Руфанна Элдер
Шрифт:
РУФАННА: Но ты сказал, что он устроил тебе допрос с пристрастием. Что он тебя прижал к стенке.
ДЖУД: И я выдержал испытание. (Подходит к ней и хочет ее коснуться)
РУФАННА: Стой там, где стоишь. Не приближайся ко мне. Коварством ты не уступишь самому змию искусителю. О, Боже, Боже мой.
ДЖУД: Раз так, я лучше пойду. Какой холодной ты стала. Как не похожа на девушку, которую я любил.
РУФАННА: Ты никогда меня не
ДЖУД: Ты меня режешь без ножа.
РУФАННА: Раз уж ты сегодня так словоохотлив, скажи, что он из тебя вытянул?
ДЖУД: Мы с ним говорили о тех временах, когда он был мне учитель и почти как отец.
РУФАННА: И к чему вы об этом вспомнили!
ДЖУД: Руфанна, пожалуйста, успокойся. Я пытаюсь развеять твои страхи.
РУФАННА: Тогда убей меня, и покончим со всем этим. Знаешь, что я тебе скажу. Мы были помолвлены с самого начала, Джесс и я.
ДЖУД: Сколько еще ты мне это будешь повторять!
РУФАННА: Столько, сколько потребуется, чтобы изгладить из памяти то, что ты со мной сделал.
ДЖУД: А ты как будто сама этого не хотела? Если уж по-правде, то это ты овладела мной. Набросилась на меня со своими горячими ласками. Так что не прикидывайся тут гипсовой статуей святой, у которой лед в венах. Раз на то пошло, почему он первым тобой не овладел, если так тебя любил.
РУФАННА: Ты погубил все. Ты убил меня.
Джуд направляется к двери.
РУФАННА: Ладно, давай уж, продолжай свой рассказ. Скажи, что он тебе говорил.
ДЖУД: Тогда хватит кричать и перебивать. Я пытаюсь тебя обнадежить. (Тихо, мечтательно, словно наедине с собой) Он был сердечным и добрым.
РУФАННА: Ну да, ждал, что ты потеряешь бдительность и расскажешь ему все как на духу. Я его знаю. И вот что я тебе скажу. От него не утаишь того, о чем думаешь. Он каким-то особым чутьем проникает в твои мысли, в самую твою сущность. Он ни за что не отступится, пока не узнает всей правды.
ДЖУД: (по-прежнему мечтательно) Я чувствовал, что от него как от отца исходит тепло и ласка. Он меня даже поцеловал. Знаешь, он весь был поранен и в крови.
РУФАННА: (пренебрежительно) Это я уже от тебя слышала. Слышала.
ДЖУД: Я уговорил его снять рубашку, потому что она была вся окровавлена.
РУФАННА: Я тоже была вся окровавлена после того, как ты со мной это сделал!
ДЖУД: (по-прежнему витая где-то далеко) Мне стало с ним так легко. Я знал, что я люблю его как отца, которого у меня убили. Он надел ту же рубашку, которую
РУФАННА: Прекрати, хватит… (всхлипывает) Нет, продолжай. Не щади меня. Зачем щадить, если ты меня уже погубил. Продолжай. Говори! Расскажи мне все!
ДЖУД: (продолжает, будто и не слышал ее иступленную речь) Сперва я сказал, что мне стыдно. Но раз на то пошло, когда он учил меня плавать на Каменном Карьере, на мне ведь тоже ничего не было. Хотя тогда я был младше. А теперь я повзрослел. И вот, я предстал перед ним в чем мать родила, как он и просил. «Пройдись по комнате, Джуд», — велел он мне. «Я вижу, ты все-таки еще ребенок. А грудь у тебя и правда белая на загляденье», — добавил он.
РУФАННА: Он тебе так и сказал? Или ты мне лжешь?
ДЖУД: Слово в слово. Грудь у тебя белая как у девушки.
РУФАННА: О, Боже милостивый, не могу поверить. Значит, он уже все знает!
ДЖУД: Нет, нет, Руфанна. Успокойся. Тише. Он любит нас обоих. Он наш друг.
РУФАННА: Ты мне не помог, мне все так же больно. Ты не успокоил мои тревоги. Не развеял печаль… так что уходи, исчезни и больше не возвращайся.
ДЖУД: Руфанна, я люблю тебя и мне кажется, ты тоже меня любишь. Вот почему ты так злишься. Ты любишь меня, а не его.
РУФАННА: Ты лживый маленький дьявол, вот кто ты такой. Я принадлежу ему. Я предназначена ему в жены! Самой судьбой.
ДЖУД: Предназначена для него, но любишь меня.
Руфанна ударяет его.
ДЖУД: Мне хорошо от любого твоего прикосновения.
РУФАННА: (ударяет его сильнее) Убирайся. Я больше никогда не желаю тебя здесь видеть, слышишь. Вон отсюда, навсегда.
ДЖУД: Бей меня сколько угодно. Убей если хочешь, но ты не сможешь отрицать, что я знаю правду, и ты тоже знаешь ее сердцем. Так что до встречи. (уходит)
РУФАННА: У меня больше нет сердца. Я бросила его на поживу псам. Я выбросила самое большое сокровище, предназначавшееся ему, моему жениху. Швырнулась им вслепую и мне никогда его не вернуть.
Свет гаснет
Действие второе
Доктор Ульрих, подутомившийся от своего рассказа, задремал в кресле. Тед Скенлон смотрит на него с озабоченным видом, а затем прикладывает палец к губам и шепчет.