Рубины хозяина Ко
Шрифт:
— Расмус-Моргун сказал, что когда леса станут низкими и пропадут, до пещер останется идти два дня.
Йэльм огляделся на окружающие их стройные громады сосен и проворчал:
— Низкие леса, ничего не скажешь!
Бролин без тени смущения парировал:
— Но лес обрывается, Йэльм-Зеленый Драккар, а значит, пещеры близки. Не зря твои даты идут уже который день и даже птица, взмывшая ввысь, не увидит морских волн, что остались за спиной.
— Так, колдун, но увидит ли она пещеры? — спросил ярл. — Это важнее.
Бролин
Йэльм снова повернулся к Ларсу.
— Когда ларец будет у нас, воины найдут где повеселить мечи и чем наполнить походные сумы. А пока побережем силы!
На шум справа он не обращал внимания, пока не послышались крики и треск сухих веток под людскими ногами. Стрид беспокойно оглянулся и украдкой тронул Ларса — там остановились его воины.
Обернулся и Йэльм, взявшись за рукоять меча:
— Что там?
Хокан, Верворт, Магнус и еще насколько воинов Ларса вели к Ярлу двоих упирающихся желтоволосых парней в одеждах, что носили местные жители. Руки у них были стянуты за спиной крепкими кожаными ремнями.
Хокан-младший, сын Хокана-свея, держал одного, совсем еще юнца, силач Магнус — второго, остальные им помогали.
Хокан, обращаясь одновременно и к Йэльму, и к своему ярлу Ларсу, сказал, еще как следует не отдышавшись:
— Местные! Прятались в зарослях…
Старший из пленников сердито покосился на Хокана. Левый глаз его быстро заплывал от молодецкого удара — очевидно это постарался именно Хокан.
— Толмача! — потребовал Йэльм. Позвали Коека-скальда, щуплого рыжеволосого юношу с озорным взглядом. Он встал между ярлом и пленниками и сейчас был непривычно серьезен.
— Спроси, что это за селение и кто они?
Коек произнес несколько фраз, парень с заплывшим глазом неохотно ответил.
— Это дулебы. Селение зовется Болона.
Йэльм нашел глазами Бролина.
— Спроси, где пещеры, — велел он Коеку.
— Те пещеры, что у озера, — уточнил Бролин.
Коек спросил, оба пленника вдруг уставились на него с неподдельным испугом и удивлением, а потом заговорили, одновременно, Коек едва успевал вертеть головой и вслушиваться.
— Чего они? — не вытерпел Бролин.
Коек развел руками.
— Пещеры они знают, до них два дня ходу. И еще говорят, что там живут… — толмач замялся, — люди с головами, как у собак.
— Сваны? — изумился Йэльм. — Что делают злые духи-оборотни рядом с ларцом Мунира?
Коек принял это за вопрос и обратился к дулебам. Отвечали они долго и с прежним испугом, снизив голос почти до шепота. Наконец скальд растолковал:
— Они живут как люди. Носят похожую одежду, пользуются оружием — ножами и мечами, — но обитают в пещерах. Последнее время часто нападают на окрестные селения, грабят, убивают, жгут. Многих, особенно молодежь, уводят с собой под землю, и никто из плененных еще не возвращался. Пришли они недавно, откуда-то с юго-запада, из-за гор, и ранее о них мало кто слыхал.
Йэльм нахмурился.
— Что скажешь,
Тот выглядел сильно озадаченным.
— Скальд, спроси, можно ли их убить?
Коек поговорил с пленниками.
— Да, в битвах гибнут и они. Кровь у собакоголовых, как и у людей, красная. Но они сражаются яростно и убить их нелегко.
Бролин поразмыслил.
— Нет, не духи это, ярл. Не бывает духов смертных и истекающих кровью.
— Что же это за твари?
— На знаю. Может быть, песьи головы это только шлемы?
Коек замотал головой.
— Нет! Они говорят, что видели мертвых. Голова самая настоящая.
— Много ли их в пещерах? — спросил вдруг Ларс.
Пленники не знали. Нападали собакоголовые большими отрядами, по сто-двести воинов, иногда мелкие группы сталкивались в лесах с людьми и тогда ни те, ни другие не знали пощады. Война шла не жизнь, а на смерть.
— Если их можно убить, они будут убиты, — сказал твердо Йэльм, — песьи головы рубить не труднее, чем человечьи. Слышите, даты, застоялись ваши мечи в ножнах, уснули секиры у пояса. Будет им скоро дело, два дня ходу до логова хунткоппов. Так ли, братья мои?
— Хей-я! — в один голос отозвались Ларс, Свен и Стрид. — Веди, ярл!
Воины-даты одобрительно загудели.
Йэльм зловеще ухмыльнулся и спросил Бролина:
— Нужны ли провожатые, колдун?
Тот пожал плечами:
— Зачем? Я узнал, где пещеры, сам доведу.
Йэльм обнажил меч и солнце отразилось от клинка: был это Медвежий Клык, оружие дедов и прадедов, добытое предками братьев-берсеркеров в битвах с южными конунгами много лет назад. Два крупных изумруда блистали в лесном сумраке, как глаза огромной кошки.
Пленники побледнели при виде его, но вождь датов лишь освободил их от пут. Дулебы, беспокойно озираясь, переминались с ноги на ногу.
— Скажи им, скальд, чтоб убирались в свое селение. Даты разят врага в бою и не трогают желторотых.
Коек махнул рукой в сторону Болоны и произнес всего одно слово:
— Уходите.
Дулебы, еще не веря, медленно, озираясь на каждом шагу, двинулись к опушке, а потом кинулись бегом, едва не обгоняя ветер.
— Вперед, даты! — закричал Йэльм и воины дружно вышли из леса. Приминая буйную сочную траву, они сбились в плотный беспорядочный строй и зашагали вперед. Селение стало медленно приближаться.
Хокан видел, как освобожденные дулебы добежали и юркнули в ворота; почти сразу послышался резкий звенящий звук. Селение быстро изготовилось к защите — стали видны воины на стенах. Солнце играло на их клинках и остриях копий.
Йэльм захохотал:
— Пусть порезвятся, трусливые южане!
Болона застыла в ожидании нападения, но даты, приблизившись, отклонились в сторону и, не задерживаясь, прошли мимо стен. Дулебы-воины мрачно наблюдали с укреплений, ожидая возможного подвоха и скоро ими овладела растерянность — такого никто еще не видал.