как она выглядела?
– Длинные тёмные волосы, падающие на плечи; смотрела она вниз. Картина была выполнена в синих тонах, остальное я не разглядела.
Она с минуту смотрела на опустевшее полотно, и пришла к выводу, что изображение на нём ей почудилось. Не выдерживая близости и взгляда Рика, она смутилась и сказала, что спешит.
– Благодарю за то, что навестила. В следующий раз опустим официальный тон и обращения. Не возражаешь?- не зная, что сказать, Деми покачала головой. Когда он взял её руку и коснулся губами тыльной стороны ладони, она думала, что сердце вот-вот вырвется из груди.
– До скорой встречи, Деми.
Она поклонилась и пулей вылетела за дверь. К щекам прилила кровь, бабочки в животе не давали покоя.
– Он назвал меня по имени,- сказала она себе, и в полной прострации побрела вдоль длинного, светлого коридора, украшенного гобеленами и пышными цветами.
Глава 10
Как всегда, в чёрной крепости, именуемой Хамир-Ракод, стояла мёртвая тишина. В коридорах лишь изредка слышались тихие шаги и приглушённый шёпот. Обитатели крепости предпочитали не выходить без особой нужды; а всё потому, что даже им порой становилось жутко от зова божества во плоти, запертого в одном из залов, носившего имя Роук.
Менторы, разбиваясь на уже давно сформированные группы, занимались тем, чем обычно: кто-то, предпочитая остаться наедине с собой, изучал древние манускрипты; кто-то дни напролёт оттачивал боевые приёмы или заклинания, проявляя неслыханное упорство и стойкость, не свойственную стамра. Кто-то бездельничал, предавался плотским утехам, или же - погружался в искусство; кто-то выполнял ответственные
Ричард был одним из тех немногих, кто держался в гордом одиночестве - во всяком случае до недавних пор, когда компанию ему начала составлять опытная чародейка Адель, которая была старше на шесть сотен лет. Впрочем, разницу он не ощущал. Таковая чувствовалась, когда ему приходилось общаться с Келлой или Деном. И если Келла в силу возраста имела больший опыт во всём, включая магию, но была болтлива и пуста, то Ден, имея скверный характер, был умён и талантлив. Проходя мимо высокой и узкой двери в глухой стене - входа в лабораторию Дена, в которой он проводил исследования и ставил эксперименты над стамра, Ричард невольно вспомнил один из последних.
В Руимо всегда были и будут люди, проявляющие к Менторам симпатию. К таким они, как правило, относятся снисходительно и иногда даже дружелюбно.
Немало женщин питают к мужчинам-менторам слабость. Одна не так давно согласилась зачать и выносить ребёнка, не зная, чем всё обернётся. В большинстве случаев плод умирал ещё в утробе матери, на первых порах; последней подопытной Ден регулярно внутривенно вводил какую-то дрянь - иными словами не назовёшь, после чего в её теле постепенно происходили мутации. Плод развивался вплоть до шестого месяца - наибольший срок за последние три сотни лет исследований, однако, тело матери начало увядать. Ден, как только та рассталась с жизнью, вскрыл её и извлёк погибшее вместе с матерью чадо, походившее больше на чудовище.
– В следующий раз добавлю в состав синюю пыль,- сказал он себе, задумчиво глядя на колбы с вакциной и делая пометки в своём журнале. Недолго осматривая кровавые останки на операционном столе, который Ден в шутку называл разделочным, и мерзкое маленькое существо, брошенное в ведро, стоящее рядом, Ричард удовлетворил своё любопытство. Не отвлекая высокого и худого, как жердь, мужчину, он вышел за двери.
Вернувшись к реальности, Ричард миновал мрачную залу, полную гигантских колонн, и прошёл сквозь массивную арку.
Маркус сидел на нижних ступенях, ведущих к изумрудному трону, и был задумчив как никогда. Не моргающие, тёмно-серого цвета глаза глядели в ничего не отражающее зеркало, вокруг которого клубился дым.
– Входи,- скомандовал он. Ричард, подойдя достаточно близко, опустился на колено. Выдержав паузу, предводитель поставил локти на колени и опустил подбородок на сплетённые пальцы.- Завтра ты отправишься в Ведрук.
– Один?
– Один.
Ричард кивнул; он понял, что от него хотят избавиться, дабы не посвящать в планы. Маркус взял лежащий рядом запечатанный восковой печатью желтоватый конверт и протянул ученику, и тот положил его во внутренний карман.
– Отыщешь Несущих истину и передашь моё послание. Однако, этим твоя миссия не ограничится. В Ведруке найди того, кто знает, где достать белую сталь; затем отыщи кузнеца, способного с ней работать. Чертёж клинка я передам чуть позже, когда окажешься на месте. Попасть в город сейчас несложно: представься Аргусом из Релендола, и тебя пропустят. Возьми с собой золота столько, сколько сочтёшь нужным, и не забудь про зелья.
– Надолго я останусь среди людей?
– До тех пор, пока не велю вернуться.