Рудиарий
Шрифт:
Враз убрав ножи, разбойники быстро уселись за стол.
– Заходи, Хилон, – льстиво улыбнулась Зарпигона. – А мы тут как раз ужинаем. Тихо так, по-семейному.
Вихрастый воренок Хилон придвинул к столу креслице.
– Что это вы будто чем-то пришиблены? – Он вдруг усмехнулся. – Делите шкуру неубитого льва?
Все разом вздрогнули.
– Так вот, сидим, ужинаем, – фальшиво-благостно отозвался Капулий. – Чего еще делать-то?
Хилон засмеялся в голос:
– Найдутся дела. Надеюсь, догадываетесь, что к вам я не своей волей?
Капулий с усмешкой кивнул и незаметно
– Так вот. – Совсем не по-подростковому серьезно Хилон обвел глазами присутствующих. – Хозяин предлагает вам одно выгодное дело. Можете неплохо заработать… Впрочем, можете и отказаться, но не советую.
– Чего же отказываться-то? – наступая на ногу Рыси, глухо хохотнул Капулий. – Говори, что за дело.
– Что-нибудь слыхали про ремонт Аврелиевой дороги? – Хилон начал издалека.
– Не только слыхали, но и видали, – нервно засмеялся Камилл. – Балки гнилые, кирпичи необожженные – смех один, а не ремонт.
– Глазастый, – покосился на него гость. – Но это, может, ты только и видел, вкладчики-то ничего не знают.
Рысь вздрогнул, вспомнив: именно в ремонт Аврелиевой дороги когда-то вложила часть своих денег Юлия Филия.
– Похоже, подрядчик лишь имитировал ремонт и теперь хочет смыться с чужими деньгами, – с усмешкой произнес он.
Хилон ухмыльнулся:
– Умный. Так оно на самом деле и есть. И хозяин хочет, чтоб вы хорошенько пощипали этого жирного гуся – подрядчика.
– Пощиплем, – кивнул Капулий. – Скажи только, где он прячет неправедно нажитые денежки?
– В своем доме на Эксквилине. И вы должны отправиться за ними прямо сейчас.
– Сейчас? – Разбойники ошарашенно переглянулись, а Зарпигона, не скрывая радости, отошла к плите.
– Да-да, сейчас, – заверил Хилон. – Собирайтесь и поторапливайтесь – обо всем расскажу по пути.
Похоже, он вовсе не собирался оставлять разбойничков без присмотра, видимо, выполнял строгий наказ хозяина, которого, судя по всему, здесь очень боялись.
– Может, не пойдем? – выбрав момент, шепнул Капулию Рысь.
– Ты что?! – боязливо поежился тот. – Хозяин живо башку отвернет.
Юний пожал плечами.
Они все же строго-настрого предупредили Зарпигону, что на морском дне сыщут и отвернут головенку.
– Да что я, совсем дура? – обиделась стряпуха. – Нешто на старости лет в бега пущусь?
Рысь посмотрел на нее и понял: пустится. Вернее, пустилась бы, если б не этот таинственный хозяин, от которого, похоже, никуда и не скроешься. Узнать бы, кто это такой? Кто стоял за Флуданом, за доходными домами, за аферой с египетскими зерновозами?
В отношении стряпухи Капулий с Камиллом, по всей видимости, рассудили точно так же, как и Рысь, – перестали кидать на нее жуткие взгляды и деловито собирались в путь.
– Готовы, – наконец сообщил вожак.
Хилон улыбнулся. Ох, не детский был взгляд у этого вихрастого воренка, и даже не взрослый – волчий. Рысь даже вздрогнул: именно таким вот отсутствующе-диким взглядом на его далекой родине жрец Световита Кердай смотрел на предназначенных в жертву. Так же вот, как сейчас Хилон. Словно
Темные улицы спящего города дышали смертью. Ночь – время хищников, время ножей под ребро и лихих налетов. Набранные из вольноотпущенников и рабов, стражники практически не контролировали ночной Рим, ну разве что на центральных улицах да у императорского дворца.
Немного пройдя по запруженной телегами виа Фламиния, они свернули у поля Агриппы, у акведука, снабжавшего весь город свежей прозрачной водой, прошли какой-то пустошью и, сунув стражникам несколько монет, благополучно миновали ворота Салютария в старой, выстроенной еще Сервием Туллием стене. Впереди, на длинной Тибуртинской улице, вновь замаячила черная громада ворот.
– Пришли, – тихо заметил Хилон, кивая на богатый трехэтажный дом, с закрытой деревянной ширмой лавкой внизу.
Рысь внимательно осмотрел особняк: надежный, с крепкими воротами и ставнями на окнах. Нелегко будет проникнуть в такой.
– Клянусь Юпитером, в нем полно слуг! – с досадой прошептал Капулий. – Что, хозяин хочет, чтобы всех нас убили?
– В доме нет рабов, все на вилле, – обернувшись, пояснил Хилон. – Хозяин, сенатор, летом здесь не живет, да и рабов забирает – оставляет лишь сторожей да старика управителя для пригляду. С ними вы запросто справитесь.
– А ты что же, с нами не пойдешь? – сверкнул глазами Капулий.
Хилон лишь покачал головой и пояснил, что его ждет с докладом хозяин. Показав дом, он постоял немного и, услыхав скрип приближающихся телег, пошел навстречу обозу.
– Вот козленок, – вполголоса выругался вожак и, обернувшись к Рыси, спросил: – Ну, что делать будем? Домина-то – поди-ка проникни!
– Подумать надо, – провожая глазами удаляющуюся фигурку Хилона, тихо отозвался Юний. – Сразу тут ничего не сделаешь.
Он задумчиво посмотрел в небо, на растущий месяц, повисший над самой крышей, на разноцветные звезды. К нежданному делу что-то не лежала душа. Да и вообще, как-то слишком уж подозрительно спешил этот неведомый хозяин. Неужто нельзя было выждать до завтра? Грабить чужой дом, грабить по-настоящему – это было противно. Юний думал сейчас лишь об одном: как бы половчее убраться отсюда. Хватит, пора завязывать, дело зашло слишком далеко. И что с того, что он бросит шайку? Свет ведь не сошелся клином на доходном доме Флудана, наверняка найдутся еще и другие пути для того, чтобы отыскать неведомого хозяина, тем более что ни Капулий, ни Камилл, ни Зарпигона, как выяснилось, не много-то о нем и знают. А значит, тут терять нечего… Юноша обернулся к разбойнику:
– Пойду посмотрю с той стороны…
Не дожидаясь ответа, он свернул за угол и, юркнув в переулок, быстро пошел в сторону амфитеатра Флавиев, прислушиваясь по пути: не идет ли кто сзади? Нет, похоже, все было чисто. Миновав величественный афмитеатр, самим своим видом словно бы напоминавший о бренности человеческой жизни, Рысь прошел еще немного и оказался перед воротами Лудус Магнус – лучшей гладиаторской школы Рима. Нагнувшись, он подобрал увесистый камень и швырнул в створки ворот.
– Сейчас докидаешься, – недовольно крикнул охранник.